You are here

Home » Горно-Бадахшанской области природа. Восхождение на вершины Таджикистана.

История пика Корженевской.

Путешествия в горах Памира.

«В горах нужно зависеть только от себя, от своих сил, поэтому рассчитывать, что на большой высоте кто-то окажет помощь - это аморально» 

Анатолий Букреев.

Горы Памира.

Пик Евгении Корженевской был открыт и нанесен на карту известным исследователем горных районов Средней Азии, географом и гляциологом Н.Л. Корженевским в 1910 г. Еще в 1904 г., поставив своей целью исследование загадочного тогда Памира, Н.Л. Корженевский пред­принимает свое первое путешествие в верховье р. Муксу.
В то время было известно, что эта мощная река, один из истоков многоводного Вахша, берет начало в величайших ледниках Памира. Самый значительный из них был открыт в 1878 г. энтомологом и географом В.Ф. Ошаниным и наз­ван им ледником Федченко в честь известного исследова­теля Памиро-Алая.
Узкая и глубокая долина р. Муксу ограничена с севера склонами Заалайского хребта. К югу от нее высятся снеж­ные гиганты хребта Петра Первого, открытого также В.Ф. Ошаниным в 1878 г. Ко времени первой экспедиции Н.Л. Корженевского сведения об орографии хребта Петра Первого были весьма скудны, и путешественник надеялся во время своих маршрутов собрать более полные данные.
В сентябре 1904 г. Н.Л. Корженевский вместе с про­водником, киргизом Тохтур-баем, выступил из кишлака Алтын-Мазар в верховьях Муксу вниз по течению реки. С величайшими трудностями им удалось пройти по голово­кружительным пешеходным тропам через дикие теснины ущелья р. Муксу вплоть до ее слияния с р. Кзылсу у тад­жикского кишлака Дамбурачи.
В отчете о своем путеше­ствии Н.Л. Корженевский дал подробное описание мар­шрута схему устьев правых и левых притоков Муксу, сведения о следах древних оледенений  бассейна. Значительный интерес представили его сообщения о не известных тогда науке мощных современных оледенениях северных склонов хребта Петра Первого.
Одно из таких оледенений было обнаружено путешественником в 25 вер­стах к западу от Алтын-Мазара. Н.Л. Корженевский, рас­сматривая открывшееся слева ущелье, обратил внимание на мощные конечные морены и язык большого ледника, подступающего с юга вплотную к долине Муксу.
По сооб­щению Тохтур-бая, это был ледник Карасель. Исследователь ограничился тогда беглым осмотром языка ледника от р. Муксу; проследить продолжение и рас­смотреть его верховья он не смог из-за плохой погоды и низкой облачности. Н.Л. Корженевский рассчитывал поэтому обследовать ледник Карасель, названный им затем ледником Мушкетова.
Однако трудности путешествия вниз по долине Муксу подорвали силы путешественника, и по­пытку обследования вновь открытого ледника пришлось отложить на шесть лет. В августе 1910 г. Н.Л. Корженевский вместе со своим спутником, доктором М.П. Богдановым, снова проникает к верховьям Муксу.
21 августа они прошли к языку лед­ника Федченко. На следующий день было решено совместно с про­водником, узбеком Халметом, предпринять попытку осмотра ледника Мушкетова с правого склона долины Муксу; переправа на левый берег, к языку ледника, ока­залась невозможной из-за высокой воды.
В отличие от первого похода погода была теплая и сол­нечная. Продвигаясь рысью верхом на лошадях, группа через два часа достигла урочища Дорадек. Здесь стояли две зимовки, последние следы киргизских поселений в верховьях реки.
Скоро конная тропа оборвалась, и дальней­шее движение стало возможно только пешком, по едва заметной тропинке. Через полчаса Н.Л. Корженевский и Халмет находились на траверзе ущелья ледника Мушке­това.
Безоблачная погода позволила заглянуть в верховья ледника, и перед исследователем открылась незабываемая панорама отрогов хребта Петра Первого, покрытых мощ­ным снежно-ледовым панцирем.
«Первое, что поразило меня, - писал позже Н.Л. Кор­женевский гигантский ледяной массив, возвышав­шийся на заднем плане Карасельского ущелья. Ровная поверхность его гребня уносилась по меньшей мере на 20000 ф. (около 6100 м. - Ред.) в высоту и ярко сверкала мощными льдами, которые, по всей вероятности, и питают ледник Карасель.
От нас этот пик находился верстах в 20, и надо думать, что приблизительно такое же протя­жение имеет и глетчер. Этот величественный пик я посвя­щаю Евгении Сергеевне Корженевской с именем которой сплетены чувства моей благодарности за сердечное участие в моих путешествиях».
