И была Джаныл красивой,
Грозной, сильною и смелой,
Ростом - выше всех подруг.
Как джигит, носила стрелы,
С тетивой тугою лук.
Никогда во всём Кашгаре
Ни один не знал аил,
Чтобы кто-нибудь отважней,
Чтобы кто-нибудь сильнее
Был красавицы Джаныл.

Говорят, с врагами биться
Шла бесстрашная, как львица,
Отстояла честь нойгутов,
Защитила край родной.
Во главе с Кара-Камбулом
Калмыки, как будто птицы,
Отлетели от Кашгара;
Сотни их не устояло
Перед девушкой одной!

Так была Джаныл отважна,
Так ловка и так сильна!
С кем она б ни состязалась
Из прославленных джигитов,
Побеждала всех она.

Если гневалась Джаныл,
Го рукам её могучим
Прибавлялось больше сил.
Кто не верил этой силе,
Тот не раз наказан был.
Наступавшие соседи
Еле ноги уносили
От красавицы Джаныл.
И при имени отважной
Прошибал врагов озноб.
..Потому зажили мирно
В городах своих нойгуты
У реки с названьем Лоп.

Кто к отцу не приходил
Сватать смелую Джаныл!
Приходили и герои,
И отважные джигиты,
Приходили сватать беки,
Хан с поклоном приходил,
Но, не слушая влюблённых,
Всех с позором прогоняла
Своенравная Джаныл.

И со знатными из знатных
Эта девушка-тигрица
Обходилась так же круто:
Предводителей киргизов,
Предводителей калмыков
Унижала дочь Койгута.

Хан Турсун, батыр кашгарский,
Очарован ею был.
Но едва руки коснулся
Грозной девушки Джаныл,
За такую дерзость он
Смертоносною стрелою
Был безжалостно сражён.

Говорят, когда явился
Он посвататься к Джаныл,
Оскорблённая невеста
Всполошила всю страну.
Говорят, её джигиты
Извели людей Турсуна
И разграбили у хана
Скот его и всю казну.

Сам Турсун - джигит достойный
- Был отважен и силён,
Был решителен и грозен,
Был красив и был умён.
На Джаныл решив жениться,
Он вперёд искусных сватов
К гордой девушке послал,
Он надел наряд богатый.
Кобылицу оседлал,
И, приехав к богатырше,
Ей с почтением сказал:
«Солнца свет, Джаныл-Мырза,
Ты - храбрейшая из храбрых,
Ты - Киргизии гроза!
Ты - умнейшая из умных.
Что задумаешь - исполнишь,
Ты, Джаныл, умело правишь
Всей Кашгарскою страной.
Но тебе помощник нужен,
Друг надёжный и советчик.
Может, будешь ты согласна
Стать, Джаныл, моей женой?
Никогда не пожалеешь,
Если замуж за Турсуна
Ты, красавица, пойдёшь!
В одиночестве на свете
Всё равно не проживёшь!

Отказать, прогнать Турсуна
У тебя ведь нет причин.
Ты любовь со мной узнаешь.
Силу преданных мужчин.
Зря ты вздумала хвалиться
Тем, что, мол, пленить не сможет
Ни один тебя джигит
Ты умна, но твой характер
Иногда, Джаныл, дурит.
Коль подумаешь, то скажешь,
Что согласна быть со мной.
Коль подумаешь - решишься
Стать, Джаныл, моей женой.

И ответила Джаныл:
«Нет на свете человека,
Чтоб такую богатыршу
Победил и покорил!
Я любить могу того лишь,
Кто меня в бою сильней!
Потому, Турсун, не буду
Я подругою твоей!
Грозной силой мы с тобою
Если даже и равны.
/Ты получишь только право
Называть меня сестрою.
Но тебе, Турсун, придётся
Возвращаться без жены».
У разгневанной Джаныл
Брови сдвинулись.
И вдруг,
Сев на чёрного коня,
На ходу схватила лук.
Натянула тетиву,
Глаз прищурила, и вмиг
С кобылицы на траву
Мёртвым грохнулся жених.

Песня вторая.

О том, как Джаныл погубила двух богатырей.

Так жила Джаныл на свете,
Славясь гордостью своей.
Та же участь постигала.
Что и бедного Турсуна,
Всех, которые влюбляясь,
Предлагали сердце ей.

Для Джаныл всего дороже
Были лук и острый меч.
На коне летя горячем,
Всем Джаныл внушая ужас,
Проносилась, словно смерч.

