Вы здесь
История караван-сарая Таш-Рабат.
![](https://silkadv.com/sites/default/files/styles/article-teaser/public/1_904_min_0.jpg?itok=XcVeB16a)
Экскурсия в караван-сарай Таш-Рабат.
«Замечательно, что киргизы рассказывают о Таш-Рабате знаменитого здания в местности, где впоследствии жили киргизы такое же предание, как об Ахыр-Таше…»
«Очерки истории Семиречья» В. В. Бартольд.
Поездка из Бишкека в Таш-Рабат.
Таш-Рабат построен в XV веке, веке абсолютного господства на Тянь-Шане, в царстве Могулистан, кыргызов - "диких львов Могулистана" (выражение Мухаммеда Хайдара, автора начала XVI века). В это время Тянь-Шань и его торговые пути, связывающие Кашгар с Ферганой и Семиречьем полностью находились в руках кочевников.
Натурное обследование Таш-Рабата установило, что планировка здания не менялась на протяжении столетий его существования, не обнаружены и предполагаемый Б.Н. Засыпкиным михраб в западной стене центрального здания (предполагаемой им мечети).
Сооружение Таш-Рабата приписывается ревностному поклоннику ислама Мухаммеду Султану. С его именем связано предание, по которому он якобы приказал прибивать гвоздем чалму к голове каждого, кто не желает ее носить.
Народные предания связывают караван-сарай Таш-Рабат то с именем узбекского хана Абдуллы, то с именами эмира бухарского и даже Тимура. По другим легендам, Таш-Рабат построили выходцы из Рима (несториане).
В третьих - имеются лирические мотивы постройки замка богатырем и т. д. Характерно, что во всех этих легендах постройка здания не связывается с деятельностью местного населения, в то время как развалины городища Атбаша называются Кошой-Коргон и связываются с именем богатыря Кошоя, сподвижника кыргызского легендарного героя Манаса.
Очевидно, эти сведения о Таш-Рабате связаны с тем, что мастера, его строившие, были западного, среднеазиатского происхождения. Примечательно, что историко-архитектурная значимость Таш-Рабата и его уникальность отмечается как в первых упоминаниях - отчетах и докладах выдающихся русских путешественников и исследователей природы Центральной Азии, так и в статьях советских специалистов вплоть до настоящего времени.
Поскольку история изучения памятника неоднократно излагалась в предшествующих публикациях о нем, то в нашей монографии приводятся только те сведения, которые имеют значение для характеристики здания.
Впервые краткая информация о Таш-Рабате дана ученым-просветителем Ч. Ч. Валихановым, возвращавшимся из Кашгарии 18 марта 1859 года. По его словам, постройку «рабата» приписывают бухарскому хану Абдулле, «По стилю, - пишет он, - Таш-Рабат принадлежит к лучшей архитектурной эпохе, чем теперь в Кашгаре.
Азиатцы, склонные к суеверию, считают, что все то, что требует большого труда и искусства является чем-то сверхъестественным». Свое описание памятника он дополнил схематичным наброском плана и сообщением об «уважении к этому зданию и его построителю» населения и проезжающих.
Об этом же пишет и путешественник А. Войцехович в заметке «Таш-Рабат», где приводит две легенды о нем. Согласно одной из них Таш-Рабат называется укреплением, построенным на границе древнего ханства одновременно с крепостью у города Ош.
В 1879 году памятник осмотрел краевед А. М. Фетисов, отметивший вокруг множество свежих могил дунган, погибших во время массового бегства из Кашгарии зимою 1877 года. Со слов местных жителей («сартов») им записано, что Таш-Рабат «построен Абдуллой-ханом 500 лет назад с благотворительной целью».
Более обстоятельные сведения о Таш-Рабате приводит в 1886 году энтузиаст исторического краеведения Н. Л. Зеланд, который впервые высказал предположение о размещении здесь буддийской или христианской общины.
Он считал, что по архитектурному облику и характеру планировки здание не могло быть караван-сараем. В своих путевых записках исследователь приводит сообщение подполковника Волкова, который 15 годами раньше (в 1871 году) видел на штукатурке стен «грубые фигуры трехглавого коня и пятиглавого дракона» (чего, однако, не отметил Ч. Ч. Валиханов, упоминая об «арабесках» центрального зала. - С. П.).
