You are here

Home

Описание Киргиз-Казачьих или Киргиз-Кайсацких орд и степей.

Глава пятая.

Воды.

Воды киргизской степи заключаются в двух морях, многих озерах и реках.

Моря.

Из морей одно Каспийское, другое Аральское. О первом здесь говорить не будем, потому, что оно уже известно из описаний многих ученых, и только малою частию своею касается берегов киргиз-казачьих, но займемся обозрением Аральского моря, или озера,- оба названия сии ему приличны: одно по пространству, другое по неимению сообщения с прочими морями.Алексей Ираклиевич Левшин.
Оно лежит между 43,5° и 46,075° северной широты, и между 75,075° и 79° долготы от острова Ферро. Арабские и персидские географы именуют Аральское море Ховарезмским, Харазмским и Ургенджским озером, но киргиз-казаки и соседственные с ними народы называют оное Арал Денгис, то есть Островитое море.
В русских летописях оно именуется Синим, отчего и монголо-татары, около его кочевавшие, назывались у нас Синею ордою 18. Вода в нем не так солона, как в прочих морях, а близ устьев Аму и Сыра на довольно значительном от берега расстоянии она почти совсем пресная.
Восточный и южный берега Аральского моря низки и частию песчаны, а частию покрыты камышами, западный же и северо-западный высоки и круты, ибо составляются тою плоскою возвышенностию, которая нами описана в своем месте под названием Устюрта.
В восточной части моря Аральского есть многие малые острова, именуемые Барсакайтмас; а в северной половине один большой остров, называемый Барсакельмес, на коем растет лес. Известнейшие заливы сего моря суть Сары-Чаганак, составляющий северо-восточный острый угол его, Сарамасат, противоположный предыдущему, есть юго-западное окончание моря, Каракуй, принимавший в себя Яныдарью, лежит на юго-восток.
Прочих даже и имена малоизвестны. Полного описания берегов сего водохранилища доныне никто (Турецкий географ Гаджи Хальфа 20 в книге, известной под именем Джиган-Нума, пишет, что Аральское море имеет в окружности около 100 фарсанг или более и что оно от Каспийского отстоит также почти на 100 фарсанг) не делал.
Первый, занимавшийся сим предметом, был геодезист Муравин 19, осмотревший в 1741 году западную часть Аральского моря и снявший ее на план, который, однако же, не совсем согласен с нынешним состоянием изображенного на нем берега.
Что касается до прочих сторон, то они никогда не были сняты математически. На нашей карте вся форма Аральского моря означена по рекогонсцировкам и распросам российских инженеров или квартирмейстерских офицеров, бывших в степях казачьих в 1820, 1821, 1824, 1825 и 1826 годах.
Реки, впадающие в Аральское море, известны с древнейших времен. Одна из них есть Сыр, вливающаяся с восточной стороны и описанная ниже, другая Аму, впадающая с юга многими рукавами, промежутки коих покрыты камышом. Других рек Аральское море в себя не принимает.
Зимою оно мерзнет, и от устья Сыра до города Кунграта ходят чрез оное по льду. Рыбы в нем, сколько доныне известно, одинаковых родов и видов с рыбами моря Каспийского. Многие киргиз-казаки говорят, что в середине Аральского моря есть водоворот (?), к коему никакое судно приблизиться не может (Известие сие напоминает нам предположения некоторых европейских ученых прошедшего века, которые, так сказать, почитали необходимостию всеми силами искать подземных каналов между Каспийским и Аральским морями. Г. Эверсман говорит о сем весьма основательно:
- "Не постигают, куда девается вода столь значительными и многими реками вливающаяся в Каспийское и Аральское моря, утверждая очень справедливо, что поверхность сих морей слишком мала для того, чтобы могла испарить всю ту воду.
Но если рассмотрим обширные берега обоих водохранилищ, покрытые водяными растениями, болотами и заливами; если обратим внимание на близость песков, вечно втягивающих воду подобно Сцилле, то загадка становится удобопонятною.
Известно, что водяные растения могут в самое короткое время осушить пространные топи, а всасывающая сила песков должна быть в тысячу раз сильнее; и потому нет никакой надобности выдумывать подземельные каналы для разрешения затруднения").
Многие глинистые, совершенно голые и изрытые водою, возвышения, на север и северо-восток от Аральского моря лежащие, равно как и находящиеся между ими соляные озера, заставляют полагать, что море сие значительно уменьшилось.
Это предположение, как пишет барон Мейендорф, особенно подтверждается высотами Сарыбулак и Кук-Торкан, до которых лет за 40 перед сим, по словам старых киргизов, простиралось море; а ныне оно находится от них верстах в 60.
Возвышения сии, и прочие холмы, лежащие между ими и берегом морским, имеют склонение к морю, не производят почти никаких растений, изрыты водою, и в некоторых местах покрыты целыми слоями раковин и рыбьих костей.
Заметив это обстоятельство, обратим внимание читателя в другую сторону, а именно на Устюрт. Вспомним, что говорит о нем и о Чинке г. Эверсман, присовокупим в подкрепление, что киргизы, по преданиям, называют Чинк морским берегом, сошлемся на путешествие г. Муравьева в Хиву 21, на сочинения древних географов и из всего выведем заключение, что Аральское море некогда составляло часть Каспийского, или по крайней мере соединялось с ним.
Подробности сего мнения не могут здесь иметь места. Они вывели бы нас из пределов, которые мы себе предначертали, тем более, что завлекли бы нас в историю. Мы намерены изложить их в особом сочинении. Перешеек, отделяющий море Аральское от Каспийского, в карте нашей означен почти одною третью уже, нежели доныне полагали все вообще географы. Исправлением сим обязаны мы открытиям экспедиции, обозревавшей Устюрт в конце 1825 и начале 1826 года.
Находившиеся при оной офицеры г. Анжу, Загоскин и Дюгамель, под руководством, начальника экспедиции г. полковника Берга, не только определили, что протяжение от Мертвого Култука, составляющего залив Каспийского моря, до Дуананы-Кулама, залива Аральского моря, составляет 242 версты, но произвели на сем протяжении барометрическую нивелировку для определения высоты обоих морей. 
Правила, принятые в руководство при сей нивелировке, были следующие:
1. Наблюдения делались двумя барометрами.
2. В первом наблюдении расстояние между барометрами простиралось до 15 верст, а в последующих - от 4 до 7 верст.
3. Каждый день, при начатии наблюдений как барометры, так и термометры были сличаемы между собой, и разность принималась в рассуждении при вычислениях.
4. Барометры отстаивались до 15 минут, и наблюдения при каждом барометре производились в одно время.
5. Для отнесения частных нивелировок к одной горизонтальной плоскости, в каждом последующем наблюдении, последующий барометр занимал место предыдущего. 
6. При вычислении высот руководствовались таблицами, составленными генерал-майором Шубертом.
7. Нивелировка была произведена прямо в направлении от 3 к В под 45° северной широты; а потому поправка для уменьшения тяжести по широте места соделывается = 0.
Наблюдениями и вычислениями, произведенными на сих основаниях, найдено, что поверхность Аральского моря выше поверхности Каспийского на 117, 652 английских фута (почти 17 сажен). Нивелировка продолжалась 18 дней: с 13 января по 1 февраля. Выводы оной означены в прилагаемом при сем разрезе Устюрта. 

Озера.

В киргиз-казачьих степях находится чрезвычайно много озер разного свойства и разной величины, некоторые из них имеют воду пресную, многие - горькую, а большая часть - соленую. Из сих последних в иных соль оседает, в других нет, и всегда остается в совершенно жидком виде. Подробное описание всех сих озер было бы затруднительно, мы означим только главнейшие.
После Аральского моря самое большое водохранилище в ордах киргиз-казачьих есть озеро Балхаш, имеющее длину от севера на юг верст около 200, и окруженное с запада и юга песками, а с северо-востока камышами, растущими с сей стороны на далекое пространство.
В него впадает текущая с юго-запада из Китайских владений река Или, образующаяся в отраслях Тарбагатая, с северо-востока - река Аягуз и много малых рек и речек. На юго-восток от Балхаша находится озеро Иссык (теплое), или Туз (соленое).
По монгольски называется оно Темурту, а по китайски Иe-гаи. Длина его полагается около 150 верст; ширина до 50; вода в нем сладковатая, но по нужде может быть употребляема в пищу; рыбы много. Озеро сие принимает в себя 12 речек, означенных на карте, и дает начало реке Чую, которая течет из него с западной стороны на северо-запад.
На северо-восток от Балхаша лежат два озера: Сасык, или Алактукуль (Озеро, по-татарски значит "куль". Слово сие ставится киргиз-казаками после каждого собственного имени озера), и Ала, которые, вероятно, составляли прежде одну массу и кои соединяются ныне тремя протоками.
Перешеек, между ими заключающийся, состоит из солонцов. Разделение сих двух озер должно быть явление новое. На китайских картах, составленных по повелению Цянь Луна, или Кен Лунга 22, европейскими миссионерами 23 вместо двух озер, видим одно. Г. Клапрот 24 говорит, что оно прежде называлось Гургеноор. В карте Уньковского 25, сочиненной в 1722 или 1723 году по сведениям, полученным от зюнгарского хонтайдзи 26, оно показано под именем Алактукуль, но без разделения.
Сасык, по-киргизски, значит "удушливый". Название сие, по словам г. Лещева, дано сему озеру потому, что от гниющих около его камышей воздух наполняется вредными испарениями. На озере Алактукуль есть остров, а на острове высокая сопка или потухшая огнедышащая гора, называемая Аралтюбя, или Майтюбя. Гора сия подала повод г. Гумбольту написать любопытную его статью о вулканах и горах Азии (см. Annales des voyages, 1830, decembre).
От озера Ала (или Алакуль) до Семипалатинской крепости считается 450 верст. Протяжение сего озера полагают от востока к западу в 100 верст. На нем есть несколько небольших островов. Значительных рек ни озеро Сасык, ни Ала, в себя не принимают; но в них вливаются многие малые речки.
Нор-Зайсан (Нор, или ноор, значит по-монгольски "озеро") напоминает европейцам озера Констанцское и Женевское, ибо чрез него, подобно Рейну и Роне, проходит одна из величайших рек Азии, а именно: Иртыш. Озеро сие лежит между 47,5° и 48° северной широты и имеет наибольшее протяжение от запада на восток. В сем направлении длина его составляет несколько дней пути; а ширина с севера на юг не более одного дня. Течение воды в нем неприметно.
Чрез него переезжали в плоскодонных судах капитан Урасов, поручик Сомов, и потом генерал-майор Лихарев 27посланный в 1720 году Петром Великим с отрядом войска против зюнгаров 28 в верхний Иртыш. На озере сем есть острова.
Озеро Сальма, лежащее на юго-запад от гор Кен-Коз-лан, обширно и принимает в себя несколько речек, а именно: реки Тальды, Мурзачому и Жиримсу. Озеро Тенис, лежащее около 53° северной широты, замечательно по обширности своей и потому, что в него впадает река Селенга.
Кургальджин принимает в себя реку Нуру, имеет около 200 верст в окружности, и разделяется длинным узким полуостровом на две части. Глубина его довольно значительна, вода в нем горьковато-соленая, южный и восточный берега покрыты высоким и непроходимым камышом, который киргизы, кочующие на островах и по берегам, употребляют вместо дров. В Куркальджине есть разного рода рыба. Кроме Нуры вливаются в него реки Якши-Кун и Уч-Кашын.
Убаган-Денгиз, чрез которое проходит река Убаган, впадающая в Тобол, имеет около 60 верст в длину с севера на юг и не более половины сего пространства ширины на средине своей. Горькая и соленая вода его сообщает отвратительный вкус воде реки Убагана. По берегам сего озера много камышу.
На юг от Убагана находятся озеро Наурзум, изобильное рыбою и примыкающее к славному лесу, который носит одинаковое с ним название. Озера Сары-Купа и Биш-Купа, лежащие по обеим сторонам реки Тургая, почти в одинаковой долготе с Убаганом, скорее можно назвать болотами, нежели озерами, ибо они состоят из многих водяных пространств, покрытых камышами. То же самое должно сказать и об озерах Карсакбаш, лежащих также на правой стороне Тургая.
Озера Аксакалбарби в половине прошедшего столетия составляли собою одно водохранилище (См. "Оренбургскую топографию" Рычкова), имевшее в окружности верст около 200 и почитавшееся довольно глубоким, но в последние годы российские инженеры нашли, что оные состоят ныне из многих водяных вместилищ, заросших непроходимым камышом.
Острова или промежутки, заключающиеся между сими озерами, иногда служат киргизам удобными кочевьями. Озера сии весьма известны потому, что в них впадает одна из значительнейших киргизских рек, а именно: Тургай, принимающий в себя множество других рек и речек.
Аксакалбарби лежат на северо-восток от Аральского моря и отделяются от него песчаною степью, дней на пять или на шесть пути (Г. Жемчужников 29 и Балкашин, по распросам киргизов на пути к Сырдарье, в 1825 году, внесли в журнал свой известие о существовании на запад от Аксакалбарби, огромного озера, или моря Денгиз, которое мы гадательно означили на карте нашей, равно как и проток, соединяющий (по уверению тех же киргиз-казаков) сие море с Аксакалбарби).
Гряды озер Карасор, лежащих между реками Тобол и Убаган, равно как соседственные с ними Домбролы, состоят попеременно из озер соленых и пресных. Недалеко от них находятся озера Алакуль, имеющие воду соленую, но соли не производят. Несколько западнее озера Эбелей и на юг от оного Уркач особенно известны потому, что на них садится во множестве и хорошего качества соль.
Из Эбелея продовольствуются оною не только киргизы, но и поселения русские от границы почти до Екатеринбурга. Ее собирают летом в сухое и жаркое время. Уркачская соль доставляется в Россию в весьма малом количестве, ибо она гораздо далее от границы, нежели эбелейская, но сия последняя уступает ей в доброте.
Озеро Чаныли невелико, но весьма известно во всей Средней орде по множеству рыбы. Вода в нем пресная. Озеро Якши-Янгис, или Бурлук, дает начало реке Кулай-Айгырбурлук, которая течет около 100 верст и впадает в Ишим.
Горько-соленое озеро Чаглы, окружность которого составляет несколько дней пути, принимает в себя реку Чаглинку. Озеро Ходжа, описанное бароном Мейендорфом на пути его в Бухарию, лежит между песками, называемыми Большие Борсуки и горами Мугоджарскими, от коих отстоит с лишком на 120 верст. Название свое получило оно от погребенного близ него киргизского ходжи.
Берега его покрыты камышом. Осенью оно невелико, но весною от тающих снегов, и особенно от разлития речки Каунд-жур, оно расширяется верст на 40 в окружности. Вода в нем пресная, в окрестностях хорошие травы, а по косогорам есть пашни, для поливки коих из него проведены каналы.
От Ходжакула на юго-запад к Устюрту идет целый ряд озер, из коих каждое почти принимает в себя какую-нибудь речку; речки сии невелики. Аралы состоят также из многих озер, на левом берегу Кувандарьи лежащих. Некоторые из них довольно велики, другие так малы, что летом пересыхают и обнаженное дно их употребляется под пашни.
Озеро Индерское, подобно Эбелейскому, служит изобильным источником, где не только киргизы, но и уральские казаки берут соль. Оно лежит на левой стороне Урала близ крепости, получившей от него название Индерской (Кош-Уральская тоже). Озеро сие имеет в окружности до 40 верст. В горах, его облегающих, есть многие провалы и пещеры.
Положение их заставляет думать, что озеро сие лежит выше поверхности Урала. Так думал Паллас, и предположение его кажется для глаз путешественника справедливым, но исследования одного горного чиновника (г. Вечеслова), снимавшего Индерское озеро на план с помощью инструментов в 1821 году, открыли, что оно ниже поверхности Урала 15 саженями. Лучшая соль, из него добываемая, садится наверху, в виде маленьких кристаллов, легко рассыпающихся.
На вкус она горьковата. Дно сего озера покрыто толстым соляным слоем. Каракуль, или черные озера, лежат западнее Индерского. Одно из них, а именно Большое, немного южнее оного, а другое, Малое, севернее. Оба большею частию заросли камышом. Река Уил, проходя чрез Малый Каракуль, вливается в Большой. В сем последнем водится много рыбы.
Есть еще озера, называемые так же Каракуль, и лежащие на границе Ташкентского владения. Они имеют пресную воду, и хотя обросли камышом, но изобильны рыбою. Озеро Теле известно тем, что принимает или прежде принимало в себя реку Сарасу. Оно находится в недальнем расстоянии от Сырдарьи. Мы не означили его на карте, по недостатку сведений.
В соляное озеро Тузлук, находящееся против Сахарной крепости, впадает река Булдюрты; оно на значительное пространство окружено камышами.Озеро Чалкар, или, как называют оное казаки уральские, Чалкарское морцо, поглощает несколько речек, и испускает из себя проток Аще, впадающий в Урал.
Между устьями Урала и Эмбы, близ Каспийского моря, есть много соленых озер разного свойства и величины. В одном из них соль красноватая, и потому оно называется Малиновым. Ишимская линия и окрестности оной, равно как и некоторые другие части киргизской степи, столь изобильны озерами, что всех их нельзя и вычислить.
Озеро Джелдыбай, лежащее в 135 верстах на юго-запад от крепости Св. Петра, имеет около 20 верст в окружности и замечательно по необыкновенному множеству водяных птиц, водящихся по его берегам. Капитан Рычков пишет, что на пути от Орской крепости к Тургаю, в 323 верстах от границы русской, лежит озеро Карсакай, имеющее от 8 до 10 верст в окружности. Оно покрыто слоем из соляных кристаллов, сросшихся также плотно, как и горная соль.
Местами этот слой имеет до 3 четвертей аршина толщины, и по нем безопасно ездят. Под ним находится жидкий зеленый тузлук, в коем попадаются слитки соли удивительной величины. Вкусом и белизной соль сия не уступает илецкой.
Из того же озера, по словам Рычкова, выходит "источник, стремящийся на высоту увала, куда "прошед более 0,5 версты, скрывается в водоворотине".