Говорят, она творила
Много зла и много бед.
О её жестокой силе,
О её делах бесстрашных
Много есть у нас в аилах
Сказок, песен и легенд.

Всем Джаныл была по сердцу,
Но не люб ей был никто.
По горам она бродила
И, беспечно развлекаясь,
То подбросит в небо шапку,
На лету в неё стреляет,
Превращая в решето,
То свой лук натянет туго
И стрелу лететь заставит
К белоснежным облакам,
И, не дав упасть на землю,
Вдруг её другой стрелою
Рассекает пополам.

Как джигит, крутого нрава
Эта девушка была.
И везде ходила слава
О её геройской силе,
О невиданных делах.

Вот прослышали об этом
И на землях Андижана:
Ульбюрчок - герой отважный
И силач - батыр Бургуй.
Про Джаныл услышав вести,
Размечтались о невесте.
Оседлав своих коней,
Поскакали оба к ней.

А Джаныл-Мырза гуляла
В это время у реки.
Вот приблизились джигиты
И красавицу-нойгутку
Окружили смельчаки.

Увидав перед собою
Наступающее войско,
Не молила о пощаде
Черноглазая Джаныл,
Не бежала, не металась,
Звать на помощь не пыталась,
У реки гостей незваных
Храбро встретила Джаныл.

Натянула лук свой туго,
И от ливня острых стрел,
Метко пущенных в пришельцев,
Ясный полдень почернел.

Андижанцы вместе с войском
Отбивались, как могли.
Кровь, дымясь, текла рекою.
Наконец, не в силах биться,
Женихи на поле боя
Оба рядом полегли.

Ну, а те, кто был в живых,
Все оплакивали их.
И, когда они вернулись
Побеждённые домой,
Причитала над Турсуном
Безутешная жена:

«Ненаглядный сокол мой,
Никогда не оседлаешь
Ты гнедого скакуна!
Не попался б ястреб в сети,
Долго б жил ещё мой светик
С наречённою своей!
Ты покрыл себя позором.
Для чего ж ты в бой ввязался
С той, которая на свете
Всех грозней и всех сильней!?

Не попался б, голубь, в яму,
Если б глаз ты не закрыл!
Зря ты брать задумал в жёны
Беспощадную Джаныл!
Ты вдовой меня оставил,
Ты народ в беде оставил,
Землю ты свою оставил
Из-за бешеной Джаныл!
От её руки жестокой
Ты погиб, мой белый сокол!
Никогда не оседлаешь
Ты гнедого скакуна...»
Над убитым причитала
Безутешная жена.

Так Джаныл-Мырза сгубила
Двух джигитов молодых...
И народ у нас в аилах
Вспоминает с грустью их.
Место пастбищ, за холмами,
Их назвали именами.
И прозрачный родничок,
Что сверкает меж камнями,
Стали люди в честь погибших
Звать: «Бургуй и Ульбюрчок».

Песня третья.

О том, как погибли
два храбрых джигита.

А теперь рассказ пойдёт
О прославленном Тагае.
На вершинах Ала-Тоо
Жил его древнейший род.
Был у старого Тагая
Самый младший внук - Манап.
Силой став главою рода,
Сеял смуту меж народа,
Грабил жителей налогом,
Так в народе говорят.

Он сгонял с калмыцких пастбищ
Ночью целые стада.
Говорят, что очень много
Людям делал он вреда.
Но в сраженьях был отважен,
Свой народ водил в поход.
Потому, как о герое,
С уваженьем вспоминает
О воинственном Манапе
Весь его дальнейший род.

Внуки грозного Манапа
По его пошли стопам.
Нападая, не давали
Жить спокойно калмыкам.

Эти юноши слыхали,
Что живёт в стране Кашгарской
Чудо-девушка Джаныл.
Что её никто на свете
Ни в стрелковых состязаньях,
Ни в бою не победил.

Вот Тулку - джигит отважный.
Вместе с братом Учуке,
Снарядил большое войско
И отправился в долину
К дальней пенистой реке.

Был он зол на то, что слышал
О красавице Джаныл.
«Те, кто девушку боится,
Все - отъявленные трусы!
Что б о ней ни говорили,
Мы поскачем в тот аил».

Повернул он лошадь круто
И с дружиною своей
Прискакал в аил нойгутов,
Заарканил их коней.

Услыхав дурные вести,
Дерзких воинов кляня,
Грозно вздыбила Джаныл
Тёмно-рыжего коня.