У местного населения, по наблюдениям Н. Л. Зеланда, сохранились о памятнике «самые противоречивые и неправдоподобные легенды». Его проводники, например, утверждали, что в здании Таш-Рабат похоронены «сарты и киргизы».
Систематическое археологическое исследование Таш-Рабата началось с 1978 года, когда, по решению Министерства культуры Киргизской ССР, памятник готовился к реставрации. Тогда работники Специальной научно-реставрационной производственной мастерской (Б. В. Помаскин, Е В. Фролов и С. Я. Перегудова) при участии археолога Института истории АН Киргизской ССР М. К. Кубатбекова приступили к его архитектурно-археологическому изучению.
В 1979 году экспедицией СНРПМ, к которой присоединились еще два архитектора (С. С. Меркулова и С. А. Курочкина) были закончены архитектурно-археологические обмеры здания, расчистка его помещений, а также сделаны стратиграфические разрезы вдоль фасадов.
Изучение Таш-Рабата завершилось в 1980 году археологическими работами на территории памятника, целью которых было выявление синхронных ему построек и обследование примыкающего могильника.
Специальное архитектурно-археологическое обследование Таш-Рабата, проведенное за три полевых сезона, дало возможность ставить вопрос о пересмотре утвердившихся взглядов на возраст и назначение постройки.
Интересные сведения о Таш-Рабате приводит в своей неопубликованной монографии архитектор Б. Н. Засыпкин. Глава о Таш-Рабате написана по материалам А. Н. Бернштама и упомянутым архитектурным обмерам М. Г. Полищука, А. М. Сутягина и В. К. Змиевского.
По начертанию кривых арок, их пропорциям и системе сталактитов Б. Н. Засыпкин считает возможным отнести постройку к первой половине XV века, предположить участие в ее возведении мастеров из Самарканда.
Оспаривая интерпретацию Таш-Рабата как караван-сарая, Б. Н. Засыпкин считал, что возникновение здания было связано с завоеванием Ферганы в 1414 году Улукбеком и предназначалось для временных остановок вооруженного конного отряда (численностью 40 - 45 человек).
При этом купольный зал рассматривался как помещение для трапез, отправления религиозных обрядов или как мечеть (с михрабом в западной нише). В 1980 году в связи с намечавшимися работами по реставрации ряда известных средневековых памятников Киргизии Таш-Рабат изучается архитекторами Б. В. Чурлявым, В. Е. Нусовым и В. А. Голубевым.
Впоследствии была опубликована подробная статья В. Е. Нусова в Трудах ФПИ и издана книга с описанием Таш-Рабата. Автор считает здание укрепленным пунктом для посольских связей Тимуридского государства с Китаем, а примененные при его возведении архитектурно-строительные приемы, формы стрельчатых арок и стиль декора близкими к архитектурной школе Самарканда XV века.
Дважды, в 1972 и 1976 годах, к Таш-Рабату выезжала экспедиция Института истории АН Киргизской ССР для изучения посетительских надписей, оставленных на его стенах. Одна из них, датированная 1848 годом, гласит, что некто (имя неразборчиво) в память о любимой жене заказал здесь чтение «хатми-корана».
Как и первые исследователи Таш-Рабата, члены Киргизской историко-археологической экспедиции пришли к заключению, что памятник использовался верующими киргизами как почитаемое место: здесь совершались моления, поминки и погребения.
При этом ими отмечено, что специально предназначенных для размещения скота и товаров помещений в здании не предусмотрено. Часть наблюдений по итогам полевых исследований 1979 года доложена на региональной конференции в 1980 году в городе Ташкенте, нашла отражение в материалах Всесоюзной конференции «Культура и искусство Киргизии» в 1983 году и опубликована в обобщающих исследованиях киргизских историков в новом издании «Истории Киргизской ССР» (1984 год).
Целью настоящей работы является всесторонняя характеристика архитектурного сооружения и раскрытие его научно-познавательной ценности, как многогранного комплексного источника. Автор приносит искреннюю благодарность за консультации, проведенные в процессе подготовки рукописи В. Д. Горячевой и В. Я. Галицкому.
Источник:
Горячева В.Д. «Культовые и мемориальные памятники».
«Таш-Рабат», С.Я. Перегудова.
https://www.informer.kg/ru/tash_rabat/histiry/8526.html