Н.Л. Корженевский сделал засечки с правого берега р. Муксу и определил местоположение ледника Мушкетова, до языка которого было не более двух верст. Видимые контуры ледника, склоны его ущелья и пик Корженевской были нанесены на первую карту этого района, приложен­ную к отчету.
Сравнение сведений Н.Л. Корженевского о место­положении и высоте вновь открытого пика с современными картографическими данными показывает, что первоисследователь в своих основных определениях был близок к истине.
Однако некоторые его предположения об оро­графии района пика не оправдались; несостоятельным ока­залось и предположение о связи верховьев ледника Мушкетова через перевалы с бассейном р. Хингоу.
Эти ошибки и ограниченность первых сведений о пике Корженевской естественны. В то время обширные про­странства высокогорного Памира, лежащие на многие десятки километров к югу от Муксу, вплоть до Пянджа, не были еще исследованы и обозначались на географиче­ских картах Средней Азии «белым пятном».
В результате работ Корженевского в 1904 и 1910 г.г. удалось получить только некоторые данные о северных склонах гигантской вершины; полные же сведения о ледниках этого узла, о местоположении пика Корженевской и расположении его гребней можно было получить только в результате вылазок в глубь «белого пятна».
Но эта работа в условиях царского строя была непосильна даже для такого смелого и настойчивого исследователя, каким был Н.Л. Корженевский. Решить ее полностью удалось только в годы со­ветской власти новому поколению географов и исследова­телей высокогорного Памира, опиравшихся на опыт своих предшественников.
В 1928 г. Академия наук СССР организовала Первую Памирскую экспедицию, ставившую главной своей зада­чей обследование высочайших хребтов Западного Памира, куда входит и область ледника Федченко.
Благодаря настойчивости отрядов экспедиции, в состав которых входили опытные альпинисты, удалось сделать ряд гео­графических открытий. Оказалось, что ледник Федченко простирается далеко в глубь неисследованного района Памира и по своей протяженности занимает одно из пер­вых мест среди горнодолинных ледников  мира.
Экспедиция 1928 г. практически доказала возможность сообщения верховьев Муксу через перевалы бассейна лед­ника Федченко с правыми притоками среднего течения р. Пяндж; однако ее работы не дали новых сведений о расположении гор к западу и северо-западу от хребта Академии наук, области, включающей район пика Кор­женевской.
В 1929 и 1930 г.г. экспедиции Академии наук СССР продолжали планомерное исследование бассейна правого притока Муксу - р. Сауксай, берущей начало из южных лед­ников пика Ленина. В 1931 г. состоялась разведка юго-западной окраины «белого пятна» - ледников Сугран, Гармо и Гандо.
Но и на этот раз не удалось опреде­лить взаимное расположение верховьев этих ледников и района пика Корженевской, объяснить противоречие дан­ных, полученных ранее при наблюдении с востока и с запада пика Гармо, считавшегося тогда узловой вер­шиной.
Загадка узла Гармо была разрешена только в 1932 г., после того как были сведены воедино результаты работ нескольких отрядов Таджикской экспедиции Академии наук СССР. Было установлено, что мощная трапецевидная вершина высотой в 7495 м, высшая точка СССР, названная пиком Сталина, расположена на стыке меридионального хребта Академии Наук и широтного хребта Петра Первого.
Съемка установила, что пик Сталина не имеет ничего общего с пиком Гармо. Экспедицией 1932 г. были также разрешены основные вопросы орографии горного узла пика Евгении Корженев­ской; отряды топографов и альпинистов обследовали лед­ники Фортамбек и Мушкетова, посетили верховья их глав­нейших притоков, определили, что пик Корженевской рас­полагается в северо-западном отроге хребта Академии наук неподалеку от пика Сталина; расстояние между ними не­многим превышает 13 км.
Мощное оледенение пика Корженевской относится к бас­сейнам ледников Фортамбек и Мушкетова. Долины этих ледников и их боковых притоков глубоко врезаются в мас­сив пика, формируя крутые, нередко отвесные склоны; перепады высот достигают 3000 - 3500 м.
Топографическими отрядами экспедиции были соста­влены первые карты этого района. Высота пика была перво­начально определена в 7050 м, затем в 6922 м наиболее достоверные геодезические измерения последних лет опре­деляют высоту его в 7105 м.