Приказала всем нойгутам:
«Смело следуйте за мной!»
Захватила лук и стрелы,
Захватила меч булатный
С рукояткой золотой.

И пришельцев нагоняя,
Угрожала им Джаныл:
«Всех батыров уничтожу,
Весь поганый род Тагая,
Чтоб дорогу позабыли
В наш прославленный аил!
Разобью, лишу их крова,
Прогоню их с Ала-Тоо,
Всех за дерзость накажу!

Это тысячное войско,
Изловчусь, и без верёвок
Заарканю и свяжу!

Я проклятым этим братьям
Когти львицы покажу!»

Во главе с Джаныл отважной
Грозно двигался отряд.
И никто из всех джигитов
Повернуть не смел назад.

А пришельцы с Ала-Тоо,
Те, которые угнали
Скот нойгутов и коней,
Все дороги запрудили,
У реки расположились,
Словно в собственном аиле,
На земле чужих степей.

А когда совсем стемнело,
Над кострами взвился дым.
Пересмеивались гости:
«Здесь сегодня будет дело,
Мы нагрянем целым войском
И гордячку победим!»

И пока они сидели,
Незаметно, неприметно
К ним приблизилась Джаныл.
Тихо сев на бугорке,
Поглядела богатырша
На Тулку и Учуке.

Эти братья-близнецы
Оба были храбрецы!
Оба были исполины,
Обладали силой львиной,
Этих братьев с Ала-Тоо
Уважал любой аил.

Каждый был красив и строен.
Каждый был из них достоин
Быть избранником Джаныл.
И вблизи, в дубовой роще,
Тихо прячась меж ветвями,
Загляделась богатырша
На красу богатырей.

Только вдруг Тулку услышал
В ближней роще лёгкий шорох.
Он ладонь к бровям приставил,
В темноту прищурил глаз
И друзьям промолвил тихо:
«Может, тайно эта сука
Здесь выслеживает нас».

Оскорбления такого
Не смогла снести Джаныл.
«Вы меня назвали сукой!» -  
Гневно крикнула Джаныл,
Тетиву тугого лука
Натянула, что есть сил.

И, прицелившись, с проклятьем,
В них пустила сотни стрел.
И плашмя упали братья,
Рядом, белые, как мел.

От руки Джаныл кровавой
Пали братья-храбрецы.
А нойгутка для забавы
Мечет смерть во все концы.

Только выглянет из юрты
Из пришельцев кто-нибудь,
Как стрела ему со свистом
Попадает прямо в грудь!

Насладясь игрою страшной.
Победив богатырей,
Захватив своих коней,
Отомстившая Джаныл
Возвратилась в свой аил.

Песня шестая.

О том, как киргизы и казахи снарядили войско и отправились к нойгутам, чтоб пленить Джаныл-Мырзу.

Реки Кара-Кырчын
Ржанье, скопище людей.
И казахи, и киргизы
- Все седлают лошадей.
Разворачивают стяги,
Приготавливаясь к битве,
Поднимают руки к небу,
Говорят слова молитвы.

Вот, построив всех джигитов
И подняв высоко флаг,
Впереди отряда скачет
Знаменитый хан Шырдак.

Позади него батыры:
И казахи и киргизы -  
Славный родственный народ.
Отомстить за кровь погибших
Все отважные джигиты
Отправляются в поход.

По горам и по равнинам
Ровно пять ночей и дней
Раздавался гулким эхом
Топот взмыленных коней.
Через реки, через горы
Мчался грозный их отряд
И своим суровым видом
Всех пугал он, говорят.

Наконец отряд джигитов
В ночь приблизился к реке,
К землям, к пастбищам нойгутов.
И тогда сказал отряду
Предводитель Тооке:

«Братья, славные батыры,
Всяк из вас, наверно, знает,
Кто прозорлив и умён,
Если даже дремлет ястреб,
Слышит всё и видит он.

Нужно нам найти такого,
Чтобы в речи был искусным,
Изворотливым и хитрым,
Чтоб посланец этот был.

Что б ни в чём себя не выдал,
Как придёт в чужой аил.
Отберите двух батыров,
Двух проверенных людей.
В грязных нищенских одеждах
Посадите на облезлых,
На никчёмных лошадей.

Пусть поедут незаметно,
Пусть узнают, где Джаныл».
Войско выбрало джигитов,
И они в одежде рваной,
Будто нищие бродяги,
В тот отправились аил.

