You are here

Home » Исследователи природы Казахстана. Туры по следам географов-путешественников.

Исследователь Мушкетов.

Поездка из Алматы в Караганду.

«О нем не повторю чужих острот.
Пускай моя звучит свежо и ново:
Родился предисловием вперед
И произнес вступительное слово»

Архангельский.

Поездка с Хоргоса в Алматы.

Выдающийся русский геолог Иван Васильевич Мушкетов (1850 – 1902 г.г.) одновременно был и крупнейшим исследователем в области физической географии. Основоположник отечественной сейсмологии, один из зачинателей русской геоморфологии, он являлся и крупным организатором геолого-географических экспедиций, написал ряд ценных инструкций по методике геолого-географических исследований. 
С. Н. Никитин писал о Мушкетове, что невозможно было отделить, "где кончался геолог и начинался чистый географ, так тесно были сплетены в нем обе специальности". При этом физическая геология в понимании Мушкетова представлялась "только частью более обширной науки - физического землеведения, рассматривающего Землю как тело природы".
Работа И. В. Мушкетова в Средней Азии и Казахстане началась с 1873 года, когда профессор Г. Д. Романовский привлек его, своего ученика, в качестве помощника к изучению геологии и полезных ископаемых в горной системе Тянь-Шаня.
В 1874 году Мушкетов начал работу с изучения гор Каратау и западных предгорий Тянь-Шаня, где осмотрел каменноугольные месторождения и попутно вел общие исследования.
В 1875 году Мушкетов совершил большое путешествие по северной части Тянь-Шаня до Кульджи и Джунгарского Алатау. Исследовал окрестности Аулие-Аты, Александровский (Таласский) хребет, долину Сусамыр, Буамское ущелье, озеро Иссык-Куль, перевалив в нескольких местах через Заилийский, Кунгей и Терскей Алатау. Восточный предел его исследований по долине реки Или совпадает с 52° меридианом от Пулкова.
Общую сводку этих наблюдений И. В. Мушкетов представил в Минералогическое общество в начале 1876 года и изложил в кратких отчетах о работе экспедиций. Летом 1877 года Мушкетов совершил новое путешествие в Среднюю Азию. Но в связи с назначением его профессором кафедры общей геологии Петербургского горного института работы были прерваны.
Несмотря на занятость на новом поприще, И. В. Мушкетов считал продолжение исследования Туркестана своим кровным делом.
Его не остановили ни трудность и продолжительность дороги, связывавшей тогда Петербург с Ташкентом, ни время, которое уходило на научную и учебную работу в институте. В 1878 - 1880 годы для продолжения начатых им исследований он выезжал только на лето: закончил изучение Ферганы (долины и хребта), Семиречья, западной части Алайского хребта, проплыл по Амударье, пересек пустыню Кызылкум и изучил верхнее течение и ледник реки Зеравшан.
Результаты этих исследований в свое время увидели свет в виде отдельных статей.
В 1881 году И. В. Мушкетов, совместно с Г. Д. Романовским, составил и опубликовал (1884) первую геологическую карту Туркестанского края в масштабе 30 верст в дюйме, или по современному счету 1 : 120 000. Но главный труд Мушкетова был опубликован лишь в 1886 году под названием "Туркестан" - первый том задуманной автором большой монографии.
Последний раз Мушкетов приезжал в Казахстан в 1887 году для исследования верненского землетрясения. На обратном пути он проехал через Ташкент и больше в Среднюю Азию не возвращался. Внезапная смерть его застала в период работы над продолжением монографии о Туркестане, Второй том его труда был опубликован в 1906 году посмертно.
Исследования И. В. Мушкетова о Средней Азии и Казахстане представляли громадный интерес, как для самого исследователя, так и для всей научной общественности того периода. Данный район, очень интересный в физико-географическом отношении, в то время еще не был достаточно изучен.
Особенно мало был известен Тянь-Шань, изучение которого начато было только в 1856-1857 годах П. П. Семеновым. После него им занимался Н. А. Северцов. Но натуралист-естествоиспытатель, зоолог по специальности Н. А. Северцов, хотя исследовал широкий круг вопросов физико-географических условий края, не мог дать глубокой и ясной картины его геологического развития. Чтобы не повторять ошибок Н. А. Северцова и других, Мушкетов решил выяснить общую, геолого-географическую структуру всего Туркестанского края и на этом фоне сделать выводы о месторождениях здесь полезных ископаемых.