Реки.

Важнейшая и величайшая из всех рек, орошающих степи киргиз-казачьи, есть без всякого сомнения Сыр, или Сырдарья. Вытекает она из гор Кашкар-даван, составляющих отрасль хребта, называемого китайцами Тянь-Шань, или Небесные горы.
Хотя источник Сыра и не определен астрономически на месте, однако же, по известности некоторых близлежащих городов и земель, вообще полагать должно, что он находится между 42° и 43° северной широты, с чем согласны показания Птолемея и Абульфеды 30.
До Кокана течет Сыр на юго-запад, от сего города поворачивает на север, около Туркестана принимает направление на запад и, пройдя урочище Акмечеть, лежащее около 84,5° долготы и около 45° широты, разделяется на два рукава, из которых северный удерживает название Сыра, а южный опять подразделяется на двое, и правое отделение его получает наименование Кувана, а левое Яны, или Янги (новый). Сей последний проток ныне пересох.
Собственно, так называемый Сыр, после разделения своего течет на северо-запад, проходит мимо развалин Джанкента, склоняется потом на север и впадает в море Аральское. Не доходя верст 15 до Джанкента и верст 50 до устья, лежит на нем урочище Кара-Тюбя, которого широта, по астрономическим наблюдениям, деланным в 1820 году бароном Мейендорфом на пути в Бухарию, составляет 45° 42' 42". Приведя в минуты остающееся от сего урочища пространство течения Сыра до моря, находим, что самое устье его лежит под 46° и несколькими минутами широты, и около 79° долготы от острова Ферро.
Кувандарья течет сначала на запад и скоро разделяется на пять протоков, называемых Биш-Узяк, потом опять соединяется в одно ложе и, миновав урочище Карак, находящееся на берегу ее, по наблюдениям барона
Мейендорфа, под 44° 52' 4" широты, идет на северо-запад в Аральское море.
Устье его от устья Сыра отстоит более, нежели на полградуса к югу. Недалеко от моря соединяется он с Сыром посредством узкого протока, называемого Ич-Калак, или Калтарык, почему то место, где стоял город Джанкент, и окрестности оного, составляют остров, с запада омываемый морем.
В полую воду бывают и другие между ими протоки, но они летом все пересыхают. Яныдарья, в переводе "новая река", называлась так потому, что очень недавно произошла. Геодезии прапорщик Муравин, посланный в 1743 году из Оренбурга в Хиву и составивший карту восточного берега Аральского моря с прилегающими к нему землями, не означил на оной Яны потому, что не видал ее и ничего не слыхал о ней.
Подробные караванные маршруты, писанные около половины прошедшего столетия и сохранившиеся в оренбургском архиве, означают все, даже малозначущие урочища от границы Российской чрез Сыр и Куван до Бухары, но ни слова не упоминают об Яныдарье.
Река сия, как уверяют киргизы, начала течь между 1760 и 1770 годами. Отделясь от Кувана, шла она на юго-запад и впадала в Аральское море в 6 или 7 днях караванного хода от устья Сыра. Кочующие близ оной каракалпаки и киргиз-казаки, желая воспользоваться сим новым явлением природы, начали разводить воды ее каналами на поля свои, и значительно уменьшили ее. К сему присоединилось действие близлежащих пространных песков, и река сия, или сей рукав реки, наконец, до того был доведен, что почти совсем исчез.
В 1820 году караваны переходили чрез сухое русло его верстах в 100 или более от моря, и встречали серного вкуса воду только в некоторых ямах на месте прежнего течения.  О разделении Сыра на рукава не говорят ничего ни древние географы, ни "Книга Большому чертежу" 31, почему можно думать, что Кувандарья произошла, так же как Яны, в новейшие времена, и может быть очень незадолго до 1731 года, когда Россия узнала оную, приняв в подданство жителей ее берегов.
Страна, из которой вытекает Сыр и которую орошает он в начале своего течения, наполнена высокими и частию снеговыми, а частию лесистыми горами. Стремящиеся из них ручьи и речки вдруг расширяют Сыр, придают ему быстроты и делают его судоходным.
Выше Ташкента примыкают к левому его берегу и даже переходят в иных местах на правый, пространные пески Кизилкум, идущие с запада от самого моря Аральского, и простирающиеся на несколько сот верст. Близ правого берега продолжаются до Ташкента и даже далее разные отрасли гор, из которых текут в Сырдарью еще несколько речек. Известнейшие между сими речками суть:
Акбура, выходящая из горы Ош; Чирчик, текущий под Ташкентом из горы Кандыртау с такою быстротою и шумом, что, по уверению очевидцев (Записки г. Назарова 32 о некоторых народах Средней Азии 1821 года), звери пугаются оного и бегут прочь; Бодам, на котором стоит город Чимкент; Талаш, Арс или Арыш, и проч. Упомянутые речки замечательны тем, что многие горы, из которых они выливаются, изобильны лесом, и что лес сей по ним может быть сплавляем до самого Аральского моря.
В Сыр, как уже сказано, не впадает ни одна большая, ни одна даже средственная река. Миновав горы Каратау, около Туркестана лежащие, Сыр течет по обширной пустой равнине, которой большая часть состоит из песков, начинающихся почти при самом происхождении, или отделении Кувана и Яны, и простирающихся под названием Каракум на северо-запад далее самого Аральского моря.
В сей пустыне Сыр уже не принимает в себя никаких текущих вод и, будучи сверх разделения своего на рукава везде ослабляем частыми каналами, проведенными из него для орошения полей, становится уже, нежели каков в средине своего течения.
Около Кокана Сырдарья имеет 150 и более сажен широты, а у Джанкента - менее 100 сажен. Приближаясь к морю, она составляет по правую сторону залив (более похожий на озеро), именуемый Камешлубаши. Окружность сего залива имеет около пяти верст. Верстах в 15 от смешения своего с водами морскими, Сыр расширяется верст на 30, или на 40 и становится мельче. Самое устье покрыто камышом, и вода здесь не глубже 3 или 4 футов (Voyage a Boukhara, P. 37).
Река Сыр образует течением своим многие острова; весеннего разлива она почти не имеет, но разливается среди жаров лета, и при начале зимы: летом от тающего в высоких горах близ источников снега, зимою, потому, что болотистые устья при первых холодах замерзают, а между тем течение воды сверху, из мест, где она почти никогда не бывает покрыта льдом, продолжается.
Чем сильнее в сие время морозы, тем более в ней прибывает воды. Берега Сыра, исключая гористую страну, в начале им орошаемую, по большей части низки и образуют по обеим сторонам широкую долину, которая будучи потопляема вешнею водою, среди самых песков становится плодородною и покрывается в иных местах кустарником, или даже порядочным лесом, в других - камышом или доставляет хорошие пажити для скота и земли, удобные для хлебопашества.
Впрочем, долина сия не беспрерывна, иногда встречаются и на ней наносные сыпучие пески. Вода в Сыре несколько мутна. Кувандарья, расширяющаяся в средине течения своего не более как на 20 сажен, озериста, имеет берега крутые и большею частию покрытые необыкновенно высоким камышом, в котором, как и по Сыру, водится много кабанов.
Воды Кувана, протекая по глинистому твердому дну, становятся очень прозрачны. Глубина сей реки от 5 до 10 футов. Русло Яныдарьи, образовавшееся в почве глинистой и ровной, прилегает к полосе довольно высокого леса, который состоит большею частию из саксауловых деревьев, совсем неудобных на строение, но чрезвычайно выгодных для топки. В лесах сих водятся волки, барсы, тигры и другие звери.
Глубина Сыра доказывается тем, что в Кокан по нем ходят суда, поднимающие по 70 верблюдов с вьюками. Известно также, что несколько русских татар, отплыв из Хивы по Амударье и вошедши из моря Аральского в устье Сыра, поднимались по оному верст на 100 вверх, следовательно, река сия вообще должна быть судоходна. Киргизы, напротив того, говорят, что в некоторых местах во время сильных жаров, на ней делаются отмели. Может статься, они распускают такие слухи из боязни, что к ним водою удобно привезти войска.
Впрочем, киргизы, как говорит барон Мейендорф, гордятся обладанием столь большой реки. Весьма желательно, чтобы известия об отмелях Сыра не были справедливы, ибо, предполагая возможность соединения Аральского моря с Каспийским, судоходство по Сыру может когда-нибудь доставить великие выгоды для торговли.
Хотя на самых берегах сей реки, исключая Ходжанта и славных некогда, но теперь разоренных Отрара и Тонката (Отрар знаменит в истории Тамерлана: здесь умер сей грозный завоеватель. Тонкат прославлен Чингисханом) 33 нет больших городов, однако ж, Кокан, богатый шелком и хлопчатого бумагою, на которые жители его выменивают русские товары для себя и соседов своих, находится только в 40 или 50 верстах от Сыра. Туркестан еще ближе.
Ташкент, изобильный также произведениями, находящимися в Кокане, немного далее. Бадакшан, торгующий изумрудами, бирюзами и другими дорогими камнями, также недалек от Сыра. Сверх того, к реке сей во многих местах прилегают горы, может быть, они скрывают в себе золото, серебро и драгоценные камни, ожидая руки, которая бы разверзла недра их.
На Сыре, Куване и Яны находятся многие развалины, описанные нами в особой статье, сему предмету посвященной. Теперь сделаем мы только общее замечание о развалинах, на Яныдарье лежащих. Известно, что река сия произошла во второй половине прошедшего столетия и что со времени появления ее на ней никто не жил кроме кочующих киргиз-казаков и каракалпаков: откуда же взялись развалины зданий? Неужели люди селились прежде в безводной пустыне?
Ответ на сии вопросы должно искать в известии, что след Яныдарьи в некоторых местах имеет два русла; одно шириною, равною Сыру, а в средине оного другое, гораздо уже. По сему последнему текла Яны, а первое есть, вероятно, путь какой-нибудь большой, давно пересохшей реки и на ней-то, конечно, находились те поселения, коих развалины видим мы теперь. Не тут ли текла Кизилдарья, о которой много было говорено в прошедшем столетии и которую теперь еще видим на старых географических картах? Теперь она уже не существует.
Верстах в 30 на юг от Яны посольство наше, отправлявшееся в Бухарию в 1820 году (См. Voyage a Boukhara par le Baron de Meyendorff), переходило чрез другое высохшее русло реки. Здесь также могла протекать Кизилдарья, ибо место ее полагали вообще южнее Сыра (В карте, приложенной к мосгеймовой Hist. ecclesiastica, река Кизил принимает в себя правый рукав Амударьи.
В нескольких картах, помещенных Витзеном в Nord and Ost Tartary, находим Кизил или Кессель-дарью в разных видах: на карте Иоанна Блеу (Bleou) она смешана с Сыром и над нею несправедливо поставлена надпись Kessel, olim Jaxartes. Ортелий, в своем Theatrum orbis terrarum (Антверпен 1598 года), повторяет то же 34).
В котором из двух мест справедливее было бы назначить течение сей прежде существовавшей реки, не знаем, а потому и не смеем вдаваться в предположения, которых поддержать не можем. Скажем только, что берега Сыра, развалины на нем сохранившиеся, и окрестности сих развалин, призывая к себе ученых людей для исследований, обещают трудам их богатую жатву, но, к сожалению, ни естествоиспытатели, ни любители истории и географии не получат о стране сей сведений полных и вместе положительных, до тех пор, пока в Азии не будет возможно путешествовать с книгами и математическими инструментами, как в Европе. Ныне усилия просвещенного наблюдателя встречают почти непреоборимую преграду в невежестве и подозрительности азиятцев.
После Сырдарьи должны мы говорить об Иртыше, который, хотя принадлежит к рекам сибирским, однако ж, в начале своем орошает степи киргизские и принимает в себя множество речек, из них вытекающих. Имея исток свой в Китайских владениях и проходя, как выше сказано, чрез озеро Нор-Зайсан, Иртыш разделяется на две части, из коих первая, простирающаяся от начала до впадения в озеро, называется Верхним Иртышом, а вторая, начинающаяся от выхода из озера до устья, Нижним Иртышом.
Первые достоверные сведения о сей реке были собраны в начале минувшего столетия по повелению императора Петра Великого офицерами отряда, посланного в сии места, для отыскания песочного золота, о котором тогда рассказывали множество басен.
В 1719 году капитан князь Ураков и поручик Сомов подымались на плоскодонных судах из Нижнего Иртыша, чрез Нор-Зайсан в Верхний. Сей последний, по словам их, впадает в озеро двумя устьями, из коих южное было довольно широко для удобного плавания, и течение воды в нем быстро.
В 1720 году генерал-майор Лихарев предпринимал то же путешествие и, достигнув Верхнего Иртыша, поднимался по оному безостановочно 12 дней. Он нашел, что оба берега сей реки состоят из песчаных гор. Далее не мог он следовать как по мелководию, так и потому, что на него напали зюнгары, тогда обладавшие тамошнею страною.
Описание Нижнего Иртыша и рек, в него впадающих с правой стороны, помещено во всех географиях русских: а потому мы вычислим только известнейшие из тех рек, которые текут в него с левой, т. е., с киргизской стороны. Река Бедакун впадает недалеко от Нор-Зайсана. За нею следуют ниже Катун-Карагай, Войлочевка, Аблайкитка, Кизилка, Чар-Гурбан, Тундук и, наконец, не говоря о многих малых речках и ручьях, Ишим.
Ишим берет свое начало из отрасли Иремейских гор и течет более 400 верст на северо-запад, потом вдруг круто поворачивается на север и, вступив в пределы России, стремится в Иртыш. Ишим принимает в себя кроме многих небольших речек и ручьев реки Терсекан, Кулай-Айгыр-Бурлук, Верхний Бурлук, Кайраклы, Кулу-тон и пр.
Правый берег Ишима, равно как и большей части речек, текущих в средине киргиз-казачьих степей, по замечанию г. Шангина, высок, производит весьма мало растений и иногда каменист, а левый низок и покрыт лугами. Дно в реке сей иловатое, однако ж, вода чиста, и в ней водятся многие роды как крупной, так и мелкой рыбы.
Ишим в начале своем довольно тих и узок, но потом течет с быстротою, редко замечаемою в реках сей страны. Терсекан, впадающий в Ишим с левой стороны, выходит из северных отлогостей Ильдигийского сырта и имеет, таким образом, всего течения верст около 300, на пространстве которых делает несколько весьма крутых поворотов.
Берега его отлоги, глинисты и покрыты окаменелостями. Г. Шангин, бывший на сей реке и собиравший самые ясные о ней сведения, пишет (Сибирский вестник 1820 года. Кн. 1), что берега ее по обеим сторонам сажен на двадцать от воды покрыты илом и наносными кругляками; это заставляет его предполагать, что она прежде была гораздо шире и быстрее.
Такого рода заключение подтверждается словами киргизов, называвших ее Малым Ишимом. Ныне Терсекан имеет течение едва приметное и в иных местах скрывается под наносами ила, потом опять показывается и опять исчезает под землею.
Известковая, глинистая и напитанная горькою солью почва, по которой он протекает, дает воде его солоновато-горький вкус и делает ее мутною. Кулай-Айгыр-Бурлук течет в Ишим, как уже сказано, из озера Якши-Янгис на пространстве около 100 верст.
Из прочих рек, впадающих в Иртыш с левой стороны, замечательнее всех Тобол, выливающийся из хребта Караадыр и текущий до впадения в него реки Уя, т. е. до границы русской на северо-восток. В вершинах своих он то исчезает под землею, то опять показывается, но, усилившись от впадающих в него речек, течет, не прерываясь.
Впадает он, как известно, в Иртыш близ Тобольска. Тобол часто переменяет течение свое и потому оставляет прежнее русло, части коего обыкновенно называются старицами. Песок, из него вынутый, содержит местами железо. Название его, как пишет Рычков, в своей "Оренбургской топографии", происходит от дерева шабул, или таволга, которое во множестве растет по берегам его. Вода в нем около вершин весьма дурная и вяжущая, но в продолжение течения она теряет сие свойство.
В Тоболе есть очень хорошая рыба. Из рек, вливающихся в Тобол с западной стороны, замечательна Аят по лесистым берегам своим, а с восточной Убаган, проходящая чрез озеро Убаган-Денгиз, принимающая в себя многие речки и впадающая близ Звериноголовской крепости. Горечь воды ее столь сильна, что сообщается самому Тоболу.
Убаган в некоторых местах летом совсем пересыхает. Река Уй, равным образом впадающая в Тобол, превосходит две предыдущие пространством течения и служит границею России от киргиз-казачьих орд. В нее впадает речка Тогузак, по берегам коей много тучных лугов, и несколько других малых речек.
После Уя следует говорить об Урале, который вытекает из хребта, носящего одинаковое с ним название, и течет сначала на юг, потом поворачивает на запад и, наконец, опять устремляется на юг, в море Каспийское. Направление Урала везде излучистое, и берега его покрыты лесом и кустарником.
Он отделяет Россию от степей киргиз-казачьих, начиная с Верхо-Уральска до самого устья, исключая малое пространство, от Нежинского редута до Рассыпной крепости, откуда граница в последние годы перенесена на Илек и Бердянку. Реки, текущие в Урал из степей киргиз-казачьих, суть: Орь, Илек, Утва и многие менее известные.
Орь или Урь, выходит из гор Мугоджарских тремя истоками, кои по соединении вместе получают общее название. Река сия на пространстве около 260 верст извивается в довольно крутых берегах своих по равнине, имеющей от 3 до 7 верст ширины и заросшей камышом и кустами.
Правая сторона ее гориста, левая низка и имеет прекрасные сенокосы. Вкус воды несколько солоноват, рыбы в ней водится довольно много. Замечательнейшая из впадающих в Орь рек, есть Камышаклы, которая также принимает в себя несколько речек и ручьев.
Илек вытекает из отрасли Уркачского хребта, называемой Босага, и течет на северо-запад до самого впадения его в Урал. В начале он называется Исонбай, потом, по принятии в себя нескольких речек, каковы Сууксу, Исет и проч., при урочище называемом Биштомак (т. е., пять рек), получает уже настоящее свое имя.
Он шире и быстрее всех рек от Урала до Сырдарьи встречающихся, дно его каменисто, вода вкусна и изобильна рыбою, по берегам есть хорошие травы, а местами кустарники и деревья. В Илек впадает Большая Хобда и многие речки, вместе с ним дающие стране, им орошаемой, способность к плодородию. Здесь видны небольшие, но прекрасные пашни, поливаемые водою из каналов.
Большая Хобда в верховье своем течет весьма близко к Илеку, потом удаляется от него, наконец, опять приближается и, приняв в себя многие малые речки, сливается с ними близ форпоста Буранного, пройдя около 200 верст. В ней водится чрезвычайно много мелкой рыбы.
Утва менее Илека и Ори, но более прочих впадающих в Урал рек. Устье ее находится против Иртецкого форпоста. Дно ее иловато, берега часто топки, потому что она весною далеко разливается, но та же самая причина обогащает их хорошими травами.
Реки Кумак и Сумдук, принимающие в себя много меньших речек и ручьев, текут в Урал: первая несколько выше Орской крепости, а вторая против Таналыцкой. На западе от устья Урала впадает четырьмя рукавами в Каспийское море река Сагиз, текущая из отраслей той ветви Уральского хребта, которая, как мы сказали выше, перешла в киргиз-казачью степь, между Ильинскою и Орскою крепостями.
Урочище, где она берет свое начало, называется Каркул-Гильды. Она проходит чрез солончак Тентек-Сур, имеет воду горьковато-соленую и совершенно негодную для употребления, берега дикие, бесплодные и в верховьях низкие, а к устью крутые.
Ширина ее сажен около 8; глубина в некоторых местах очень значительна, но броды весьма часты. Еще далее к юго-западу течет в море Каспийское Эмба, или Джем, выходящая из горы Айрюрюк, недалеко от истоков Ори, и протекающая около 550 верст по почве большей частию бесплодной.
Летом река сия бывает чрезвычайно мелка и в верхней части течет только плесами; но весною скопляется в ней чрезвычайное множество воды, так что в иных местах Эмба из русла своего, нигде не имеющего более 15 сажен ширины, разливается версты на две.
Дно ее наиболее песчаное, прибрежные места отлоги, вода пресная и изобильна рыбою, как речною, так и морскою, особенно близ устья. По берегам есть кое-где кустарники, но нет достаточно хорошей травы. В нее впадают многие речки, из коих замечательнейшая (по глубине) Темир. Эмба проходит чрез пески Сагиз и Бакумбай.
Река Уил вытекает из возвышений, лежащих между вершинами Илека и Хобды. Сначала берет она направление на юг, потом поворачивает на северо-запад, снова устремляется к югу, и, наконец, течет на запад; проходит между песками Бирюкты и Тайсуган, течет чрез озеро Малый Каракуль и окончательно исчезает в Большом Каракуле.
Все течение ее составляет около 350 верст, вода в ней пресная, изгибы ее происходят от окружающих ее гор. Из речек, в Уил впадающих, нет ни одной значительной. Рычков в "Оренбургской топографии" пишет, что в озеро Аксакалбарби впадают Тургая (Тургай значит жаворонок.
Название сие, вероятно, дано от множества жаворонков, около Тургая видимых), Иргиза и Улкияков. От неверности ли сведений, полученых первым историком и географом киргиз-казачьего народа, равно как и Оренбургского края, или от физических перемен; но мнение Рычкова теперь не согласно с настоящим положением означенных вод.
По исследованиям российских офицеров, сделанным в последние годы, оказалось, что киргиз-казаки точно полагают Тургая, лучше сказать, что они дают название Тургая всем речкам и ручьям, впадающим в Большой Тургай, которых числа, впрочем, никто не знает определительно.
Что касается до Улкияков, то при поверке на месте оказалось, что под сим именем известна одна только река, о коей будем говорить ниже. Улу-Тургай (Большой Тургай) вытекает из отраслей горы Улу, и в начале своем носит название Кара-Тургая.
Верхняя часть его лежит между утесами Свинцовых гор, потом течет он по почве песчано-глинистой, проходит чрез озера или камыши Бишкупа, далее чрез пески Кошелак, и, наконец, вливается в озеро Аксакалбарби. Берега его большею частию высоки и круты, почему на них и нет лугов, но есть кустарники и озера.
Замечательнейшие из малых Тургаев, впадающих в Большой, суть: Сары-Тургай, текущий по глинистому и топкому дну, и принимающий в себя Мунили и Думбе, Яллама-Тургай, имеющий берега, обросшие камышом, и также принимающий в себя еще два Тургая.
Сверх того, впадают в Большой Тургай реки: Улкияк и Иргиз. Улкияк, имеющий от 4 до 8 сажен ширины и крутые берега, впадает в Тургай с севера, при начале песков Кошелаккум и принимает в себя речки Кобыр и Каракай. Близ Улкияка находится могила хана Абулхаира.
Улу-Иргиз выходит из гор Караадырских и течет сперва на юго-восток, потом на юг, наконец, опять поворотив на юго-восток, впадает в Тургай, недалеко от впадения сего последнего в озеро Аксакал. Мы говорим здесь о главном Иргизе, а не о маленьких речках, коим киргизы также дают названия иргизов и коих они насчитывают несколько.
Многие смешивают Улу-Иргиз с Чит-Иргизом, вытекающим из гор Мугоджарских, и соединяющимся с предыдущим. Улу-Иргиз весьма узок, и хотя весною разливается далеко, но в конце лета, подобно многим соседственным с ним рекам перестает беспрерывно течь, и обращается в ряд озер.
Берега его большею частию очень круты и высоки. В слоях сих берегов замечены разрушенные морские раковины, а на поверхности берегов - слабые кустарники и озера. В воде кроме рыбы водится много черепах. По берегам Иргиза довольно соленых источников, почему вода его имеет также соленый вкус.
Иланчик, по словам киргизов, выходит из Улутага и впадает в озеро Якан Аккул, лежащее на юго-восток от Аксакалбарби, верстах в 100. Четыре реки Кингири, а именно: Джиланлы-Кингир, Джислы-Кингир, Кара-Кингир и Сары-Кингир, вытекая из гор Улу, соединяются вместе и вливаются в Сарасу.
Сарасу, о коей имеются доныне сведения только самые поверхностные, достойна примечания потому, что она до половины прошедшего столетия составляла границу между зюнгарами и киргиз-казаками. Сии последние говорят, что она выходит из горы Актау, или Артау, и пройдя значительное пространство, при конце течения своего обращается в ряд малых озер и впадает в озеро Телекуль, которое лежит весьма недалеко от Сырдарьи и в пяти или шести днях пути от моря Аральского.
Сведения наши о сей реке нисколько не подвинулись вперед в сравнении с теми, кои поместил Рычков в своей "Топографии Оренбургской" назад тому лет 70, а потому путь сей реки означен в карте нашей точками. Столь же мало знаем мы и реку Цуй. Г. г. Бурнашев и Поспелов, переходив чрез нее в 1800 году на пути в Ташкент, узнали, что она в октябре месяце не имела течения, и состояла из озер горько-соленой воды, но весною она бывает так быстра, что даже опасно ее переезжать.
Цуй вытекает из озера Иссык, и пройдя значительное пространство, впадает, по уверению киргизов, в озеро Кабанкулак близ озера Теле, принимающего в себя реку Сарасу. Нура, впадающая в озеро Кургальджин с восточной стороны, по словам г. Шангина, имеет течение довольно быстрое.
Ее составляют реки Малая Нура и Ессель-Нура. В неё текут несколько небольших речек. Проток Кузукоч весною соединяет ее с Ишимом, а летом пересыхает. Малая Нура бьет ключом из небольшой горы, и упадая на каменный помост, образует водоем, потом верст 50 продолжается оврагами, и по впадении в нее речки из Кизилтау, принимает правильное течение.
Так говорит г. Шангин, бывший у ее истока. На карте части Средней Азии, напечатанной в 1816 году, река сия несправедливо показана текущею в реку Ярь-Якши, которая сама впадает в Сарасу. В то же озеро (Кургальджин), на восток от устья Нуры, впадает река Кулан-Итмес, принимающая в себя реку Якши-Кун, замечательную изобилием трав по берегам.
Реки Улента и Чидерта, выходя из гор Буглы, текут на север в озеро Малый Окул. Ерчетулли-Югуртай стремится с севера на юг в озеро Балхаш. В то же озеро впадает и река Аягуз, выливающаяся из отраслей Тарбагатайского хребта, и принимающая в себя многие малые речки.
Южнее Аягуза, в озеро Балхаш текут реки Лепсу, Аксу и Каратал, соединяющийся с Куксу. В заключение упомянем о реке Или, вытекающей из Китайских владений, и равным образом впадающей в Балхаш. На ней стоит главный с западной стороны пограничный город китайский Или (Гульджа), а ближе к устью кочуют некоторые роды Большой киргиз-казачьей орды.
Вычислив все главнейшие реки страны, занимаемой киргиз-казаками, сообщим читателям нашим общее замечание о сих реках, извлеченное нами из печатных и рукописных журналов, и изустных известий людей, странствовавших по землям, нами описываемым.
Исключив реки первостепенные, каковы Сыр, Иртыш, Урал и некоторые из второстепенных, каковы Тобол (в отношении к той его части, которая находится в степи киргизской), Ишим, Орь, Илек нижняя часть Тургая, Нура и еще две или три реки, прочие, большею частию, текут только весною и в начале лета.
Наполняясь водами тающих снегов, они в сие время разливаются весьма широко, или образуют быстрые потоки, заключенные в узких берегах; тогда переправы чрез них становятся очень опасными, но по сбытии полых вод, остающаяся в настоящем русле масса воды, ежедневно начинает уменьшаться и производит цепь озер, соединяющихся одни с другими посредством слабых протоков, а иногда и совсем отделенных одно от другого. Малые речки большей частью пересыхают к осени.
Таковые явления должны быть приписаны частию глинистой почве земли, которая не удерживает в себе воды, а частию тому, что вследствие вешнего разлития и быстроты течения наносится в русла рек много песку и илу, который по сбытии вод составляет бугры, разделяющие реку на множество озер, и препятствующие свободному ее течению.
Вода в таковых случаях нередко просасывает себе пути под землею. Во время полноводия киргизы переплавляются чрез реки, составляя паромы и целые мосты из больших пуков камыша, связанных между собою волосяными веревками.
Хорошие колодцы в киргизской степи, особенно в летнее время, весьма достопримечательны: они определяют направления путей самых дальних. Впрочем, киргиз-казаки не очень страшатся мест безводных, ибо думают, что в большей части страны, ими занимаемой, можно найти воду недалеко от поверхности земли, а особенно в песках.
Замечательно, что нередко пресная вода встречается близ солонцов, или соленых озер, и иногда не далее как на сажень глубины. Бывали примеры, что находили вкусную и чистую воду под пластами соляного ила.