Беспрепятственно пробрались
К землям, к пастбищам нойгутов
И вошли в аил их шумный
С наступившей темнотой.
Богатырша в это время
Земляков своих созвала
И устроила им той.

Бот разведчики-«бродяги»,
Привязав своих коней,
Затерялись незаметно
Между созванных гостей.

Из толпы джигит-красавец
На коне явился вдруг.
Весь народ пред ним склонился.
Принесли батыру воду
Для мытья лица и рук.

Белокурый, белолицый,
В меховой богатой шапке,
Он на чёрном скакуне
Над толпою возвышался,
И вокруг народ держался
С уваженьем, в стороне.

Несмотря на облик женский,
Страх внушал батыра вид.
И разведчики спросили
У собравшихся нойгутов:
«Кто приехавший джигит?
Он не мелкая рыбёшка,
Не пескарь, а целый сом!
Только всё же не понятно.
Почему джигит суровый
С нежным девичьим лицом?»

И спросившему сказали:
«Разве ты, дурак, не знаешь?
Что ты вылупил глаза?
Пред тобою гордость наша,
Пред тобой - Джаныл Мырза,
Дочь отважного Койгута.
Хоть и женщина она,
Подчиняется отважной
Вся кашгарская страна.

Этот «юноша»-красавец
Небывалой львиной силы.
И никто ещё на свете
Никогда не победил
Нашу храбрую Джаныл!»

А Джаныл-Мырза, красуясь
На лоснящемся коне,
Улыбаясь разъезжает,
Всех обильно угощает.
Нет, как видно, недостатка
В жирной пище и в вине.

А разведчики-джигиты,
Что на той пробрались тайно,
Меж собою говорят:
«Хоть хозяйка нас не звала,
Нам немало перепало
Угощенья и вина.

Нам и жирный плов с изюмом,
Нам и жареное мясо
Приказала дать она!
Хорошо Джаныл встречает
Нас - непрошеных гостей!
Видно, хочется гордячке
Удивить вдруг всех на свете
Знатной щедростью своей».

Всё разведчики узнали
И пустились снова в путь.
Мимо гор, минуя реку,
Прискакали к Шырдакбеку.

На расспросы о нойгутке
Всё джигиты рассказали:
Как Джаныл они видали,
Как у дочери Койгута
Вид отважен и суров,
Как на тое пировали;
В доказательство достали
Мясо жирное и плов.

Говорили, что нойгутка,
Видно, слишком возгордилась.
В ней видна такая сила,
Что джигитам и не снилась!
Говорят, во всём Кашгаре
Нет нигде её храбрей.

Говорят, никто на свете
Не сравнится силой с ней,
Что не зря, мол, знаменита,
Что красавице подвластен
Не один в стране аил,
Что похожа на джигита
Эта грозная Джаныл,
Что напрасно, мол, гоняли
В дальний путь своих коней.

Что войскам небезопасно
В битве связываться с ней!
Зашумел, услышав это,
Весь собравшийся народ.
«Нам ли девушку бояться?

Повернув коней обратно,
Мы навеки опозорим
Честь свою и славный род!» -
Так сказал Шырдак джигитам,
И джигиты поддержали
С уважением его.

Лошадей своих горячих
Торопливо оседлали,
Сели все до одного
И гадальщику сказали:

«Погадай-ка: хватит сил
У приехавших батыров
Победить грозу - Джаныл?»

Погадав, старик ответил:
«Как табун её коней
Вы угоните с собою,
Полетит она вдогонку
Завязать кровавый бой.
Если вы с умом, батыры,
Спрячась, станете вокруг,
То Джаныл непобедимой
Не уйти из ваших рук!»

Тооке сказал народу:
«Сын Теиша, Ак-Кочкор,
Мощной силой наделён.
Пусть навстречу богатырше
На коне поскачет он.

Пусть лицом к лицу отважно
На скаку столкнётся с ней.
Пусть вспугнёт её, как птицу,
Саблей острою своей!
Грозно ринулись джигиты:
И казахи, и киргизы
На Аксай со всех сторон.

Развевается по ветру
Море пёстрое знамён.
В поздний час, у ручейка,
Повстречали старика
И подробно расспросили,
Как попасть в его аил.
И отважно поскакали
К юрте той, к жилью нойгутов,
Где спала себе спокойно
Белокурая Джаныл.

Услыхав дурные вести,
Распекать нойгутка стала
Всех охранников своих.
Лук со стрелами достала,
На коня вскочила вмиг.
И, как дикая пантера,
С криком ринулась вперёд.
И за чёрным иноходцем,
За своею богатыршей
Тут же хлынул весь народ.