Как писал Мушкетов генерал-губернатору Туркестана К. П. Кауфману от 8 апреля 1880 года, "выяснение жизни таких мощных областей, как Тянь-Шань с его бесконечным разнообразием, Кзылкумы с их трагической историей, Памир - как колыбель рода человеческого и источник великих бассейнов Азии, и пр. -  составляет настолько важную научную задачу, что даже предварительное решение ее весьма заметно влияет на необыкновенный прогресс современной науки.
Еще недавно было то время, когда на основании хотя бы и блестящих, но ошибочных построений великого Гумбольдта представляли Центральную Азию страною вулканической и тем самым тормозили развитие общей теории вулканизма, землетрясений и пр.; еще недавно предполагали в Азии меридиональные хребты и тем запутывали теорию образования гор; еще недавно применяли к Азии такую же ледяную эпоху, какая доказана для Европы, и через это неправильно истолковывали историю всего материка...
Выяснение геологической жизни Центральной Азии, характер ее рудоносности, происхождение оруденелости и пр. для меня лично составляет заветную мечту, на выполнение которой я всегда готов затратить все силы, и как бы ни были несовершенны мои результаты, но они будут искренны, беспристрастны и на высоте современной науки".
В монографии "Туркестан", равно как и в целом ряде научных статей и работ И. В. Мушкетова, достаточно обрисован его взгляд на геологию и орографию Средней Азии и ближайших районов Казахстана.
В этом отношении особенно ценны его наблюдения и выводы, содержащиеся в первом томе "Туркестана". В этой работе автор дал обстоятельный обзор исследований Туркестана от древнейших времен до 1884 года, отличающийся наибольшей подробностью, особенно по отношению к более новым исследованиям, производившимся с 1840 года. Этот обзор представляет крупную заслугу Мушкетова, которую все интересующиеся геологией и географией Средней Азии и Казахстана ученые оценили и оценивают по достоинству, опираются на него в своих трудах.
В своем исследовании И. В. Мушкетов впервые в русской географической науке устанавливает понятие о Средней Азии и Туркестанском бассейне, дает новое определение термину "Средняя Азия". При этом ученый руководствуется обоснованием подразделения Азиатского материка, предложенного Рихтгофеном в его классическом труде".
Согласно взглядам Рихтгофена, Центральная Азия представляет область замкнутых, осушающихся или высохших бассейнов, не имеющих стока к морю, тогда как периферические части материка прорываются реками, впадающими в моря.
Все продукты разрушения пород в Средней Азии остаются внутри нее, причем главным переносным деятелем является ветер; и, наоборот, в периферических областях таким деятелем является проточная вода, выносящая продукты разрушения за пределы этих областей в море. По выражению Рихтгофена, в Центральной Азии преобладает движение центростремительное, в периферических областях - центробежное.
В первой продукты разрушения, переносясь только с места на место, оказывают нивелирующее влияние на поверхность страны, придавая ей более или менее однообразный вид, обуславливающий также однообразие ее растительного и животного населения и крайне неблагоприятно отражающийся на культурном развитии обитающих в стране племен. Совсем другие условия для человека и остального органического мира возникают в периферических областях, где проточные воды способствуют все большему и большему расчленению поверхности. Кроме указанного подразделения Рихтгофен принимает также существование еще двух областей, из которых следует упомянуть переходный пояс, к которому он относит обширные части Азиатского материка.
Оценивая по достоинству принцип разделения Азии, предложенный знаменитым немецким географом и геологом, И. В. Мушкетов замечает, что в состав переходного пояса входят весьма разнообразные элементы и что части этого пояса, рассматриваемые в каждую данную эпоху, всегда могут быть отнесены или к периферической, или к внутренней областям.
Поэтому Мушкетов полагает, что собственно материк Азия распадается только на две резко различающиеся по положению, характеру и происхождению части: Периферическую, или Окраинную Азию и Внутреннюю, или Среднюю Азию, подразумевая под этим последним термином совокупность всех замкнутых областей Азии, не имеющих стока к открытому морю.