Глава шестая.

Естественные произведения трех царств природы.

После всего вышесказанного читатели наши, конечно, не будут ни требовать, ни ожидать от нас подробного описания трех царств природы в степях киргиз-казачьих. Сведения о сем предмете весьма недостаточны во многих образованных странах; пустыни же, нами описываемые, почти совсем не известны естествоиспытателям.
Паллас первый смотрел на них глазами истинного наблюдателя природы, и сообщил ученому свету замечания, сделанные им самим и бывшим при нем студентом Соколовым, но оба они не видели внутренностей степей киргизских, и обозревали их только с русской границы.
В 1803 году доктор Большой 36, бывший при несчастной экспедиции Гавердовского и взятый киргиз-казаками в плен, прожив несколько месяцев на берегах реки Сыр, описал некоторые естественные произведения тамошних окрестностей, но он делал наблюдения свои будучи невольником, и, следовательно, узнал только то, что мог видеть заключенный.
Г. г. Пандер и Эверсман при обстоятельствах счастливейших, пройдя в 1820 году вместе с российско-императорскою миссиею всю страну, лежащую между Оренбургом и Бухарою, сделали много весьма важных для естественной истории открытий, кои напечатаны: 
а) в Reise von Orenburg nach Bukhara v. Ewersman, Berlin, 1823, с примечаниями г. Лихтенштейна
b) в статье под заглавием: Description du pays compris entre Orenbourg et Boukhara, приложеной к путешествию барона Мейендорфа, а также с) в письме г. Фишера: Lettre adressee au nom de la societe Impeviale des Naturalistes de Moscou a un de ses membres, M. le Docteur Pander, par Ficher de Waldheim. Moscou, 1821.
Несколько лет спустя г. Эверсман совершил второе путешествие в степи киргиз-казаков (В 1826 году еще два естествоиспытателя проникли в казачьи степи: г. Ледебур видел часть оных, прилегающую к Змеиногорской крепости; г. Мейер был в окрестностях Нор-Зайсана, потом дошел до Семи рек и до урочища Алтын-Тюбя, при коем нашел копь изумрудов.
Описания сих двух путешествий нам еще неизвестны 37), с экспедициею полковника Берга. Соединив известия, всеми упомянутыми учеными собранные, и дополнив их замечаниями некоторых достойных вероятия жителей оренбургской границы, мы поместим здесь краткое обозрение произведений киргиз-казачьих степей во всех трех царствах природы, не принимая на себя обязанности удовлетворить ожиданиям естествоиспытателей, но для того, чтобы по возможности пополнить общее понятие о киргиз-казачьем народе и стране, ему принадлежащей.

Царство животное.

Млекопитающие.