Мчится горною дорогой,
Словно молния, Джаныл. «
Мало ль их иль очень много.
У нойгутов хватит сил!
Погублю и уничтожу

Тех, кто к нам на бой спешил!
Лишь тогда мне быть спокойной,
Если я на поле боя
Не оставлю ни души!

Я твою проверю силу,
Славный конь мой вороной!
Хан Шырдак с проклятым войском
Не уйдет назад живой!
Знаменитые нойгуты,
Эй вы, соколы, за мной!..
Я виновна в том, что ночью
Наших вывели коней!

Всех, кто мой народ ограбил,
Я за дерзость уничтожу
Львиной силою своей!
Я сгоню врагов к реке
Изрублю их на скаку,
Как батыра Учуке
И отважного Тулку!»

По камням и по колючкам,
Мимо пастбищ и озёр
В предвкушеньи жаркой битвы
Мчит Джаныл по склонам гор.

Через степи, через долы,
Чрез зияющий овраг...
И пока она несётся,
Что же делают джигиты,
Что же делает Шырдак?

Песня седьмая.

О том, как джигиты
поймали Джаныл-Мырзу.

Уведя коней Джаныл,
Хан Шырдак с богатырями
Сразу к делу приступил.
Приказал всему отряду,
Чтоб устроили засаду,

А бесстрашному Кочкору
Приказал скакать вперёд.
Мол, в пути Джаныл он встретит,
Налетит, как в бурю ветер,
А связать её, дикарку,
Мол, поможет весь народ.

Вдруг навстречу, через поле,
На коне своём крылатом
Мчится к ним Джаныл-Мырза.
Мечет огненные стрелы,
Словно молнии гроза.
Ак-Кочкор, летя навстречу,
Ухватил её за стан,
И попалась богатырша,
Словно хищница, в капкан.

Подбежали к Ак-Кочкору
Все герои, все джигиты,
Сколько было человек.
Похвалили Ак-Кочкора
Тоголок и Шырдакбек.

А нойгутов пощадили:
Мол, при чём же весь народ?
Пусть живёт себе в аиле,
Ведь, по сути, из киргизов
Их возник древнейший род.

«Очень было нелегко нам
Победить врага такого,
- Каждый гордо говорил.
- Словно дикая пантера,
В битве с огненным драконом,
С нашим славным Ак-Кочкором,
В поле встретилась Джаныл».

Побеждённую связали,
Отобрали все доспехи
И помчали, для потехи,
При полуночной луне,
На её же скакуне.

Вот, подъехав к Чытыр-Кулю,
Ханы знатные сказали
Предводителю казахов,
Боевому Тооке:
«Ты в поход нас вёл, - сказали,
- За добро твоё, - сказали,
- Нашу пленницу нойгутку
Забери к себе в аил».

И тогда, в ответ на это,
Тооке проговорил:
«Разве смею я, батыры,
Увезти Джаныл в свой край,
Если есть средь нас старейший,
Почитаемый народом,
Знатный мудрый Калматай?  
Справедливей будет, если
Мы ему Джаныл-силачку
В знак почтенья отдадим!
Все казаху возражали,
Но, поспоривши немного,
Согласились всё же с ним.

У истоков Кен-Арпа
Разделить решил народ
Богатырши тучный скот.
Нападая на соседей,
Неустанная Джаныл
Уводила ночью с пастбищ
Их стада и табуны.
К своему сгоняла стаду
Их баранов и овец.
И соседи говорили:
«Так разбойнице и надо,
Что попалась наконец!»

Хан Толок и Шырдакбек
Табуны её делили.
Всем героям дать решили
Сотен десять лошадей.
Привели коней отличных
Боевому Тооке,
Столько ж родичам отдали
За Тулку и Учуке.

Награждённый по заслугам,
Славясь храбростью своей,
Получил Кочкор в награду
Самых лучших лошадей.

Песня восьмая.

О том, как Калматай взял
Джаныл себе в жёны 

Калматай Карабагышский.
Хоть и был годами стар,
В жёны взял себе Джаныл.
Он ей выделил аил,
Дал баранов и коней,
И как будто примирилась
Львица с участью своей.

Источник:
Джаныл-Мырза». Сказание о девушке-богатыре. Перевод Ирины Волобуевой. Киргизское учебно-педагогическое издательство. Фрунзе. 1958 г.