Пик Корженевской оказался, таким образом, одной из высочайших вершин Советского Союза и до последнего времени считался его третьим семитысячником Начиная с 1932 г. покорение этой вершины становится целью групп альпинистов-высотников.
В 1933 г. было совершено первое восхождение на пик Сталина, в 1934 г. - на пик Ленина, на очереди был пик Корженевской. Возможность восхождения на пик Корженевской из бассейна ледника Мушкетова представлялась мало вероят­ной. В 1932 г. ледник вплоть до верховьев был обследован участниками Таджикской экспедиции Академии наук - альпинистом В.Д. Недокладовым и геологом А.Н. Солдатовым.
Они сообщили, что склоны, примыкающие к вос­точному и северо-западному вершинным гребням пика, очень круты, лавиноопасны и попытки восхождения на вершину отсюда вряд ли возможны. Следовало учитывать и трудность подходов к языку ледника Мушкетова.
Един­ственная переправа вброд на левый берег Муксу у уро­чища Дорадек непроходима до сентября; подходы к языку ледника Мушкетова по левому берегу с низовьев Муксу по тропам золотоискателей исключительно трудны и вряд ли проходимы для вьючного транспорта.
Первое знакомство альпинистов с верховьями ледника Фортамбек в 1932 и 1933 гг. также не принесло утешитель­ных результатов. Было установлено, что южные склоны пика Корженевской и его юго-восточный гребень, ведущий к пику Четырех, круто обрываются к верховьям ледника Москвина отвестными двухкилометровыми стенами.
В сентябре 1936 г. в верховьях ледника Фортамбек работала альпинистская группа, разведывая пути вос­хождения на пик Сталина с севера. В состав ее входили инструктора похода, участники которого в июле-августе безрезультатно штурмовали пик Ленина. Альпинисты П.Н. Альгамбров, Е.А. Белецкий, Д.И. Гущин, Н.Н.А. Гусак, А.Б. Джапаридзе, И.Г. Федоров прошли к ущелью Фортамбек от низовьев Муксу, переправившись на левый берег бурной реки по шаткому мостику у кишлака Девсиар.
Двигаясь вверх по леднику Фортамбек в четырех часах пути от его языка альпинисты обратили внимание на узкое, не обозначенное на карте топографа Вальтера ущелье, прорезавшее высокую террасу древних леднико­вых отложений правого берега ледника.
Очертания ниж­них склонов ущелья позволяли предположить, что оно может вывести в глубь массива пика Корженевской, к одному из его вершинных гребней. Поиски пути к вершине пика Сталина с севера, от вер­ховьев ледников Москвина и Вальтера, были неудачны; было предпринято обследование некоторых мало изучен­ных районов бассейна ледника Фортамбек. Н.А. Гусак и А.Б. Джапаридзе решили вдвоем разведать ущелье, надеясь найти путь к вершине пика.
Альпинисты не без труда преодолели первую, крутую ступень ущелья, которое получило в последующих экспе­дициях имя Корженевской. Подъем был возможен только вдоль русла немноговодного, но бурного потока, судя по цвету воды, берущего начало из вечных льдов.
После четырех часов подъема по ущелью открылся вид на узкий, но мощный ледник, образующий в нижней части две крутые ступени. Язык ледника был свободен от камней, и его нижняя часть лежала на высоте 4090 м; на 1000 - 1100 м выше уровня ледника Фортамбек у входа в ущелье Корженевской.
Над левым берегом этого ледника высились отвесные гладкие стены скалистого гребня, уходившего вверх, на восток. От языка ледника можно было видеть часть верхних фирновых полей, путь к ним казался не­трудным.
Дальше, над заснеженным седлом перевала, выси­лись с юга крутые снежные склоны и чернел массив ска­листой вершины высотой не менее 6000 м. Еще дальше, в разорванных облаках, намечался контур мощного снеж­ного гребня.
Казалось, что он ведет вверх и на восток, но был ли он путем к вершине пика Корженевской? Гусак и Джапаридзе, несмотря на малочисленность группы и ограниченность запасов продовольствия, решили продолжать путь вверх по этому леднику.
Следующие два дня были заполнены тяжелой, но увле­кательной работой; каждая сотня метров подъема каза­лась восходителям еще одной ступенью на пути к цели. На второй день альпинисты вышли на перевал, на высоту вершин Эльбруса.
Открывшийся вид на восток вознаградил их за трудности похода. В провале лежащего у их ног ущелья был виден мощный ледник, рассеченный трещи­нами; на фоне льда четко обозначались срединные морены.