Буйвол (bos buffelus). Попадается нередко, особенно около гор. Шерсть на нем не гладкая, цветом почти всегда светлая. Он редко бывает выше домашнего рогатого скота, но длиннее; будучи приучен к людям, не употребляется на работы подобно быкам и коровам. Мясо его невкусно, молоко густо и сладко.
Бобр (castor). Водится по рекам и озерам. Киргизы говорят, что они ловят иногда бобров белых.
Барсук (taxus).
Баран каменный (сарга аттоп).
Волк (canis lupus) в степях киргизских водится в великом множестве, а потому шкура его составляет важный предмет торговли киргиз-казаков. Он бывает разных цветов: большею частию серого, иногда белого, и изредка черного. Меха киргизских волков, особенно белых, отличаются легкостию и мягкостию.
Выдра (lutra).
Горностай (mustela erminea).
Еж (erinaceus auritus).
Землеройка (sorex fodiens).
Заяц (lepus tolai). Животное сие водится в степях киргиз-казачьих в таком множестве, что часто вбегает в станы отдыхающих караванов. Его ловят иногда руками без всяких приготовлений.
Изюбр (Cervus capreolus).
Кабан (sus scrofa), или дикая свинья. Водится во всех вообще камышах, особенно же по берегам Каспийского и Аральского морей, и весьма многих озер и рек, обросших камышами, как-то: на Сыре, Куване, Эмбе, Темире и
роч.
Киргиз-казаки и уральские казаки бьют зимою весьма много кабанов. Жирный кабан, без шкуры, весит иногда от 15 до 20 пудов. Капитан Рычков пишет, что во внутренности одного убитого им около реки Ори кабана, нашел он какой-то камень, употребляемый с пользою для лечения болезней. Киргизы подтверждают сие известие.
Кошка дикая (felis). Более домашней кошки. Число сих животных незначительно.
Коза дикая. См. слово "сайга".
Корсак (canis corsac). Вид лисицы, но ростом ниже и цветом светлее, а иногда бывает совсем белый. Чрезвычайное множество сих животных делает шкуры их одною из первых статей торговли киргиз-казаков с Россиею.
Куница (mustela).
Крот (talpa).
Крыса (mus rattus).
Лошадь дикая (equus, caballus sllvestris). Водится по реке Эмбе, на Устюрте, на реке Сарысу и в разных других местах. Кроме головы, иначе образованной, она мало имеет отличия от домашней лошади. Шерсть ее почти всегда светлого цвета, и большею частию голубоватая.
Киргиз-казаки стреляют диких лошадей для пищи и ловят для употребления на перевозку тяжестей. Они бывают двух родов, из коих один крупнее, другой мельче; первый называется в казачьих ордах кулан, второй тарпан. Обучать диких лошадей или делать их ручными почитается киргизами возможным; ловят их иногда весьма просто арканами; но на Устюрте употребляется для сего особый способ, который будет описан в своем месте.
Мясо диких лошадей, хотя и употребляется киргизами в пищу, но не так вкусно, как мясо домашней лошади. Говорят, будто бы в нем попадается много песку. Кожа дикой лошади употребляется в Бухарин на делание шагринов, а киргизы находят в ней целебную силу и зашивают в нее больных.
Лось (Cervus alces).
Лисицы (canis vulpes, canis caragan etc). Разных видов и в великом множестве.
Медведь (ursus). Водится в лесистых горах Кен-Коз-лан, Каркаралы и проч.
Маралы. Находятся там же и особенно в горах Буглы. Они принадлежат к роду оленей, но ростом немного ниже. Киргиз-казаки употребляют их в пищу.
Мышь (mus) разных видов и в большом количестве (mus sylvaticus, mus lineatus, etc.) (Г. Эверсман замечает, что грызущие животные многочисленнее всех прочих млекопитающих в западной части киргизских степей. То же замечено и в средней части оных.
Грызущие животные питаются кореньями кустов и луковичных растений, а потому растения сии иногда совсем искореняются ими, но коль скоро зверьки переходят на другое место, то пространство, ими опустошенное, покрывается травами в большем изобилии, нежели прежде.
Из сего заключает г. Эверсман, что животные сии очень полезны для страны, нами описываемой.) Сюда же отнесем мы описанные г. Эверсманом и Лихтенштейном meriones tamaricinus, m. meridianus, m. opimus; cricetus phaeus, georychus talpinus, Hypudeeus migratorius, Hyp. oeconomus, Hyp. lagurus, и четыре вида Dipus, а именно Dipus telum, D. lagopus, D. pygmaeus, D. platurus.
Мышь летучая (Vespertilio discolor, Vesp. pipistrellus, etc.). Встречаются также разных видов.
Олень (Cervus elaphus). Водится около Ишима и в разных других местах (Пал.).
Осел дикий (Equus asinus ferus).
Пестрец (Sciurus striatus)
Рысь (fells linx).
Сайга, или дикая коза (Паллас ее называет cervus pygargus, а г. Эверсман Anttlopa saiga). Стада сих животных бывают весьма многочисленны в степях киргиз-казачьих; и простираются иногда, как говорят, до десяти тысяч голов.
В статье о звероловстве расскажем мы, какими способами ловят их и стреляют. Рыло сайги лукообразно, ноздри широки, зрение не всегда чисто, потому что на глазах ее иногда делаются наросты; но обоняние, или чутье, весьма тонко, а потому она по ветру чувствует приближение к ней хищного зверя или человека.
Величиною она не более домашней козы, но шерсть на ней гладкая, короткая и обыкновенно темно-желтоватого цвета; рога не велики и круты, ноги тонки и сухи, и скорость ее бега удивительна. Сею способностию и высокими прыжками, весьма часто повторяемыми, спасается она от своих неприятелей.
Впрочем, ее легко можно приучить к людям и сделать ручною в молодости. Из многих употребляемых ею степных трав, она особенно любит полынь белую и бурую морскую. Мясо ее очень вкусно, но в нем, на спине, иногда находят червей.
От сей причины, равно как и от жару и насекомых, в ноздри ее набивающихся, она в летний зной, видимо, страдает и бывает в беспокойстве. Барон Мейендорф пишет, что сайги спасаются летом от сильных жаров следующим образом: одна из них прячет голову в какое-нибудь отверстие или закрытое от солнца место; в тени за нею скрывает свою голову вторая: за второю третья и т. д.
Если в сие время первая будет убита, то вторая заступает ее место; вторую заменяет третья. Таким образом убивают их весьма много.
Серна, или чернохвостая дикая коза (Capra ibex).
Сурок (Arctomys). Водится в большом количестве, и разных видов: Arctomys bobac, Ar. fulvus, Ar. leptodactylis, Ar. mugosaricus.
Суслик (mus citillus). Также в великом множестве.
Слепец (mus typhlus). Собака дикая.
Тигр (fells tigris), или, как называют его киргизы, юлбарс, водится в южной части степей, особенно в камышах возле Аральского моря и рек Сыр и Куван; впрочем, животное сие, принадлежащее теплым климатам, иногда заходит в Сибирь до реки Оби. Г. Спасский 38 (см. Сибир. вест. 1820 года) пишет, что в 1813 году был убит таковой зверь на реке Алее близ Локтевского завода и что Санкт-Петербургская Академия наук и Московское общество испытателей природы признали его по рисунку и описанию тигром.
Животное сие иногда бывает весьма длинно, но невысоко на ногах. Шерсть на нем гладкая и желтая, с черными поперечными полосами; кожа весьма толстая, когти чрезвычайно твердые. Сила его чрезвычайная: оно перекидывает чрез себя лошадей, и убивает верблюдов без усилия. О способах ловить сих животных говорено в своем месте.
Я имею у себя кожу тигра, убитого на берегах Сыра; она мерою, от ушей до хвоста 2,5 аршина; поперек чрез спину 1,25; от оконечности левой передней лапы чрез спину до когтей задней правой лапы 3 аршина. Киргизы говорят, что сия кожа не из самых больших. Из камышей выгоняют тигров, как и кабанов, зажигая оные.
Тюлень (phoca). Водится в Каспийском и Аральском морях и около устьев рек, в сии моря впадающих. На Эмбе ловят тюленей для получения кож и сала, которые идут в Россию. В прочих местах животные сии ловятся весьма редко и не составляют предмета торговли.
Тушканчик (mus jaculus).
Шакал (canis aureus)
Хорек (mustela putorius).

Птицы.

По причине бедности в лесах, кустарниках и даже густых травах, и по множеству озер и камышей степи киргиз-казаков бедны сухопутными птицами, но богаты водяными, некоторыми родами певчих, куропаток и проч. Назовем известнейшие породы.
Аист (ciconia).
Баба-птица (pelecanus onocrotalus). Водится около морей и весьма многих озер.
Беркут. См. орел.
Баклан (pelecanus carbo).
Ворона (Corvus corax).
Воробей желтоклевый
Гуси разных видов: серые, черные, красные.
Галка (Comix monedula).
Грач (Corvus frugilegus).
Голубь дикий (columba).
Драхвы (Otis tarda). В великом множестве на ровных местах.
Дрозд (Saxicola stapazina, Sax. oenanthe).
Журавль (grus ardea). Во множестве серого и белого цвета. Киргиз-казаки утверждают, что есть журавли с черными перьями на шее, подобными гриве.
Жаворонок серый (alauda alpestris) и черный (а. tatarica).
Казарка (anas rutila).
Карагуш (falco chrysdetos).
Каравайка (tantalus falcinellus).
Кобец, или белохвостка (falco apivorus).
Колпица (platalea leucorodia).
Коршун (falco vultur).
Косоножка.
Кулик (scolopax).
Куропатка (perdrix cinerea). Большею частию серая, иногда белая.
Курочка полевая азиатская (Charadrius aslattcus).
Курочка полевая татарская (Charadrius tataricus).
Ласточка: обыкновенная (hirundo), морская (sterna hirundo), каменная (hirundo alpestris).
Лебеди (anas olor). На многих озерах плавают целыми стадами, почему пограничные жители России ездят нарочно стрелять и ловить их (Вообще все птицы, дающие пух, ловятся в то время, когда линяют).
Мартышка (sterna).
Мышеловка.
Нырок (mergus merganser).
Орлы разных видов. Замечательнее всех других вид, называемый беркутом (falco fulvus), который степные народы употребляют для ловли зверей. Беркутов вынашивают и содержат как ястребов, и пред тем временем, когда надобно ехать на охоту, оставляют голодными.
Птица сия бывает столь сильна, что иногда уносит молодых овец, лисиц и корсаков. Схватывая их одною лапою за глаза, а другою за бок, беркут сгибает их и вдруг останавливает. Таким же образом нападает он на волков и препятствует им бежать.
Если, же волк, имея на себе беркута, помчится в лес, то беркут одною лапою упирается в дерево и таким образом нередко останавливает волка.
Овсянка (emberiza hortulana).
Пигалица (tringa vanellus).
Перелетных птиц весьма много весною и осенью.
Пеганка.
Перепелка (tetrao coturntx). Водится во множестве.
Подорожник золотистый (emberiza auricola).
Рагужа (falco chridetos).
Рябчик обыкновенный (tetrao) и долгохвостый (longocaudata).
Рыболов (larus canus).
Сивоворонка (Coracias garrula).
Скворец каменный (sturnus).
Снегирь (loxia pyrrhula).
Сова белая (strix nyctea).
Сойка (cervus glandaria).
Сокол (falco genttlis).
Соловей (motacilla luscinia).
Сорока (corvus pica).
Сорока морская (haematopus ostralegus).
Стерх (grus leucogeranus), или белый журавль. Паллас пишет, что птица сия замечательна по дерзости, с какою она бросается на людей, приближающихся к ее гнезду. По сему свойству, равно как по величине своей и остроте носа, она довольно опасна.
Стрепет (otts tetrax).
Сыч (strix otus).
Телегусь. Так называют киргизы птицу, похожую на куропатку; ноги же ее подобны лапам четвероногих. Они употребляются для лечения (см. статью о просвещении киргиз-казаков).
Трясогузка (motacilla flava, citreola).
Тетерка необычайная (tetrao paradoxus).
Утки дикие. Водятся в чрезвычайном множестве и разных видов: серые, белые, красные и проч.
Фазан (phasianus colchicus).
Филин (strix scops).
Чайка (larus).
Чапура с хохолком (ardea comata).
Чиж (fringilla spinus).
Черношейка.
Щур персидский (loxia persica) (Г. Пандер привез с собою одну птицу, которая походит на щура, но, по мнению г. Фишера 39, составляет особый род, названный им: Podoces Panderi, corvus Panderi)
Ястреб (falco pigargus).

Земноводные.

Змея встречается в разных видах. Есть змеи белые, кои, по словам Рычкова, водятся около Тургая, и бывают величиною в сажень; есть змеи темно-красные, называемые киргизами стрелы, потому, что они будто бы с необыкновенною быстротою бросаются на добычу.
Паллас, Лепехин 40, г. г. Пандер и Эверсман описали многие виды змей, в казачьих степях находимых: Coluber natrix, или ехидну; Coluber dione, С. caspius, anguis miliaris, vipera berus, v. halys, boa tatarica. Сей последний вид всем известен под именем боа; но г. Эверсман первый нашел его в степях киргиз-казачьих и привез с собою в Европу.
К сим и многим другим, здесь непоименованным видам уеверное воображение необразованного народа прибавляет каких-то двуглавых змей.
Лягушка: простая и хохотунья.
Хамелеон.
Черепахи. Водятся в обоих морях, во многих озерах и реках, но редко бывают значительной величины (По мнению г. Эверсмана, животные сии содействуют обрабатыванию степей подобно мышам, ибо также подрываются осенью под землю для проведения зимы и чрез то дают почве рыхлость).
Ящерицы: разных видов - lacerta agilus, 1. grammica, 1. verox, 1. variabilis, pipiens, leucostica, aurita; agama ocellata, ag. caudivolvula, helioscopa, agama aralensis, (новый вид, открытый г. Эверсманом), scincus pannonicus. Некоторые из сих видов отличаются величиной. Наиболее встречают ящериц в песках Каракум.

Рыбы.

Рыбы морские и речные разных родов и видов, как-то:
Осетр (accipenser sturio).
Белуга (accipenser huso).
Севрюга (accipenser stellatus).
Сом (cilurus glanis).
Сазан (varietas cyprini carpionis).
Линь (cyprinus tinсa).
Сабля (xiphias).
Карась (cyprinus carassius).
Окунь (perca fluviatilis).
Щука (esox lucius). Г. Шангин в озере Якши-Янгис видел щук в 1,75 аршина, и слышал, что они бывают еще крупнее, так, что уносят с берега ягнят.
Язь (cyprinus rutilus).
Чебак (cyprinus).
Судак (perca lucioperca).
Ерш (perca cernua).
Многие реки и озера киргизские содержат в себе чрезвычайное множество рыб. Так, например, капитан Рычков пишет, что в озерах по берегам Улу-Тургая нашли солдаты столько рыбы, что кололи ее копьями.

Насекомые.

Насекомых также множество в степях киргиз-казачьих. Замечательнейшие из них: скорпионы, тарантулы ядовитые и мохнатые, земляные пауки, бывающие величиною в грецкий орех. Также есть саранча, испанская муха, и разных видов жуки, гусеницы, кузнечики, мухи, бабочки, пчелы, осы, оводы, муравьи и разные другие насекомые и черви.
Г. Эверсман, в журнале путешествия своего (1825 и 1826 годов) пишет, что идя к Устюрту, встретил он на одном переходе обнаженные бугры, составленные из песчано-глинистой, желтоватой земли. Они имели продолговато-круглую фигуру, возвышались куполом, от двух до четырех футов в поперечнике, и от одного до двух высоты, были совершенно обнажены, между тем, как вокруг их степь густо поросла травою.
Один из сих бугров был разрыт, и тогда оказалось, что он внутри был во всех направлениях продырен различными скважинами, шириною в палец, и скважины сии были заткнуты мелкими кусочками стебельков полыни и облеплены испражнением какого-то насекомого; другие были наполнены прекраснейшими и совершенно правильных видов ледяными хрусталями, величиною от одной до двух линий.
Переходы, или пещерки, становились реже по мере углубления в землю. На четырех футах глубины, где земля была мягче и влажнее, г. Эверсман, наконец, нашел одного обитателя сего здания: то была гусеница около дюйма с четвертью длиною и от 3 до 4 линий толщиною, вероятно из рода icanites, или blaps, кои летом в южной части киргизской степи весьма многочисленны.
Раскопав курган еще на один фут, увидели, что скважистые переходы оного совершенно пересеклись, и, несмотря на все старания, не могли в нем найти другого экземпляра того же насекомого. Г. Эверсман полагает невозможным, чтобы столь большое здание было делом одного малого насекомого, и думает, что сии бугры созидаются в течение многих лет, и служат нескольким поколениям жилищем и местом превращений.

Царство растительное.