При такой классификации восточная часть Средней Азии совпадает с Центральной Азией Рихтгофена; западную же часть Средней Азии И. В. Мушкетов предпочитает называть "Туркестаном", или "Туркестанским бассейном".
"Под именем Туркестана, или Туркестанского бассейна, - писал автор,- я разумею обширную площадь материка Азии, простирающуюся от Мугоджарских гор и Устюрта на западе до Джунгарского Алатау, Тянь-Шаня и Памира на востоке, от гор Кюрень-Тага, или Копет-Дага и гор Хорасанских на юге до Тарбагатая, Чингиз-тау и Арало-Иртышского водораздела на севере".
Наметив в общих чертах состояние бывших в недавнем геологическом прошлом всей Центральной Азии и Туркестане обширных внутренних морей и указав на существовавшую непосредственную их связь, Мушкетов намечает подразделения Туркестанского бассейна и выясняет основания для подразделения окружающих его хребтов.
Наиболее подробно рассмотрена в исследовании ученого геологическая история Туранского, или Аральского бассейна, чему посвящена вся вторая часть первого тома. При этом автор опирается на богатый фактический материал, собранный им в период путешествия по краю.
При исследовании западных предгорий Тянь-Шаня Мушкетов отмечает крайне запутанные явления дислокации пород. Памятуя, что видимый в природе беспорядок есть только сочетание законных, но непонятных нам явлений, он весьма основательно разъяснил, что вся запутанность упомянутых явлений происходит от совмещения или сталкивания здесь двух направлений складчатости. Подобный характер осадков он отмечает потом в Фергане и западных предгорьях Памиро-Алая.
При описании характера осадочных отложений в Кызылкумах И, В. Мушкетов видит их изменения как в петрографическом, палеонтологическом, так и в стратиграфическом отношениях. Конгломераты и известняки заменяются песчаниками и мергелями, что особенно замечается в третичных отложениях; окаменелости в них почти совершенно исчезают, а напластование их, за немногими исключениями, становится совершенно, горизонтальным. Между после третичными отложениями первое место занимают 
арало-каспийские осадки и эоловые образования. Здесь, между прочим, интересны наблюдения исследователя над зависимостью форм накопления летучего песка от топографии местности. Зависимость эта поясняется многими рисунками.
Эти исследования ученого касаются непосредственно физико-географической и геологической истории территории Казахстана. Не менее важны его наблюдения и в других районах Средней Азии, соседних нашей республике и имеющих непосредственное отношение к ее геологическому прошлому.
На основании своих наблюдений, а также изучения литературных источников, И. В. Мушкетов приходит к выводу, что Туранский бассейн сложен преимущественно из новых осадочных образований: юрских, меловых, третичных и после третичных, которые занимают около 95% всей его поверхности. Остальное пространство этой площади занято палеозойскими отложениями, метаморфическими и кристаллическими породами, представленными в виде небольших острово-образных горных гряд, составляющих продолжение Тянь-Шаня и гор Нуратау. В этих грядах породы являются гораздо более разнообразными и в большей степени метаморфизованными, чем в Тянь-Шане.
Изучение осадочных отложений позволило автору сделать заключение, что в юрский период Туранский бассейн представлял сушу, сменившуюся в течение мелового периода морем, непрерывно существовавшим и в третичный период.
Постепенное сокращение этого моря происходило по мере увеличения горных складок и привело в плиоценовую эпоху к образованию Средиземного бассейна, из которого возник Арало-Каспийский бассейн. Древние границы последнего, восстанавливаются И. В. Мушкетовым с наибольшей полнотой.
Бассейн этот распадался на две части: западную и восточную, отличающиеся теми же особенностями, какие свойственны современному Аралу и Каспию, и соединенные лишь узким проливом в том месте, где обыкновенно помещаются низовья Узбоя. Дальнейшее сокращение бассейна совершенно обособило эти части, а затем выразилось в дроблении последних, что продолжается еще и в настоящее время.
И. В. Мушкетов приводит также весьма обстоятельное сопоставление метеорологических данных, что приводит его к следующему заключению: "В Туранском бассейне, и особенно в Кызылкумах, при высокой средней годовой температуре (11,5 - 12°С) господствуют сухие N и NO ветры, дующие большую часть года и наиболее развитые в самое жаркое, сухое время - летом и осенью, когда температура возвышается до 40 - 42°.