Это мог быть только ледник Мушкетова, а огромные вер­шины за ним принадлежали к группе Алтынмазарских пиков. Альпинисты находились на водораздельном гребне между бассейнами ледников Мушкетова и Фортамбек.
На следующий день было решено продолжать подъем от перевала по северным склонам скального шеститысячника. Альпинисты вышли в путь, рассчитывая к вечеру вернуться на бивак к маленькой альпинистской палатке на вытоптанной в снегу площадке.
Путь шел вначале по четко   выраженному   водораздельному   гребню,   а   затем по  снежным  склонам  крутизной  в  45 - 50°,   выходящим к  скалам   шеститысячника.   Было   холодно,   стыли   руки и особенно ноги (Джапаридзе рискнул выйти в высотный поход в обычных, неутепленных альпинистских ботинках).
Во второй половине дня альпинисты достигли первых скал черного массива (около 6200 м),   который   снизу казался самостоятельной вершиной. На самом деле это были только  скальные обнажения на контрфорсе, при­мыкающем к мощному уходившему на восток вершинному гребню.
Изгибы гребня не позволяли рассмотреть его верхнюю часть, но теперь разведчики не сомневались в том, что по этому гребню можно пройти к высшей точке массива. При сильном леденящем ветре альпинисты начали спуск и к вечеру достигли палатки.
Гусак с трудом стащил с ног товарища затвердевшие ботинки. Обе ступни ног Джапаридзе были обморожены. Растирание снегом не помогло. Ноги Джапаридзе нестерпимо болели, он мед­ленно шел, опираясь на плечо спутника; спуск продолжался почти без остановок для отдыха и сна.
Через два дня на леднике Фортамбек разведчики встретились со спасатель­ной группой, которая немедленно приступила к эвакуа­ции больного по тропе вдоль р. Муксу в Алтынмазар и дальше, в Фергану, навстречу вызванным по радио врачам.
Разведка Н.А. Гусака и А.Б. Джапаридзе проло­жила путь к вершине другим группам, и уже в следую­щем, 1937 г. была предпринята попытка штурма. В озна­менование двадцатилетия Великой Октябрьской социа­листической революции советские альпинисты предприняли восхождение на все три (известных тогда) семитысячника: пики Ленина, Сталина и Корженевской. Три отряда альпинистов-высотников были объединены в Памирской экспе­диции Всесоюзного совета по делам физической культуры и спорта.
Специальные портативные радиостанции позво­ляли отрядам и штурмовым группам поддерживать связь друг с другом, с базой экспедиции в Оше и с аэродромом в Алайской долине. Были выделены три самолета, приспо­собленные к полетам на больших высотах.
Предполага­лось, что использование авиации сократит число вьючных животных, ускорит и облегчит снабжение альпинистских групп на пути к вершинам. Было решено доставлять грузы в высотные лагери, сбрасывая их с бреющего полета без парашютов.
Для штурма пика Корженевской были выделены аль­пинисты А.Ф. Гетье, Н.А. Голофаст, Д.И. Гущин, И.В. Корзун, Г.М. Прокудаев, В.С. Науменко, радист Н.А. Кокин и врач В.И. Маслов. 23 июля отряд был доставлен на самолетах в кишлак Ляхш, у подножья западных отрогов Заалайского хребта.
Дальше двигаться можно было только вьючными  тропами. Через Муксу решили переправляться по самому верх­нему мосту у кишлака Ходжи-Toy, что сокращало трудный путь по левому берегу реки.
29 июля отряд переправился через Муксу. Мост из двух арчевых стволов без настила и перил раскачивался на ненадежных береговых устоях при каждом шаге, де­сятью метрами ниже бушевала река.
Груз был перенесен на руках, после чего со всеми предосторожностями были переправлены ишаки и яки. Путь по левому берегу Муксу от Ходжи-Toy к ущелью Фортамбек пересекает ущелья рек Иргай и Хадырша.
Местное население с давних пор пользовалось речными террасами и ущельями этих рек для выпаса скота, туда была проложена тропа, пересекающая прибрежные осыпи и многочисленные саи. При обходе особенно трудных участков тропа поднималась нередко на десятки метров выше реки.
Весенние воды, оползни и камнепады совер­шенно разрушили в нескольких местах этот ненадежный путь. Альпинисты затратили немало времени для того, чтобы сделать тропу проходимой для вьючных животных. Целые сутки сооружали мост через бурную р. Хадырша.
Дальше грузы пришлось нести в рюкзаках: воды Муксу залили на некоторых участках тропу. Путь до ущелья Фортамбек занял пять дней, и только к вечеру 2 августа участники экспедиции достигли языка ледника Фортам­бек.