Астрагаль (astragalus).
Анемон лесной (апетоп sylvaticus).
Альпийский звездник.
Аксарида роговидная (axyarus cerastoides).
Анабазик (anabasis aphilla).
Амарил татарский (amaryllis tatarica).
Адонис (adonis apentna et vernalis).
Аялиш, кустарник, заменяющий дрова; особенно изобилен на Устюрте.
Белолизник (axyris caratoldes).
Буквица серая (betonica offictnalts).
Бараний язык (onosma simplex).
Боярыня (crategus oxyacantha).
Барбарис (berberis dumetorum).
Береза (betula alba).
Бирюгон (sallcornla herbacea).
Блестец (phalaris).
Божье дерево (artemisia arbotanum).
Белена (hyosciamus niger).
Балдырьян, земляной ладан (valertana).
Бодяк (cnicus).
Бобовник, персик дикий (amygdalus папа).
Верблюжья трава (kail).
Вербейник (lyslmachia vulgaris).
Вероника персидская и других видов (veronica)
Ветреница белая (halcis odoratus).
Ветреница полевая (anemone patens).
Вайда дикая (isatis ttnctoria).
/Валериана (valertana offidnalis)
Васильковоподобный татарник (carduus cyanoides).
Велла претонкая (vella tenuissima).
Вишня дикая (primus).
Вереск (juniperus communis).
Виолетка (viola canina).
Вяз (ulmus campestris).
Верба (salix fragilis).
Вечерняя фиалка (hesperis).
Волчий корень (scarzonera).
Воробьиное семя (lythospermum).
Водяной лютик серповидный (ranunculus aqualitis falcatus).
Ветреница, медвежье ухо (phlomis).
Гречиха (polygonum) дикая.
Горох свиловатый мыший (astragalus contortuplicatus) и полевой.
Гороховое дерево (robinia holodendron).
Гребенщик (tamarix germanica). Верблюды его любят.
Грудная трава (scabiosa arvensis, seu malva crispa).
Гречиха дикая (polygonum fagopyrum).
Гесперис татарский (hesperts).
Гулявник соляной (sysembrium sopftia).
Горохояр лазоревый (orobanche coeruleum).
Горький корень (serratula amara).
Гвоздики разные (caryophillus aromaticus).
Гороховник лапчатый (lotusorni tkopodiades).
Гречиха древесная (polygonum frutescens).
Гальбан (bubon galbanum) растет между Сыром и Куваном в песках и на глине. Г. Пандер говорит, что коренья сего растения при горении издают запах, похожий на запах assa foetida.
Гороховник (robinia, seu acacia sibirica).
Горчица (stnapis).
Додартия (dodartta).
Дурничник малый (belladonna).
Донник (trifolium).
Девясил (inula halenium).
Дятельник кислятка (trifolium repens).
Ежевид (echinops).
Естрагон (artemisia dragunculus).
Жабрей (antirrhinum genistifolium).
Желтокорень (stattce limonium).
Жимолость прекрасная (lonicera pulchra).
Жимолость татарская (lonicera tatarica).
Жимолость в виде дерева.
Жидовник (robinia holodendron).
Жидовник балгу (tatarix).
Железник, дереза (robinia frutescens).
Жаужимир (Доктор Большой полагает, что это ancyperus esculentis). Корень его пекут и употребляют в пищу.
Жабник речной и водяной (nanunculus aquaticus fluviatilis).
Желтокорень татарский (tatarica speciosa)
Звездочное дьявольское укушение (scabiosa stellata).
Змеевник (scorzonera), употребляем киргизами в пищу.
Зверобой синий (blattaria).
Зверобой каменный (polpodium felix).
Земляники разные (fragaria vesca).
Зубной корень (cachrys odontalglca).
Златоглав (asphodelus).
Земляная малина (ephedra).
Ира соленая (ira salsa).
Илан, зонтичное растение, употребляемое в пищу.
Ива, или тальник (salix pentrandra).
Кусык. Употребляют в пищу.
Камфорная трава (camphorosma monspeliensis).
Качил.
Колосняк песчаный (elimus arenarius).
Карагазин (anabasis aphylla).
Камбах (salsola oppositifolia).
Качим (salsola arbuscula).
Каперсы (caparus spinosa).
Каперсы стручковые. Употребляются на выделку овчин (lygophyllum fabago).
Катичуб. Кустарник, горящий весьма жарко, употребляется вместо дров.
Клоповник (cimicifuga, ledum palustre).
Кентаврея (centaurium).
Курюк.
Катунь (spinica fera).
Козелец (onobrychis).
Колосистая стручковая трава (astragalus spicotus)
Ковыль. Разных видов, покрывающий северную часть степей киргиз-казачьих (stipa)
Колокольчики (campanula convolvulus).
Козья стручковая трава.
Калинник (viburnum opulus)
Капуста дикая (еrисо).
Кизильник (cotoneastor).
Кекре. Горькая трава, похожая на квасию.
Камыши. Разных видов (Польза, извлекаемая киргизами из камыша, весьма разнообразна; молодой камыш скашивается и употребляется как сено, верхушки старого служат зимою для корма скоту, нижняя часть стебля
аменяет дрова. Наконец, места, поросшие камышами, составляют, как выше сказано, убежище от зимних бурь и сильного холода) (scirpus palustris, lacustris, acicularis, arundo phragmites, etc.).
Кошельки (cypripedium).
Криак. Кустарник, растущий на песчано-глинистой земле. Корень его похож на морковь, листья тонки и остры, как на пихте. Вышина около 1 аршина; растет он на бесплодных местах. Так описывает сие растение капитан Рычков.
Кук-бек. Низкое, почти кустовидное растение. По словам киргизов, растет на солончаках, имеет запах, подобный шалфею, и не увядает зимою. Оно служит изрядным кормом для скота, и может заменить дрова. 
Капуста заячья (sadum aizon).
Крыжовник (ribes grossularia).
Кислица (oxis lutea). Лошади едят ее с жадностию.
Клубника (fragaria vesca).
Косатик сибирский (acorus calamus).
Кна (onosma echioseles). Есть красный корень, коим киргиз-казачки красят себе ногти.
Корона царская (fruttllaria meleagris).
Косатик (antherium).
Косатик, фиалковый бубенчик (iris).
Кустарный подорожник (atraphaxis frutescens).
Козловая борода (tragopogon pratense).
Каперсовое дерево (zygophyllum).
Лебеда (chenopodtum sylvestre).
Лебеда соленая (atriplex salsa).
Лапушник соляной (nymphea salsa).
Левкой горный, дикий (cheiranthus montanus).
Ласточный сибирский корень (asclepias sibirica).
Ложечная трава (cochlearia offtcinalis).
Леонтика неизвестная (leonttca incerta).
Лоскутница (centaurea).
Лох (eleagnus angustifolla).
Лишай каменный (lichen saxatillis).
Ломонос (clematitis).
Лен дикий (antirrhinum linaria).
Лук дикий (allium сера).
Львиная лапка (alchimilla vulgaris).
Ластовень (asclepias).
Левкой пахучий (cheiranthus).
Лисий хвост (alopecurus pratensis).
Луцерна (medicago).
Любовное дерево (cercis siliquastrum).
Манника (festuca).
Малина степная (ephedra monostrachia).
Маслина дикая (eleagnus angustifoltus).
Мох разных видов (lichenes): исландский, шелковый и проч.
Молодил шаристый (sedum acre).
Мокрица ягодная (cucubatus otttes).
Молоточник (aires spinosa).
Молочай (euphorbia palustris).
Марьин корень, или пеония (paeonia officinalis). Употребляем как лекарство.
Мята дикая (menta sativa).
Мятлика (роа)
Многоколенник кустоватый (polygonum frutescens), по-киргизски песья моча (ит-сагик). Растение сие, будучи молодо, столь едко, что ни одна скотина его не может есть, но когда перезимует, то делается лучшим кормом для овец и коз.
Зола его употребляется на выделку мыла. Название "собачья или песья моча," дано сей траве, по уверению киргизов, от того, что собаки, встречая оную, никогда не проходят мимо, не испустивши на нее мочи. Из нее приготовляют лекарство способом довольно замечательным.
Вырывают в земле яму аршина в три глубиною и обжигают ее разводимым внутри огнем; потом наполняют ее молодыми стеблями ит-сигака, которые засыпаются землей и покрываются войлоком. В сем положении остается яма по крайней мере недели на две, а когда можно, то и более.
По окончании срока открывают яму с большою осторожностию, ибо выходящий из нее дым может лишить зрения. Вынутые из ямы перепрелые стебли варятся потом в воде, и дают взвар, похожий на деготь и сохраняемый в кружках или кувшинах.
Пользование оным бывает только наружное и должно быть производимо с осторожностью, ибо жидкость так крепка, что если бы вымазать ею все тело животного или человека, то она могла бы причинить смерть. Намазывание больной части тела повторяется, пока последует исцеление. Лекарство сие, как говорят, весьма полезно от паршей скота и от всяких вообще сыпей на теле человека.
Можжевельник (juniperus communis). Паллас заметил на Иртыше особый род можжевельника, похожий на кедровое дерево. Он назвал его juniperus lycia.
Могущник (potentilla prostrata).
Молодил (sedum).
Молоточник (aira).
Молочай (euphorbia).
Молочай садовый (euphobia helioscopia).
Медунишник (spiraea).
Незабудка (myosotis).
Овес дикий (avena sylvestris).
Одуванчик (chondrilla).
Осет (carduus arundo).
Осока (carex arenaria).
Осина (populus tremula).
Осокорь (populus alba, nigra).
Одномесячник осенний, стародубка (adonis autumnalis).
Острый осот (carex acuta).
Одуванчик, дикий цикорий (lontodon).
Полынь (artemista). Растет в чрезвычайном множестве и разных видов, особенно в южной части степей киргиз-казачьих. Летом даже мясо скота отзывается сим растением.
Перец степной (cenraurea grasttfolla).
Просвирняк, или проскурняк (malva).
Подорожник кустарный (plantago).
Палочник (typha palustris).
Поликлем.
Перечник широколиственный (lepidium latifolium).
Пурпуровая солнцевая трава (scorzorea purpurea).
Портулак (portulaca oleracea).
Попутник малый (plantago minuta).
Пырейные растения разных видов (tryticum repens).
Пушница (eriphorum).
Персик дикий (amygdalus папа).
Подлесник (azarum).
Подалирий (podalirius).
Порез (potamogeton).
Плакун (lythrum salicaria).
Постенник, будра (arabis).
Птичье гнездо (ornitogalum)
Пастушья сумка (thlaspi bursa pastoris)
Роза дикая (rosa sylvestris).
Роза белая (rosa pimplnellifolla).
Рогоз (juncus).
Роза простолистая. Так назвал г. Шангин найденное им на реке Сарысу растение с прекрасными цветами, желтыми снаружи и оранжевыми внутри, с мелкими листочками, попеременно растущими по стеблю между иглами.
Рябина (sorbus аисирапа).
Ромашка (anthemis nobilis).
Ракитник мшистый (cyticus pennatus).
Редька нежная (raphonus tenellus), коей листьями доктор Большой питался несколько времени.
Рогоплод песчаный Острый осот (carex acuta).
Одуванчик, дикий цикорий (lontodon).
Полынь (artemisia). Растет в чрезвычайном множестве и разных видов, особенно в южной части степей киргиз-казачьих. Летом даже мясо скота отзывается сим растением.
Перец степной (cenraurea grasttfolia).
Просвирняк, или проскурняк (malva).
Подорожник кустарный (plantago).
Палочник (typha palustris).
Поликлем.
Перечник широколиственный (lepidium lattfolium).
Пурпуровая солнцевая трава (scorzorea purpurea).
Портулак (portulaca oleracea).
Попутник малый (plant (cerato carpon arenarium).
Рожа (malva althea).
Ревень (rheum). Разных видов, из коих замечательнейший rheum caspicum, который, по словам г. Пандера, находится по сю сторону гор Мугоджарских и простирается до границ Бухарин, но достигает наибольшей высоты своей между рекой Сыр, горами Букан и Юзкудук.
Вид сей, равно растущий как в песке, так и в глинистой почве, давно известен, но не употребляется для лечения, ибо не столь действенен как rheum palmatum и rheum undulatum.
Румяница (onosma).
Румяна (echium vulgare).
Редька простая (raphanis).
Рыжуха тонколистная (sysimbrium tenerifolium).
Рябник, мохнатый цвет (fritillaria meleagris).
Серебряник (potentilla). Разных видов.
Сальсола (salsola).
Сеножник (chenopodium).
Скрипун зубчатый (cotiledon serrata).
Саликорния (salicornia). Разных видов.
Солянка, похожая на дерево (salsola arbuscula). Разные другие виды солянок во множестве.
Солодковый корень (glyctrrihisa). Растет в разных видах и в большом количестве, а потому составляет для киргиз-казаков предмет торговли.
Сокольная трава ядовитая (hieracium murorum).
Серповник (falcaria).
Скрипун (cotuledon spinosa).
Спаржа очень толстая (asparagus).
Скорционера фиголистная (scorconera caricifolia).
Сосна восточная (pinus orientalls).
Сотник (juneus typha).
Ситника (cyperus longus)
Саксаул. Г. Пандер называет его salsola, а г. Лихтенштейн, в примечании к путешествию г. Эверсмана, причисляет к роду tamarix. Дерево сие заслуживает особенного внимания. Наружностию похоже оно на жимолость, но имеет большие и мягкие иглы, вкусом соленоватые; кора его желтовато-серая; самое дерево очень крепко, тяжело и скорее ломается, нежели рубится; на огне горит оно, даже сырое, с силою и весьма долго, издавая приятный запах.
Наиболее растет оно по реке Сыр и особенно около Яныдарьи, где достигает до 2,5 сажен высоты, и 6 или 7 дюймов в диаметре. Саксаул начинает встречаться еще не доходя от Урала до гор Мугоджарских, но тут он имеет вид низкого кустарника; по мере приближения к югу, он возвышается и на берегах Яныдарьи достигает наибольшей своей высоты, обращаясь в дерево и составляя целые леса.
Неизвестно, докуда простирается на юг отчизна сего растения, но оно во множестве находится около Бухары. Замечательно, что в местах сих саксаул достигает весьма значительной высоты, между тем, как прочие соляные растения не возвышаются более 1 и до 3 футов. В песках саксаул остается в виде кустарника, в глине обращается в дерево. На Устюрте саксаул также растет в изобилии.
Сагыз. Так называет Гавердовский растение, имеющее в стебле беловатый сок, а при корне испускающее смолу.
Смородина таранушка. Найдена г. Шангиным в гранитных ущелиях горы Имантау.
Стародубка водяная (gentiana aquatica).
Сизимбрия (sisymbria).
Сузак (butumus umbellatus).
Серпуха (serratula tinctoria).
Синеголовник.
Ситник (sctrpus palustris).
Старина (senecio).
Терн (ulex europaeus).
Тюльпаны дикие. Во множестве и разных цветов.
Таволга (spiraea). Разных видов.
Тополь душистый (populus aromatica).
Торлок (pterococcus aphyllus).
Ткенна (licium tataricum). Разных видов.
Тмин, или чернушка (carum carvi). Особенно многочисленна на Устюрте.
Таль (salix).
Туясынгырь. По словам капитана Рычкова, имеет белую кору, бывает высотою до 1,25 аршина, растет в песках и замечательно тем, что от него тучнеют верблюды.
Тысячелистник (achillea millefolium).
Тростник (arundo).
Тополь белый (populus alba).
Торица, икотная трава (alyssum).
Тургай. Г. Эверсман причисляет сие растение к Euphrasia.
Укроп дикий (peucedanum).
Укроп персидский (ferula persica).
Утячье гнездо, воловий язык (anchusa).
Ушко медвежье с фиолетовыми цветами (verbascum holuceum).
Фиалка (viola canina).
Фиалка ночная, большая (hesperis tatarica).
Франкония пушистая (franconia hirsuta).
Хейрант горный, душистый.
Хмель (tumulus lupulus).
Хлеб.земляной (lichen exculentus).
Хвощ (equizedum).
Цитварное семя (artemisia santonica).
Чай каменный (statica suffruticosa).
Чеснок дикий (sempervivum tectorum).
Чертополох соляной (carduus).
Чай болотный.
Чеснок алтайский.
Чий. Служит для киргиз-казаков признаком близости воды от поверхности земной; он бывает весьма высок.
Чилига (arbotanum campestre).
Чижев глаз (draba verna).
Чеснок (allium sativum).
Шалфей (sabna officinalis).
Шишковая малузелла.
Ширмаиок. Так называют киргизы один вид павлиш-ника, коего верхи употребляют в пищу. Из него вытекает белый сок
Шираз. Растение, имеющее сочные плоды сероватого цвета, и употребляемое для лечения вместо сассапарели.
Шиповник с берберисовыми листьями (rosa berberifolia).
Щавель: простой и конский (rumex patientia, hydrolapatum).
Шильник водяной (alisma plantago).
Юшан, или юсан. Трава, которой натуралисты еще не определили названия, но которая находится в степях киргиз-казачьих в великом множестве и служит для паствы скота.
Янтак. Колючее, летнее двоебратственное растение.

Царство ископаемое.

Аммониты. Разных видов и иногда весьма большие.
Агат, зеленый и красный.
Амиант, или азбест.
Алебастр.
Белениты.
Брекчий.
Гранит. См. описание гор.
Грюнштейн.
Гипс: разных видов и цветов. Капитан Рычков пишет, что, идя на восток от Кара-Тургая, по земле малинового цвета, увидел он в стороне необычайное сияние, происходившее как бы от груды драгоценных камней. Прискакав на место, нашел он куски прозрачного малинового и блестящего белого гипса.
Глина: белая, фарфоровая. Замечена в киргизской степи недалеко от Иртыша, близ Белокаменной станицы; также на реках Сырдарье и Кингир.
Гнейс.
Железный камень.
Земной мягкий камень.
Змеевик.
Звонкий камень.
Колчаданы.
Кварцовые породы разных цветов.
Кремнистые породы. Г. Шангин в описании своей экспедиции к реке Нуре говорит, что он был удивлен, встретив в гранитных горах, идущих от озера Иман к горе того же имени, параллельные гряды кремнистого сланца и кварца, кои пересекали гранит в направлении от севера к югу и изображали как бы остатки стен, от 2 до 6 сажен толщины.
Квасцовая руда замечена на реке Камышле в 8 или 9 часах езды от границы русской, в горах Алгин, в вершинах рек Тобола и Илека.
Мыльный камень.
Мрамор белый, блестящий, весьма хорошего качества. Капитан Рычков нашел оный близ реки Камышлы, на пути своем от Иргиза к Улу-Тургаю и далее к Караганлы-Тургаю. Он уверяет, что мрамор сей ничем не хуже
тальянского.
Мергель.
Малахит хорошего свойства был доставлен Палласу из окрестностей озера Копчи, лежащего недалеко от Ишима. Нет сомнения, что ископаемое сие находится во многих местах киргизских степей вместе с медными рудами, о коих будем говорить ниже.
Магнит.