Эти ветры почти не производят атмосферных осадков, вместе с высокой температурой обуславливают громадную силу испарения, которая в несколько десятков раз превышает осадки, а в сухое время года - в несколько сот раз. Очевидно, что все эти процедуры способствуют, с одной стороны, весьма быстрому общему осушению страны, т. е. уничтожению бывших озер, обмелению рек и уменьшению Аральского моря или, все равно, его отступанию...
С другой стороны, резкие суточные изменения температуры и сильные, постоянные N и N0 ветры быстро разрушают основные породы, особенно меловые и третичные песчаники, превращая их в рыхлый, сыпучий материал, из которого слагаются огромные и многочисленные барханы, занимающие большую часть поверхности Туранского бассейна".
Интересны также выводы И. В. Мушкетова о различии барханов от дюн. Кроме речных дюн, имеющих в Туранском бассейне сравнительно ничтожное распределение, в этой области на огромном пространстве, особенно в северной части Кызылкумов и в Каракумах, развиты морские дюны, образованию которых способствует, главным образом, морская вода и морские ветры Аральского моря. По мере изменения направления прилегающих берегов внутреннего моря изменяется и само направление в сложении дюн.
Как указывает И. В. Мушкетов, "в дюнах вода измельчает, отсортировывает материал, а ветер только продолжает работу воды, придает окончательную отделку дюнам, тогда как в образовании барханов всю работу, с начала до конца, производит ветер: чем он сильнее, чем он постояннее, тем барханный тип чище, больше распространен в горизонтальном и вертикальном направлениях. Дюны могут образоваться в разнообразных климатах, барханы происходят только при известных климатических условиях.
Происхождение дюн часто зависит от петрографического характера пород берега... Барханы не приурочиваются к какому-либо определенному бассейну, как морские или речные дюны; напротив, они образуются по всей обнаженной поверхности суши, подверженной действию ветра при значительных колебаниях температуры и находятся на поверхности пород самой различной древности".
Параллельно и одновременно с постепенным осушением внутренности Азиатского материка шло и образование гор, которое, по И. В. Мушкетову, особенно энергично происходило в начале современной геологической эпохи, и которое, по-видимому, не закончилось даже и в настоящее время. Взгляд на орографию этих гор составляет второе широкое научное обобщение И. В. Мушкетова.
Как нами уже упоминалось, долгое время в науке господствовал взгляд А. Гумбольдта на строение горных масс Средней Азии. Он разделил хребты Средней Азии на пять систем, из которых четыре: Гималаи, Куэнь-Лунь, Тянь-Шань и Алтай, по его мнению, имеют общее направление с востока на запад, и одна - меридиональное - Болор. Несмотря на то, что некоторые исследователи, в том числе и А. П. Федченко, высказывали сомнение в существовании меридиональной Болорской системы, построение Гумбольдта долго держалось в географической науке. Существование Болора поддержал и Н. А. Северцов.
В результате тщательного исследования горных систем Средней Азии И. В. Мушкетов доказал отсутствие в ней самостоятельного меридионального поднятия. Кроме Алтая, Гималаи и Куэиь-Луня, все прочие цепи Средней Азии, но мнению И. В. Мушкетова, представляют собой систему многочисленных разнообразных складок, которые обязаны происхождением двум последовательным поднятиям: одно, наиболее древнее, имеет направление с северо-востока на юго-запад, другое, новейшее, подняло горы в направлении, стоящем к первому под прямым углом, т. е. с северо-запада на юго-восток.
Эти два поднятия нагромоздили целые гигантские системы дугообразных складок, выпуклостью обращенных к югу, а вогнутой стороной - на север. Складки эти И. В. Мушкетов разделяет па три большие системы: северная, или Тарбагатайская; средняя, или Тянь-Шаньская и южная, или Памиро-Алайская. К этим он прибавляет четвертую, лежащую вне исследованной им области,- горы Кюрень-Таг - Гиндукушекие,
Из всех систем Мушкетов считает наиболее обширной Тянь-Шаньскую, и она больше других была исследована им. Объяснение ученым Тянь-Шаньской горной системы представляет крупный шаг вперед не только в деле познания вертикального расчленения Азии, но и в учении о возникновении складчатых горных систем вообще. В отличии, от 
П. П. Семенова-Тян-Шанского, увидевшего Тянь-Шань как систему грядовых гор с параллельными хребтами, и Н. А. Северцова, считавшего его нагорьем, на котором разбросаны отдельные короткие хребты, лишь условно могущие быть соединенные в более длинные, Мушкетов рассматривал Тянь-Шань как систему хребтов двух основных простираний - северо-восточного и северо-западного, которые не пересекаются, а плавно переходят друг к другу, образуя выгнутые к югу дуги хребтов.