К этому времени запасы продуктов подошли к концу, и отряд перешел на сокращенный паек. Только 6 августа самолеты сбросили на парашютах необходимые грузы, а 7 августа альпинисты выступили на разведку пути и для разбивки высотных лагерей.
Отряд шел по маршруту Гусака и Джапаридзе. Часть грузов несли носильщики-таджики. Один из них, комсомолец М. Сортаев, впослед­ствии дважды поднимался с грузом до перевала. 9 августа Гущин и Голофаст установили палатку на седловине водораздельного гребня (5650 м).
После одно­дневного отдыха весь отряд вышел для организации сле­дующего высотного лагеря. 11 августа альпинисты на высоте в 6100 м нашли хорошо защищенную от ветра площадку для лагеря. В тот день начался спуск в базовый лагерь для отдыха перед восхождением.
Альпинисты счи­тали, что штурм вершины подготовлен. 21 августа штурмовая группа прибыла в лагерь «6100». На следующий день при трудном подъеме к скалам вершинного гребня заболел Науменко. С помощью товари­щей он дошел до следующего лагеря, организованного несколько  ниже  вершинного  гребня (6400  м).
Отсюда решено было предпринять штурм вершины налегке, с тем чтобы преодолеть остающиеся 500-550 м подъема и в тот же день вернуться в лагерь «6400». Утром 23 августа Гущин, Голофаст, Корзун и Прокудаев вышли к вершине. Науменко не смог продолжать подъем.
Через час штурмовая группа достигла гребня и начала двигаться к вершине. После обхода острых скалистых «жандармов» путь проходил по заснеженному гребню. В два часа дня перед альпинистами открылся вид на вер­шинную точку гребня, дойти до нее удалось к четырем часам.
Альтиметр показывал 6960 м, но альпинисты уви­дели, что главная вершина пика лежит восточнее, за по­нижением вершинного гребня. Чтобы достигнуть ее, нужно было спуститься на седловину, лежащую, как казалось альпинистам, на 150 - 200 м ниже достигнутой ими высоты, затем снова подняться на несколько сот метров.
Для этого у группы не было ни времени, ни возможности: палатки, спальные мешки, горючее и продукты находи­лись в лагере «6400», там же лежал больной товарищ. С тяжелым сердцем альпинисты начали спуск.
Больного пришлось уложить в спальный мешок, обернуть палаткой и транспортировать три дня вниз по крутым снежным и ледовым склонам. Только на высоте 4500 м его здоровье начало заметно улучшаться.
Таким образом, в 1937 г. альпинистам удалось пройти большую часть вершинного гребня пика Корженевской, но его высшая точка не была достигнута. Эта неудача яви­лась результатом некоторых существенных организацион­ных и тактических ошибок, допущенных организаторами восхождения.
Отряд пика Корженевской к началу работы в высокогорной зоне не располагал минимальными запа­сами продуктов, а снабжение его с самолетов осуществля­лось с перебоями, что не могло не сказаться на состоянии участников экспедиции.
Подходы к базовому лагерю и раз­бивка высотных лагерей были проведены в крайне сжатые сроки, вследствие чего акклиматизация участников вос­хождения была недостаточной. Перед штурмом альпинисты не располагали исчерпывающими данными о протяженности и конфигурации вершинного гребня.
Последний высотный лагерь был разбит недопустимо низко, на 700 м ниже вершины. В этих условиях штурмовая группа на заключи­тельном этапе восхождения не имела ни времени, ни сил для того, чтобы преодолеть последнее препятствие - пони­жение гребня перед главной вершиной.
Однако положи­тельное значение экспедиции 1937 г. несомненно. Осно­вываясь на ее опыте, можно было разработать план решаю­щего штурма вершин. Обстоятельства сложились так, что следующая попытка штурма, закончившаяся победой, была предпринята только через 16 лет, в 1953 г.
Восхождение было организовано Отделом физкультуры  и  спорта ВЦСПС.

Горы Памира и природа. Природа Памирских гор.Природа Памирских гор.Природа Памирских гор.Природа Памирских гор.Природа Памирских гор.Природа Памирских гор.Природа Памирских гор.Природа Памирских гор.Природа Памирских гор.Природа Памирских гор.Природа Памирских гор.Природа Памирских гор.Природа Памирских гор.Природа Памирских гор.

Источник:
«Побежденные вершины». В. Рацек. Ежегодник Советского альпинизма. Государственное издательство географической литературы. 1954 год

Фотографии
Александра Петрова.