Металлы.

Горы, покрывающие степи киргизские, изобилуют разными металлами. Полудикие орды казачьи не могут их добывать, но они хранят сии сокровища подобно геродо-товым грифонам для потомства или для народов образованных, которые со временем не преминут разрыть подземные клады.
Многие рудные места сей страны уже известны, и некоторые из оных уже исследованы российскими горными офицерами, но нет сомнения, что большая часть еще остается в неизвестности. Означим здесь только те, о коих могли мы собрать достоверные сведения. 
а. Следуя обыкновенному порядку, мы прежде всего упомянем о рудах золотых, хотя, впрочем, известия о существовании оных в стране, нами описываемой, еще требуют подтверждений: киргиз-казаки уверяют, что металл сей находится в горах Улу Баянулу, Карача и Алгин.Капитан Рычков пишет, что на реке Камышле, верстах в 50 от русской границы, попадались ему "куски кварца и ноздреватого камня с прожилками, делающими признаки золотой руды.
По виду они были очень сходны с золотою рудою Березовского рудника близ Екатеринбурга". Он заметил также признаки золотой руды на реке Джизлы-Кингир, текущей из гор Улу.
b. Известия о серебрянных рудах не подлежат сомнениям. Если бы и не были достоверны показания киргиз-казаков, утверждающих будто серебро находится в помянутых горах Улу, Кукча, Баянулу, и Алгин и в продолжении гор Алтайских, то мы заменим их сведениями, из опыта почерпнутыми. Паллас (в пред. к тому III-му своего первого путешествия) говорит, что медные руды, попадающиеся на восточной стороне Урала в шиферных проселинах, всегда содержат в себе несколько серебра.
Еще положительнее говорит г. Шангин о существовании серебряных руд близ озера Иман, при речке Кайрак, близ вершины реки Малой Нуры, и на берегу реки Кулай-Айгир-Бурлук, впадающей в Ишим. Железистая охра, найденная им в сем последнем месте, содержала в пуде полтора золотника серебра.
Из прочих приисков,горными офицерами открытых и испытанных, замечательнейшие суть: прииск, названный Елисаветинским, и лежащий в 325 верстах от форпоста Семиарского и в 450 от Шулбинского (в прямом направлении) при верховьях речек Джамчи, текущих в озеро Балхаш.
Руда, в нем найденная, доставляет из пуда от 1,5 до 30 золотников серебра. В 38 верстах к северо-западу от сего места, над истоками реки Нуры при горе Биш-Чоку открыт другой прииск, названный Марьинским, в коем из пуда руды выходило от 1 до 12 золотников серебра.
Третий прииск, лежащий при реке Кайрак, текущей в Сарысу, в 40 верстах к западу от Марьинского, наименован Михайловским. Серебра содержит он в пуде от 1 до 2,5 золотников. Четвертый, или Аннинский, прииск на северо-западном берегу озера Иманкуль, дает из пуда руды до 1,5 золотника серебра. 
с. Свинцовые и медные руды. Описанные нами сейчас четыре прииска серебрянной руды составляют вместе богатые хранилища меди и свинца, а потому мы вторично обратимся к ним и, дав об них несколько подробнейшее понятие, означим количество свинца и меди, добытое из них при испытании.
Рудное местоположение Елисаветинского рудника составляет глинисто-порфировый и стланцовый пригорок, разделенный от северо-запада к юго-востоку кварцовою жилою, которая по всему протяжению своему обработана была древними народами.
Места разработки ясно видны. Длина рудного наклонения около 250 сажен, толщина от 1 до 3 сажен. Руды оного суть: различные свинцовые сребросодержащие охры, роговая серебряная руда, серебряная чернь, белая свинцовая руда, медная лазурь и зелень, частию землистые, частию охрусталованные. Кроме серебра из пуда руды добыто свинца, от 3 до 12 фунтов, и меди, от 1 до 9 фунтов.
Прииск Марьинский состоит из глинисто-сланцового пригорка, окруженного гранитовыми и порфировыми горами. Рудную матку составляет жила кварца, идущая от востока к западу полосою в 75 саженей толщины, и склоняющаяся от юга к северу около 60°.
В жиле сей заключаются руды землистой и охрусталованной медной зелени и сини, свинцовых сребросодержащих охр и белая свинцовая руда. Прииск сей был также разработан древними народами. Взятые из него образцы содержали кроме серебра от 1 до 10 фунтов свинца и от 1 до 11 фунтов меди, в пуде.
Глинисто-стланцовое возвышение, называемое прииском Михайловским, заключает в себе пространный пласт оруденелого тяжелого шпата, состоящего из медной зелени, медной сини и свинцовых сребросодержащих охр. И тут найдены древние разработки.
уды сего прииска из пуда доставляют от 0,5 до 9 фунтов свинца и меди. Прииск Аннинский особенно замечателен по изобилию леса, около его находящегося, и был обработан древними народами по всем протяжениям. Насыпи, сими разработками произведенные, ныне покрыты густым лесом, и занимают около 1000 квадратных саженей.
Руды состоят из соединений железистых глин с белою свинцового рудою и сребросодержащими свинцовыми охрами, с медным колчеданом, стекловатою медною рудою, медною синью и зеленью. Штурфы оных содержали в одном пуде от 1 до 10 фунтов меди, кроме серебра.
По приближенному исчислению, прииск сей должен заключать руды около 8000 кубических сажен, или до 3000000 пудов. Г. Шангин нашел близ ручья Айкайрака, впадающего в Ишим, два пласта медной руды, из коих один длиною 110, шириною 8 сажен, другой длиною 160, шириною 7 сажен.
Руда обоих содержала в пуде до 2 фунтов меди, куски же, проникнутые синью, быв отобраны, доставили из пуда 6 фунтов меди. Тот же путешественник описывает древние копи медной руды в известковом возвышении, называемом Аулиатаг (Святая гора).
Здесь рудное положение простирается в длину до 120, в ширину от 6 до 15 сажен. На реке Якши-Кун, в горах Тактурмас (близ Малой Нуры), в горах Курпе (близ той же речки), и в горе Бугулу, равным образом найдены г. Шангиным медные руды. На берегах рек Тургаев, на реке Кара-Кингир видел он руды свинцовые и медные.
Сопутствовавший ему майор Набоков 41 привез куски самородной меди с озера Зеренды. Капитан Рычков пишет, что он видел признаки медной руды на реке Джизлы-Кингир. Река сия вытекает из гор Улу (тау), вообще богатых рудами всякого рода, и в коих, как уверяют киргизы, весьма много древних копей, искусно обработанных.
Последнее обстоятельство не обращало бы на себя внимания, если бы в подкрепление оного мы не находили свидетельства достовернейшего в "Оренбургской топографии" Рычкова, которому один из первых заводчиков Оренбургской губернии объявлял, что многие найденные им в сем крае рудные копи древних народов, были произведены с большим искусством.
Штольны в оных еще были невредимы, простояв несколько столетий. Горные чиновники, занимавшиеся обозрением Индерских гор, нашли там медные руды в разных видах. Барон Мейендорф находил разные признаки медной руды на Илеке и на Бердянке. Сей последний рудник, кажется, был описан Палласом.
Он называет его Сайгачьим, и пишет, что в нем была найдена хорошо сохранившаяся, пространная и во многих местах разработанная древняя штольня, при очищении которой отысканы лепешки сплавленной меди, плавильные горшки из белой глины и кости засыпанных землею работников.
Тут же нашли множество кусков окаменелого дерева, но не заметили нигде признака плавильных печей. (См. "Путешествие" ч. 1. С. 370). Такого же рода старые копи медной руды, по словам Палласа, существуют в продолжениях Алтайских гор против Семипалатинской крепости.
Несколько кусков медной руды были доставлены сему ученому из хребта Ябик-Карагая. В 1793 году киргизы привезли в Оренбург медную руду в кварце и свинцовый блеск из гор Мугоджарских. Полковник Бентам нашел медные и железные руды в горах Бехлы.
Те же самые произведения природы находятся в весьма многих, здесь не показаных местах. Отрасль гор Улу, названная Свинцового, заслуживает сие название по всей справедливости. В ней на правом берегу реки Каратургая, в 1814 году (Рукописный журнал г. Генса) исследованы две жилы, из коих добыто и привезено в Троицк 6086 пудов руды.
В сем числе были куски чистого свинцового блеска, каждый пудов по 15. Все количество, переплавленное на Миясском заводе, произвело чистого свинцу 2500 пудов. В нескольких местах от сего рудника лежит так называемая Медная гора, состоящая из глины, порфира и медной зелени, иногда проникнутой самородной медью.
В ней найдены древние копи. 107 пудов и 13 фунтов руды, из нее взятой, доставили чистой меди 7 пудов 35 фунтов. 
d) Железные руды найдены в многих местах, как-то: между Иргизом и Тургаем, в отрасли гор, называемых Буглы, в некоторых ветвях продолжения гор Уральских, в горе Каратаг и проч. Значительнейший железный прииск лежит в горе Салпык, на реке Чирик-Бурлук, впадающей в реку Кулай-Айгыр-Бурлук, которая течет в Ишим. Г. Шангин, осмотрев сие место, заметил, что оно заключает в себе "один из богатейших железных рудников, какие только известны в России".
Нефть находят близ Каспийского моря и около вершины реки Сагиз.
Орлец.
Охры разных цветов.
Окаменелости черепокожных и других животных.
Порфир, из скал коего состоят многие горы.
Перелифть.
Роговиковые породы.
Роговой серовато-зеленый камень, составляющий главную породу гор Якши-Янгис.
Серпентин.
Селенитовые разные породы.
Сердолики.
Слюда, которая часто попадается на поверхности земли в виде дощечек.
Смола горная.
Слоновые, или говоря точнее, мамонтовые кости, вымываемые иногда водою по берегам Иртыша и Ишима.
Стланец.
Соль. Ископаемое сие в киргизских степях является на поверхности земли и в недрах оной в необыкновенном множестве. Паллас говорит (Т. 1. С. 392), что нет в свете страны, столь изобильной солью, как полуденная часть России (европейской и азиатской) и Великая Татария.
Мы уже говорили о соляных озерах и солончаках киргиз-казачьей степи, здесь обратим внимание только на те виды, в которых является киргизская соль по добытии оной из разных источников. Она бывает белая, красная, или малиновая, черная и зеленая; но вообще говоря, она не так вкусна как соль, в России добываемая, ибо содержит более земляных частиц.
Примечание сие не относится к горной соли, находящейся около Илецкой защиты (На реке Илек, верстах в 70 от Оренбурга), которую мы также относим к произведениям степей киргиз-казачьих. Пласт ее, простирающийся от севера к югу на 600 сажен, и от востока к западу на 500, есть истинное сокровище.
В 1821 году он был разработан в глубину на 13 сажен, и соль не изменилась нигде в своем качестве. Оной добывалось тогда ежегодно около 2000000 пудов; но количество сие в случае нужды можно было бы удвоить и утроить, не опасаясь истощения.
Некто, живя в Илецкой защите, в часы досуга, вычислил, что, если бы из вышеупомянутого пласта ежегодно выламывать по 4000000 пудов соли, то и тогда оный был бы достаточен на 14 тысяч лет. Не отвечаем за верность сего вычисления.
Илецкую соль ломают большими кусками, или штуками, подобно камням. Будучи смешана с земляными частицами, она обыкновенно имеет цвет темный, но в ней попадаются куски совершенно прозрачные, называемые сердцевиною, или сердцем.
Из них выделывают разного рода вещи, как то подсвечники, чашки, и даже вазы. Такого же рода изделия находятся в Величке, но судя по тому, что мы могли узнать будучи в Величковских ломнях, должно заключать, что куски сердцевины в Илецкой Защите попадаются гораздо крупнее.
Если они хорошо обработаны и вычищены, то вещи, из них выделанные, трудно отличить простым . глазом от хрусталя. В сухом месте они безвредно сохраняют вид сей в продолжение многих лет. Г. Пандер, говоря об озерах степей киргиз-казачьих, замечает, что соль, из них добываемая, дает большое количество серной и селитреной кислоты.
Селитра самородная, попадается большею частию на тех местах, которые были некогда обитаемы.
Сера, наиболее - около Сырдарьи.
Тальк.
Топаз прозрачный, желтоватый. Замечен капитаном Рычковым на берегу реки Камышаклы.
Уголь каменный. Паллас полагал, что оный должен находиться в горах, около Индерского озера лежащих, и предположение сие оправдано позднейшими открытиями горных чиновников, кои действительно нашли тут уголь различных видов.
Гавердовский говорит, что признаки каменного угля замечаются в разных отраслях гор, составляющих продолжение Уральского хребта. Барон Мейендорф нашел уголь очень хорошего свойства близ Илека, не далее 30 верст от Урала. Киргизы уверяют, что ископаемое сие находится в горах Алгинских, в возвышениях Корсакбаш, Калмас, Бараны и во многих других местах.
Фельдшпат.
Халцедоны.
Горный хрусталь.
Цеолит.
Шиферные породы разных видов. Шпат.
Яшма разных цветов и видов, из коих некоторые весьма красивы и могут служить для выделки всякого рода вещей. Есть яшма красноватая, белая, зеленая и проч. Паллас особенно выхваляет яшму, им найденную около Орской крепости на киргизских могилах.
Блестящие цвета сей яшмы приписывает он всегдашнему действию солнечных лучей, от коих она ничем не закрыта. Иногда попадаются плиты яшмы, с разными изображениями, в которых природа как бы хотела подражать искусству. 

Глава седьмая.

О главнейших путях, проходящих чрез степи Киргиз-Казачьи. Страна, нами описываемая, лежит между Россиею и несколькими торговыми государствами Средней Азии, а потому, хотя жители ее не имеют нужды в дорогах для взаимного сообщения, но посредничество, которое они принимают в сношениях своих северных соседей с южными, установило некоторые караванные пути, постоянные в главных направлениях своих, невзирая на изменения некоторых частей, зависящие от количества людей и верблюдов, от погоды, времени года и частных видов вожатых.
Мы почитаем полезным означить главнейшие из сих путей. Начнем с запада.
1. Из Сарайчиковской крепости в Хиву, чрез перешеек, отделяющий море Аральское от Каспийского, есть несколько путей. Замечательнейший из них есть так называемая древняя Ногайская дорога. Она идет чрез следующие места: чрез солончак Тентяксор и урочище Беляули, к реке Сагыз, чрез который переправляются близ развалин древнего укрепления, называемого Узюн-там.
От Сагыза - чрез горы Кайнарские к реке Эмбе, чрез которую переправляются близ древнего кладбища Бакашаулия. От Эмбы - к источникам пресной воды, называемым Учукан, близ коих также лежат развалины. От Учукан, или Учкан, мимо горы Джизлы, оставив оную слева, поднимаются на плоскую возвышенность Устюрт, о коей говорено выше.
По Устюрту дорога сия идет чрез пески Шам, или Сам, миновав которые до спуска Устюрта или до урочища Айбогур, проходит она чрез колодцы Айдобул, Актюбя и Куркурук. От Эмбы ходят чрез Устюрт еще другою дорогою, а именно между гор Джилды, мимо ключа Тасас, чрез урочище Коптам, колодцы Кусье и Чурук, чрез развалины Биляулитам, колодец Кусбулак, урочище Ичекакарган.
Спустившись с Устюрта, все караваны идут к развалинам древнего Ургенджи, а из оного - в Хиву, коей таким образом достигают в 25 или 26 дней. Развалины строений, остатки укреплений и прочно устроенные колодцы показывают, что два пути сии проложены народами, жившими здесь прежде киргиз-казаков.
Некоторые из сих последних приписывают вышеописанные устроения потомкам Чингисхана, и мнение сие кажется весьма вероятным. Можно думать, что первый из сих путей есть часть дороги, описанной Франциском Пеголетти в 1335 году 42.
Третья дорога, ведущая из Сарайчиковской крепости 43 в Хиву, отделяется от первой близ Кайнарских гор и идет на восток чрез колодец Сарыгаска, урочище Биркунды, ручей Ак-Коудран. На Устюрт поднимается она между оврагами Арсай и Корсай, потом достигает Аральского моря и продолжается берегом оного мимо заливов Дуананы-Кулама и Улу-Кулмагир, чрез развалины Давлет-Гирей до города Конрада, лежащего при Амударье.
Дорога сия длиннее первой, но удобнее. Между Са-райчиковскою крепостию и Оренбургом нет на реке Урале точки, с которой бы отправлялись в Азию купеческие караваны, кроме необыкновенных случаев.
2. Из Оренбурга в Бухару есть несколько путей. Замечательнейший из них тот, которым следовала миссия российская в 1820 году. Барон Мейендорф описал его следующим образом.