Мушкетов доказал, что в тектогенезе Тянь-Шаня складки и поднятия - неразделимые процессы. Как справедливо указывал, впоследствии, один из учеников И. В. Мушкетова, К. И. Богданович, "группировка хребтов такой обширнейшей системы, какой является Тянь-Шань среди систем азиатских хребтов, исполненная Мушкетовым на основании тщательного сопоставления огромного геологического материала, нанесла один из наиболее серьезных ударов последним стремлениям к геометрическому распределению горных хребтов, ведущему свое начало от грандиозных систем Эли де Бомона и, отчасти, отразившемуся еще на построениях Рихтгофена.
Исследованием геологического строения хребтов Тянь-Шаня Мушкетов на этой обширной системе блестящим образом подтвердил основные положения о несимметрическом строении складчатых дугообразных хребтов, высказанные за несколько лет до того Зюссом и Геймом для Альпийской системы.
Далее своими выводами он установил для одной из главнейших горных систем Азии направление стяжения от севера к югу, и с тех пор это положение получило значение как руководящее для объяснения всех орогенических явлений внутренней Азии, для объяснения даже очертаний этого материка. Мастерской рукой он начертил уже в то время руководящие линии Тянь-Шаньской системы, наметив и их продолжение в Европе".
Своими работами И. В. Мушкетов положил также прочное основание для возможности сравнения между собой различных частей Азии. В изучении оледенения Тянь-Шаня И. В. Мушкетов также приблизился к современному пониманию характера этого явления. Он доказал, что ледники Тянь-Шаня не спускались ниже 2300 - 2000 метров абсолютной высоты, - тем самым выправил ошибочное утверждение Н. А. Северцова, указавшего абсолютную высоту оледенения на 1300 метров.
В исследованиях И. В. Мушкетова о Тянь-Шане впервые ставился вопрос образования и распределения лёссов и лёссовидных суглинков, покрывающих значительное пространство предгорных равнин и межгорных впадин. Водные образования лёсса он рассматривал как самостоятельные процессы, существующие параллельно с эоловыми.
Еще одно открытие ученого связано с проблемой вулканизма в Тянь-Шане. Повсюду до исследований Мушкетова господствовало мнение, что вулканические явления широко распространены в Тянь-Шане, что до сих пор там имеются еще неугасшие вулканы.
Особенно настойчиво указывалось на группы угасающих вулканов в долине Или, в пределах Кульджинской провинции. В своей монографии и ряде статей Мушкетов приводит подробные наблюдения, не оставляющие никакого сомнения в неправильности взглядов Гумбольдта о вулканизме в Тянь-Шане. В Кульдже эти так называемые вулканы оказались вовсе не вулканического происхождения: исследователь обнаружил, что это просто результаты обширных подземных пожаров каменноугольных пластов.
Большой интерес представляет отчет И. В. Мушкетова об изучении последствий сильного землетрясения 28 мая 1887 года возле города Верного. Опубликованные им статьи явились первым исследованием этого рода по современным методам. Вывод автора: землетрясение возникло на почве местных нарушений геологического строения, и имеет характер тектонического происхождения.
Таким образом, И. В. Мушкетов, развивая результаты наблюдений П. П. Семенова и Н. А. Северцова, построил первую вполне научную и передовую для своего времени схему орографии и тектоники Средней Азии и южных областей нынешнего Казахстана. Одним из первых в русской географической науке он пришел к мысли о необходимости рассматривать рельеф генетически, в связи с его геологической историей.
Все творчество ученого-исследователя является блестящим практическим доказательством этого.

Источник:
А.С. Бейсенова. Иследования природы Казахстана. Издательство «Казахстан», Алма-Ата, 1979 год.