  Число,

              Становища

                Что на оных найдено

   Версты и

  месяц

   

      сажени

Октября

     

10

Ручей: Бердянка

Вода и травы

20—251

12

Битлису

Мало воды

25—469

13

Бурте

Вода

33—280

14

Узун-Бурте

Вода, трава и хворост

  26—120

16

Кара-Бутак

Лес, кустарники, вода и

 
   

трава

35—302

17

Река Илек

То же

27—434

19

Река Илек

 

31—60

20

Ручей: Тамды-Яман (Тамбутан, по мнению Эверсмана)

 

27—380

21

Суюксу

Кустарники, камыш, вода и трава

29—470

23

Талахбег

Кустарники, вода и тра-

 
   

ва

35—37

24

Гора Босага

Безводное место, мало

  31—386

   

кустарников, мало травы

 

25

Река Кублейли-Темир (Яман-Темир, по мнению Эверсмана)

Кустарники, мало травы, вода солодковатая

28 - 89 

 

     

27

Река Тираклу

Хорошая вода, мало травы, мало кустарников

31—219

28

Ручей Кара-Акэнти

Худая вода, мало травы, мало кустарников

34—110

30

Тубан

Вода, кустарники, трава

27—123

31 Ноября

Каунджур

То же

22—101

1

То же

То же

29—210

2

Озеро Ходжа

Вода, камыш, трава

44—454

4

Колодезь: Куль-Кудук

Вода, камыш, трава, кустарники

29—329

6

Аджи-Кудук

Вода, камыш, трава, мало кустарников

24—383

7

Чубур-тепе

Вода солодковатая и то же

29-35

8

Источник Октани (Челек, по мнению Эверсмана)

Кустарники, трава, худая вода

26—432

9

Источник Сары-Булак

Кустарников мало, трава, худая вода

39—292

11

Гора Дерман-Баши

Кустарники, трава, безводие

30—161

12

Колодезь Ураган

Кустарники, худая трава, худая вода

20—407

13

Кулли

Кустарники, худая трава, соленая вода

30—268

14

Холм Сапак

Кустарники, недостаток травы, безводие

26—162

15

Бухта Камешлу

Рассеянные кустарники, хорошая вода, мало травы

25—219

18

Ялтер-Куль

Мало кустарников, хорошая вода, хорошая трава

27—19

19

Река Сыр

Камыш и то же

26—12

22

Малое озерко без названия

Кустарники, трава, вода

9—378

23

Место без названия

Кустарники, нет травы,  безводие

24—79

24

Река Кувань

Кустарники рассеянные,  тростник, хорошая вода

29—329

25

То же

Кустарники, то же

19—304

27

То же

Мало кустарников, то же

16—249

28

То же

Кустарники, то же

28—14

30

Место без имени

Кустарники, мало травы, безводие

30—40

1 Декабря

Джаныдарья (По мнению г. Сенковского, согласно киргизскому произношению, то же, что Яны, или Янгидарья, или новая река 44)

Кустарники, худая вода, мало травы

33—449

3

У песков Кызылкум

Кустарники, безводие, мало травы

35—109 

Число, месяц

Становища

Что на оных найдено

Версты, сажени.

4

Пески Кызылкум

То же

42—162

5

То же

То же

44—69

6

Близ песков Кызылкум

То же

46—5

7

Колодезь Юз-Кудук

Хорошая вода, мало кустарников, мало травы

43—311

9

Место без имени

Безводие, то же

43—300

10

Близ песков Баткак

Безводие, кустарники,

 
   

мало травы

43—182

11

Гора Сусыз-Кара

То же

38—442

12

Источники Кара-Агач (Кара-ата, по мнению Эверсмана)

Мало кустарников, соленая вода, нет травы

40—58

13

Источник Агатма

То же

38—275

15

Колодезь Одун-Кудук

Хорошая вода, мало кустарников, нет травы

38—386

16

Деревня Кагатан

 

17—566

17

Город Вафкенд (Вапкан)

 

17—289

19

Деревня Базарчи

Земли обработанные

23—169

20

Бухара

 

2—00

   

Верст

1596—86

3. В Хиву ездят из Оренбурга двояким образом: а) или по Бухарской дороге, поворачивая с оной направо близ северо-восточного залива Аральского моря, называемого Сары-Чаганак, и от оного, придерживаясь берега морского, в прямом направлении к югу.
Переправясь чрез русло Яныдарьи близ колодца Кумбитти, идут на город Новый Ургендж, лежащий близ Хивы; b) или по западной стороне Аральского моря. Сей последний путь проходит чрез Илецкую защиту, чрез реки Илек, Хобду, Уил, Эмбу.
От Эмбы одни направляются к древней Ногайской дороге (см. выше) и по оной достигают до развалин Старого Ургенджа, другие выходят на Устюрт близ оврагов Курсай и идут на юго-восток, постепенно приближаясь к морю Аральскому,потом следуют самим морским берегом чрез развалины Девлет-Гирей и Карагумбет, залив Сарамасат и урочище Кускаджул. Спускаясь тут с Устюрта, идут на юговосток в город Кызыл-Ходжа, лежащий на левом берегу Амударьи в Хивинских владениях. 
4. Орская крепость есть ближайшая точка русской границы к Бухаре. Из нее идут в сию столицу несколько путей, которые около Сырдарьи сходятся один с другим, [101] равно как и с некоторыми дорогами, идущими из Оренбурга в Бухарию, что можно видеть на карте, к сему сочинению приложенной.Барон Мейендорф, возвращавшийся в 1821 году из Бухарин в Россию чрез Орскую крепость, полагал в своем рукописном журнале, что сия точка границы нашей отстоит от Бухары в 1250 или 1300 верстах. 
5. От Троицка до Бухары мы не имеем подробного маршрута, но знаем, что главная дорога, в сем направлении идущая, проходит чрез реки Аят, Тобол, Тургай,мимо озер Аксакалбарби, остающихся справа, чрез перевоз (на Сырдарье), именуемый Чиркайлы, чрез пять рукавов Кувандарьи, называемых Биш-Узек, чрез русло Яныдарьи,между горою Ак-Кыр и развалинами Ковенкала, и мимо гор Балобан и Учтюбе. В Кызылкуме дорога сия соединяется с Оренбургскою. Впрочем, этот путь из Троицка в Бухарию не единственный. 
6. Дорога из Петропавловской крепости, идущая в Бухару и называемая новою (Янгиюл), направляется чрез реку Ишим, чрез вершины Сары-Кынгыря, у подошвы гор Улу, чрез Кара-Кынгырь, чрез речки Беланте и Беляули, гору Сандук-Нура, пески Арш-Кудук, чрез Сырдарью при урочище Акмечеть, пески Кызылкум, Баткаккум.
7. Из Семиарского форпоста до Ташкенда г. г. Поспелов и Бурнашев в 1800 году шли следующим путем: чрез горы Ку-Казлык, находящиеся от Иртыша в 170 верстах,чрез горы Каркаралы, до которых от Ку-Казлыка верст 80, чрез реку Нуру, лежащую в 160 верстах от гор Каркаралы, чрез реку Сарасу и горы Кок-Томбак, отстоящие от Нуры в 460, а от Иртыша в 770 верстах.
За сими горами следует бесплодная степь Битпак, простирающаяся до реки Цуя на 180 верст. Чрез Цуй путешественники переправились на связках камыша и пройдя еще верст 50 по безводной песчаной степи, достигли озер Каракуль, за коими уже начинается Ташкентское владение. (См. Сибирский вестник 1818 года). 
8. Путь сей представляет великие неудобства. Гораздо выгоднее, по словам г. Поспелова, ехать в Ташкент с большими тяжестями из Ямышевской крепости, и в следующем направлении: от границы на юг к реке Тундук,потом вверх по сей реке до урочища Биштерек, от коего следует идти к горе Ку-Казлык, изобильной хорошею водою и травами; от Ку-Казлыка - до горы Бергутли,а от сей последней - к горам Кен-Козлан и Каркаралы, где нет недостатка в корме для скота, и где есть воды и леса.
По выгодам сего места можно на оном несколько дней отдохнуть. Далее до реки Нуры можно ехать без затруднения в повозках. Окрестности Нуры изобильны всем, что нужно для караванов. От реки сей - до реки Сарасу, хотя места не безводные, однако же чрез оные удобно проходить только малым караванам, а большие должны разделяться на части, равно как и в дальнейшем следовании от Сарысу до гор Актаг, где можно соединиться, не боясь разного рода недостатков.
От гор Ак идут две дороги: одна - чрез урочище Тюсбулак, другая - чрез урочище Уванас, отстоящее от первого верстах в 50. Обе проходят чрез Цуй, но по направлению первой дороги от сей реки до озера Кара лежат безводные и песчаные места.
Вторым путем можно миновать пески, но следуя прямо, должно проходить чрез затруднительные каменистые ущелья гор Кара. Во избежание сего последнего неудобства можно, пройдя пески, поворотить со второй дороги на первую, и уже чрез озера Кара идти к горам Кара, кои в сем направлении перейти весьма удобно как на верблюдах, так и с повозками.
9. Толмач Сибирского корпуса г. Назаров ехал в Ташкент в 1813 году чрез следующие места. Он отправился из Петропавловской крепости по дороге, называемой дорогою Аблай-хана, чрез лес Коро-тумар, чрез Куктирек на Сарагач и речку Чаглинку.
С Чаглинки караван пошел на урочище Чубарайгыр, где растет строевой лес и хорошая трава, потом чрез Ма-шак-Камыш и Тетенбет-Карасу, в котором высокие хребты гор Кочка пересекают дорогу, далее, чрез речку Янысу, урочище Турайгыр, Яланды, Домбралы, Кучаку, чрез реку Ишим, при урочище Хотайберген.
Здесь караван, в коем находился г. Назаров, скрываясь от разбойников, намеревавшихся напасть на оный, оставил дорогу, по которой шел в Ташкент, и принужден был делать разные боковые движения. Получив же военное прикрытие с границы сибирской, он отправился далее чрез реку Якши-Кун мимо гор Ок и Урта, чрез реку Сарысу и песчаные холмы Джиты-Конгур, коими шел 7 дней, нуждаясь в воде.
На 8 день, пройдя мимо соляного озера Кукчатуз, путешественники въехали в безводную пустыню, где находится древняя могила, называемая Уванас, а за нею на один день пути река Цуй, или Чуй, от которой по пескам дошли до Сузака - пограничного города Туркестанского владения. 
10. Г. Путимцов 45, отправляясь из Бухтарминской крепости в 1811 году, достигнул пограничного китайского города Чугучака, а из оного - города Гульджи (Или, то же) следующим путем.

Число, месяц

Становище

Чем оно замечательно

5 Июня

С левого берега Иртыша от устья Нарыма достигнул на ночлег до речки Кур-Карагай

Сосны, тополи, березы, вода летом пересыхает

6

Речка Каинда

Строевой лес

7

Имя неизвестно

Безводное место

8

В степи, за рекою Букан

То же

9

В 7 верстах за уроч. Юзагач

То же

10

Река Базар

 

11

Карабуга

По берегам ивы

12

При подошве гор

Безводное, безлесное место

13

Близ ключа

 

14

Исток реки Карабуга

Воды много, земля мягкая

15

   

16

Отдых на том же месте

 

17

   

18

За хребтом Тарбагатая, у ручья

 

19

кочевье киргиз-казачьего султана Камбара Здесь караван пробыл до 3 июля

 

3 Июля

При ключе Талдыашу 

Тополи и кустарник

4

Отдых

 

5

Ключ

В горах

6

Простояли там же

 

7

Ручей Учкатты

 

11

Ялгыз-Агач. Остановка

 

15

Караул китайский Выйтандзи

 

16

Город Чугучак

 

Назад возвращался г. Путимцев чрез форпост Бурга-сутай, урочище Карачилик и устье реки Курчум. Сию вторую дорогу почитает он удобнее первой для караванов, отправляющихся с Сибирской линии в Чугучак, несмотря на то, что она гораздо длиннее и заключает в себя от Бухтармы до Чугучака 595 верст, тогда, как первая имеет не более 446 верст. 
11. Маршрут подпоручика Телятникова 46 от форпоста Коряковского до Туркестана.

 

 

От Корякова до реки Чидерты

4

От реки Чидерты по реке Уленты до гор Ирменя, или Иремей, где начинаются вершины Ишима

3

От Ирменя до Нуры

1

Подле Нуры, чрез Малую Нуру и по левому ее берегу

2

От Нуры до реки Сарысу (Сарысу и Сарасу есть одна и та же река. Первое название правильнее)

2

По Сарысу

5

От Сарысу до реки Чуя

6

Обе реки сии, по словам Телятникова, впадают в два озера, близкие одно от другого, вода в них горькая.

 

 

От реки Чуя до гор Кара

1

Горами Кара

3

От гор Кара до Туркестана

3

Полагая по 40 верст езды на день, всего 1160 верст

 

 

Всего 29

12. Г. Зибберштейн 47 в 1825 году прошел чрез восточную часть киргизских земель до города Турпана 48. В полученном нами списке его путевого журнала мы не нашли означения мест, по которым он шел от границы русской до реки Каратал, впадающей в озеро Балхаш, впрочем, путь сей очень известен всем бухтар-минским и семипалатинским жителям.
По уверению г. Зибберштейна, все караваны, с Сибирской линии отправляющиеся в города так называемой Малой Бухарин и даже в Кокант, должны непременно идти на реку Каратал. Отсюда одна дорога ведет чрез реку Куксу до города Кульджи, другая чрез горы Якшы-Алтынемель направляется к реке Или.
После переправы чрез оную поворачивает направо, вниз по течению реки, и проходя по правую сторону гор Кунгай Алатау, по рекам Чую и Дорси устремляется в Кокант. Путем сим из Семипалатинска до Коканта можно достигнуть в 52 дня, а потому г. Зибберштейн и признает его кратчайшим.
От Каратала до озера Иссык или впадающей в него реки Тюп, чрез реки Куксу, Ихлас и Башташак, чрез горы Сюгаты, чрез ущелье Турайгир, китайский караул Мерке, считает упоминаемый нами путешественник 480 верст. От реки Тюп или озера Иссык идет одна дорога в Кашкар, другая в Турпан.
Первая из них, составляющая 12 дней караванного хода, или 4 дня конной езды, проходит чрез горы Заукедуан, Джатымасу, Чакыр-Курум, долину Аксай, гору Терекдуан и китайский караул Сасык. Вторая дорога от озера Иссык направляется чрез горы Заукедуан, Акбель, Бедальдуан, чрез китайские караулы Джийде и Шате в Турпан.
Сею последнею дорогою, протяжение которой составляет около 200 верст или 7 дней караванного хода, следовал сам г. Зибберштейн до того места, с которого мог осмотреть город Турпан. Известие сие несогласно с китайскими картами, но нет ли двух Турпанов?
Для всех вообще путешествий по степям киргиз-казачьим лучшее время года, как уверяют опытные вожаки, есть весна и особенно май месяц, когда травы свежи и изобильны, воды еще не пересохли, и жары не сильны.

Глава восьмая.

Развалины.

В степях киргиз-казачьих встречается столько развалин древних зданий, что мы не можем умолчать об оных в нашем описании. Трудно и даже едва ли возможно определить, какой народ строил сии здания, ибо они разных родов.
Одни, сохранив признаки капищ, ламайскому служению посвященных 49, очевидно, принадлежат мунгалам или зюнгарам, другие похожи на магометанские мечети, третьи суть остатки обыкновенных азиятских жилищ и, наконец, четвертые достигли такой степени разрушения, что не могут подать повода ни к каким заключениям.
Материалы, из коих строились сии здания, также неодинаковы; от некоторых остались большие камни, от других кирпичи, третьи были глиняные. Нынешние киргиз-казаки вообще не говорят о них ничего правдоподобного, кроме того, что они не принадлежат их предкам, но должны быть приписаны народам, занимавшим сию страну прежде них. 
Только немногие из развалин, равно как все вообще древние могилы, называют они ногайскими (Киргиз-казаки иначе не называют татар, в России живущих, как ногаями. Слово "татары", совсем у них неупотребительно и принадлежит, по их мнению, какому-то подлому народу, проклятому одним магометанским пророком.
Бухарцы и хивинцы то же думают, и так же называют татар российских ногаями 50). Итак, не входя ни в какие разделения означенных остатков древности, упомянем об известнейших из оных. Описание наше будет более географическое, нежели историческое, по сей причине мы и решились включить оное в сию (географическую) часть нашего сочинения, хотя, по-видимому, оно бы и не должно в ней иметь места.
Главнейшие между развалинами степей киргиз-казачьих как по обширности, так и по ясности признаков суть развалины Аблайкитские 51, лежащие на левой стороне Иртыша, верстах в 70 от Усть-Каменогорской крепости в долине, пересекаемой речкою, которая получила от них свое название.
Место, их заключающее и обнесенное каменною стеною, имеет около версты в длину и полверсты в ширину. Внутри ограды были два здания: одно служило ламайским капищем, и в начале прошедшего столетия еще видны в нем были статуи, живописные изображения бурханов 52, и многие письмена, из коих некоторые листы в 1720 году были оставлены императору Петру Великому, а им посланы в Парижскую академию надписей изящных искусств 53.
Подробные описания сих развалин можно читать в сочинении Миллера 54 De scriptis Tanguticus in Siberia repertis, в путешествии по Сибири Палласа; в "Записках" помянутой Академии, и, наконец, в "Сибирском вестнике" 1818 года, в статье "О древних развалинах в Сибири" 55.
Развалины Семи палат, сообщившие название Семи-палатной крепости, равным образом заслуживают особенного внимания. Они также описаны Миллером, Палласом и в "Сибирском Вестнике" 56. В горах Кен-Козлан, на реке Кызылсу, впадающей в Талду, на прелестном местоположении стоит строение двухэтажное (Здание сие описано подробнее г. Броневским 57. См.: Отеч. Записки. 1830) каменное, крестообразное, сложенное из дикого камня на извести; потолки в нем обрушились, но приметно, что они были покрыты красной краскою, а стены штукатурены.
На верхнем этаже вокруг всего строения была галерея и фронтон, поддерживаемый четырьмя деревянными колоннами, выкрашенными мастикою, предохранявшею их от гнилости. Около сего здания были и другие, но развалились до основания, стены поросли деревьями шиповника и таволги нарочитой величины 58.
При самом Каркалинском приказе, в тесном ущелий, где протекает река Джирымсу, воздвигнута стена, преграждающая проход на обширную долину, окружаемою очень высокими горами, по гребням коих проведена стена из дикого плитного камня, в иных местах в 7, а в других в 5 аршин вышиною, и в 3 аршина толщиною 59.
Остатки каменной мечети, находящейся в 95 верстах от Троицкой крепости за рекою Тогузак, известны из путешествия Палласа 60. Недалеко от сих развалин есть и другие, но не замечательные. 
На берегу реки Аягуз, впадающей в озеро Балхаш, стоит остроконечное здание, весьма тщательно построенное из каменных гладких плит. В нем три каменные статуи, из коих две, по словам киргиз-казаков, изображают прославляемых в сказках любовников Баян-хана и Куз-Кур-пяч, и третья - их служанку. Верующие в подлинность их изображений приносят им жертвы 61.
На берегу Кара-Кингиря есть развалины палат и мечети, называемые Джан-Ана. Говорят, что тут был дворец одного из потомков Чингисовых 62. 
Белян-Ана - развалины города. Они лежат при реке Сарасу на один день езды от озера Телекуль, в которое она впала. Длина сих развалин верст 6, ширина около одной версты 63.
На левой стороне Нуры, впадающей в озеро Кургал-джин, в 27 верстах от ее устья, был некогда город по имени Тотагай, или Ботагай, коего многие остатки доныне существуют. Г. Шангин видел их и описал (См.: Сибир. вестник. 1820 год.).
Они простираются верст на десять. Одно из развалившихся зданий, по мнению сего путешественника, служило храмом, было построено из кирпича, имело внутри столпы и стены отштукатуренные. Близ сего храма стоял другой, подобный ему, а из развалин, несколько далее находящихся, некоторые имели до 300 сажен в длину 64.
Окрестности реки Нуры вообще богаты подобными остатками древности. На правом берегу ее, в 55 верстах от озера Кургалджина, еще видны значительные развалины, также описанные г. Шангиным (см. тот же вестник 1818 года), равно как и два укрепления, у горы Карт лежащие, и разрушенная башня в верховьях Нуры, близ древней копи медной руды 65.
Тем же путешественником осмотрены два здания, лежащие на реке Якши-Кун - одно от другого в 30 верстах. Одно из них кирпичное, другое каменное, оба с куполами и двумя отверстиями, одно - на юг, другое - на север. Киргизы приписывают построение сих зданий калмыкам или монголам и почитая оные святыми, совершают в них молитвы и жертвоприношения 66.
Весьма любопытны остатки древних полевых укреплений, лежащие близ речки Ак-Койрак. Их всего шесть. Г. Шангин говорит, что четыре находятся одно от другого сажен в 100, пятое против средины их близ речки, а шестое в 2,5 верстах от одного из крайних укреплений.
Все они имеют вид эллипсов, но не сомкнутых: с восточной стороны бока отделяются один от другого пространством сажен в 60, а с западной в 25 сажен. Сии пространства были защищены четвероугольными башнями 67. Полуостров озера Якши-Янгиз укреплен валом простым, но правильно устроенным, и большею частию из порфировых четвероугольных камней 68.
На берегах Тургая есть несколько древних могил со строениями каменными и кирпичными. Одна из них особенно замечательна величиною. Она состоит из насыпи, более 15 сажен вышиною и до 135 сажен в окружности. Киргизы почитают ее святою и сказывали капитану Рычкову, видевшему ее в 1771 году, будто она скрывает в себе прах одного богатыря необыкновенного роста.
Несколько далее видно было (на Тургае же) четверо-угольное городище с развалившимися валами, воротами и зданием, коего стены имели до 9 сажен высоты. Кругом его могилы 69. 
На урочище Байтак, при реке Большой Хобде, по уверениям киргизов, был некогда город. Ныне тут видны развалины зданий, полуизглаженные каналы и признаки пашен. В 1750 году строения еще не все были разрушены: подпоручик Ригильман видел их и некоторые из них срисовал. Киргизы весьма уважают сие место и за счастие почитают быть здесь погребенными 70.
Такой же город был на реке Уиле, при урочище Мавли-Берди (или Мавлюм-Берди). Рычков, в своей "Оренбургской топографии" пишет, что в половине прошедшего столетия на сем месте еще были видны от 30 до 40 кирпичных зданий, каналы для пашен и огороды 71.
По древней, так называемой Ногайской дороге, ведущей из Сарайчиковской крепости к остаткам древнего Ургенджа, есть много развалин, а именно: 
a. Узунтам. На левой стороне реки Сагыз, чрез которую в сем же месте был построен каменный мост или плотина. Оставшиеся от нее плиты тесаного камня еще видны. Говорят, что она была сделана по повелению одного из сыновей Чингисхана 72.
b. Бокашаулия на Эмбе 73. 
c. При колодце Учукан 74. 
d. На Чинке (крае Устюрта), по словам киргизов были три крепости 75. 
e. Куптам, где находятся два колодца, обложенные кирпичом, и около их до 30 разрушившихся каменных зданий 76. 
f. Беляулиатай, посреди Устюрта. На сем месте, по словам киргизов, один из их святых построил мечеть и медрессе (училище). Строения сии еще не совсем развалились доныне. Они были сделаны из каменных плит с кирпичными сводами.
При них находится колодезь, глубиною сажен в 30. Стена, окружавшая сии строения,составляла род замка и имела четверо ворот, покрытых сводами. Урочище сие составляет довольно приметное возвышение 77. Не в дальнем от оного расстоянии, при урочище Ту-рук, или Чурук, находятся развалины строений и могилы.
В строениях видны каменья столь необыкновенной величины, что трудно объяснить, каким образом взнесены оные были на свои места. Тут же бьет источник, или ключ, хорошей воды, целительной силе которого киргизы удивляются 78.
Кроме вышеописанных развалин Узунтам на реке Сагыз, равно как на Эмбе, есть еще остатки древних поселений и каналов, коими в оные доставлялась вода. Развалины Девлет-Гирей лежат на западном берегу Аральского моря против залива Улу-Кулмагир.
Киргизы говорят, что тут прежде был город, куда съезжались купцы для торга. Другие уверяют, что на Аральском море торговля производилась в городе Кусайтайна, где именно лежал сей город, неизвестно 79.  На Илеке, близ озер Барби, недалеко от Тобола, и в разных других местах степей киргизских есть еще многие развалины 80.
Не имея возможности описать их все, мы заключим сию статью известиями об остатках древности, доныне существующих на берегах рек Сыра, Кувана, бывшей Яныдарьи и на островах, ими образуемых. Число и вид развалин, сохранившихся на реке Сыр, показывают, что берега ее некогда были весьма населены, и что около ее верховья жили люди, образованием и деятельностью далеко превосходившие тот народ, который ныне занимает их место.
Мы разумеем здесь остатки зданий, видимых около Коканта. Судя по словам азиятцев, оные должны принадлежать грекам, или бактриянам и согдиянам. Прочие развалины напоминают владычество Чингисидов и разноплеменных народов, составлявших страшные их ополчения.
Известнейшие из них суть остатки города Джаныкента, имеющие несколько верст в окружности и лежащие на час езды от левого берега Сыра и на день от устья сей реки. Когда и кем был построен Джаныкент, или Янгикент (новое укрепление), неизвестно, но знаменитый арабский географ Абульфеда, живший, как известно в XIV столетии, упоминает о нем под именем Янгикент.
В прошедшем столетии он принадлежал каракалпакам. Поручик Гладышев, посланный в 1742 году к народу сему российским правительством, пишет, что он нашел Джаныкент в развалинах, но что в нем еще существовали каменные башни с оградами, и что хан каракалпакский жил здесь.
По рассеянии каракалпаков места сии заняты киргиз-казаками, которые говорят, будто первобытные жители Джаныкента выгнаны из него были змеями 81. 
Джитыкала (семь городов) лежат на правом берегу реки Кувана и составляют несмотря на название свое, одно поселение или один город, который в прошедшем столетии также принадлежал каракалпакам. Тут нет ныне строений, но еще видны рвы, служившие укреплением, ворота, каналы и проч. 82.
Джингиткала суть развалины замка, коего стены имели до 5 сажен высоты и в конце прошедшего столетия еще были целы вместе с башнями. Место сие находится между Сыром и Куваном на горе Джингит 83. Кумкала, Ковенкала, Кулчуктам, Сарлытам и Куюк-там лежат на высохшем ложе Яныдарьи или близ оного, Бузун-Гисар - на Кувандарье, недалеко от разделения ее на протоки, называемые Биш-Узяк 84.
Мы не говорим о развалинах Отрара, знаменитого смертию Тамерлана, и других городов, выше лежащих на Сыре, ибо места сии не принадлежат киргиз-казакам; заметим только вообще, что берега Сырдарьи были некогда весьма населены (Один бухарец, часто посещавший Оренбург и слывший человеком ученым, рассказывал нам, будто бы в древние времена берега Сыра и Аральского моря были столь населены, "что кошка могла прийти из Туркестана в Хиву, перебегая с одной крыши на другую". Но какой народ обитал в сих местах, того он не знал) 85.

Комментарии.

17. Петр Иванович Рычков (1712 – 1777 г.г.). Первый член-корреспондент Российской Академии наук, известный экономист, географ и историк Оренбургского края. Большую известность в России получили его труды "История оренбургская" и "Топография, или описание Оренбургской губернии", опубликованные Г. Ф. Миллером (см. коммент. 53, разд. I. Ч. I) в научно-популярном журнале "Ежемесячные сочинения в пользе и увеселению служащие" в 1759 и в 1762 г.г. Впоследствии эти работы неоднократно переиздавались в России. 
18. Синяя орда - Кок-орда. Наименование части улуса Джучи (см. коммент. 6, гл. 3. Ч. II), встречающееся в древнерусских источниках. Название восходит к преданию о том, что Чингисхан (см. коммент. 7, гл. 1. Ч. II) после смерти своего старшего сына Джучи произвел раздел его улуса на три части между сыновьями последнего.
Белая Золотая Орда досталась Бату (см. комент. 40. разд. II. Ч. I), Синяя орда - Эджэну, Серая - пятому сыну Джучи Шайбану (см.: Юдин В, П. Орды: Белая, Синяя, Серая, Золотая... Казахстан, Средняя и Центральная Азия в XVI - XVIII в.в. Алма-Ата: Наука, 1983 г.. С. 106 - 165; Утемиш-хаджи. Чингиз-наме. (Перев. и ис-ие В. П. Юдина). Алма-Ата, 1992 г.). 
19. Иван Муравин. Геодезист, служил в 40-х г. XVIII в. в Оренбурге. В 1740 - 1741 г.г. находился в казахских аулах при хане Абулхаире (см. коммент. 40, гл. 3. Ч. II). Важные историко-этнографические и географические материалы о Хиве и казахской степи, собранные И. Муравиным и его спутником офицером Д. В. Гладышевым, находились в фондах Оренбургской пограничной комиссии и там были изучены А. И. Левшиным.
Большая часть этих материалов опубликована дореволюционными и советскими исследователями (см.: Поездка из Орска в Хиву и обратно, совершенная в 1740 г. поручиком Гладышевым и геодезистом Муравиным Предисл. Я. В. Ханыкова. Географические известия. Спб., 1850 г. С. 519 - 599; МИКССР. Т. 2. ч.2. Алма-Ата, 1948 г. Док. № 6,7; КРО-1. Алма-Ата, 1961 г. Док. № 76, 83). 
20. Хаджи Халифа (Гаджи Гальфа), Кятиб Челеби, настоящее имя - Мустафа ибн Абдаллах (ок. 1600 – 1658 г.г.). Арабский ученый, турок по происхождению. Автор многотомного арабоязычного библиографического словаря арабской, персидской и тюркской литературы "Кашф аз-зунун (Раскрытие сомнений относительно названий книг и отраслей науки), в котором отмечено более 14 000 рукописей, многие из которых уже утеряны.
Ему принадлежит также написанное на османо-турецком языке "Джихан-нума" (Книга о вселенной) - географическое сочинение, составленное по восточным и западным источникам. В нем, в частности, есть ссылки на "Атлас" Меркатора, "Географию" Авраама Ортелиуса и "Fabrica mundi" Лоренцо д'Ананиа (последнее написано в 1582 г.) и др.
Кроме того, Хаджи Халифа - автор истории османских морских походов и "Историко-хронологических таблиц" на османо-турецком языке (см.: Крачковский И. Ю. Арабская географическая литература: Избр. произведения. Т. IV. М.; Л., 1957 г. С. 615 - 619). 
21. Николай Николаевич Муравьев (-Карский) (1794 - 1866 г.г.). Известный государственный и военный деятель, исследователь и путешественник. Возглавлял дипломатические миссии в Хиву и Туркмению в 1819-1821 г.г. Итоги первой поездки отражены в книге "Путешествие в Туркмению и Хиву в 1819 и 1820 г.г. гвардейского Генерального штаба капитана Николая Муравьева" (М., 1822 г.).
22. Цянлун (Кен Лунга). Девиз правления четвертого императора династии Цин (1736 – 1796 г.г.), личное имя - Хунли, храмовое имя - Гаоцзун.
23. Европейские миссионеры. Члены католических духовных миссий. Проникли в Китай еще в XVI в. Первый миссионер из Европы Маттео Риччи в 1601 г. был допущен в Пекин. Духовные миссии (главным образом иезуитские) находились в Китае вплоть до начала XIX в.
В XVII - XVIII в.в. они внесли большой вклад в научное изучение Китая и сопредельных стран. Благодаря их картографическим изысканиям, французский географ д'Анвиль (1697 – 1782 г.г.) издал в 1737 г. в Гааге полный атлас Китайской империи (J. В. В d'Anvllle. Nouvel atlas de la Chine, de la Tartarie Chinoise et du Tibet: contenant les cartes generates et particulieres de ces pays... La Haye, 1737 г.), который стал основой последующих карт Азии вплоть до русских и английских географических исследований в XIX в. (см.: Бартольд В. В. Работы по истории востоковедения. М., 1977 г.. Т. IX. С. 286 - 300). 
24. Генрих Юлий Клапрот (1783 – 1835 г.г.). Немецкий путешественник и востоковед, жил в Париже. Автор работ по истории тюркских и монгольских народов Центральной Азии. В 1804 - 1811 г.г. работал в Петербургской Академии наук. После отъезда во Францию поддерживал научные связи со многими русскими исследователями. 
25. Иван Унковский. Русский офицер, был направлен в 1722 г. в Джунгарию с дипломатической миссией к хунтайджи Цэван Рабдану (см. коммент. 46, гл. 3. Ч. И). Результаты своей поездки отразил в путевом журнале, (см.: Посольство к зюнгарскому хунтайчжи Цэван Рабтану капитана от артиллерии Ивана Унковского. Путевой журнал за 1722-  1724 г.г. Спб., 1887 г.). 
26. Хунтайджи (хонтайдзи). Титул джунгарских ханов Батура (годы правления: 1635 – 1653 г.г.) и Цеван-Рабдана (1697 – 1727 г.г.). Остальные джунгарские правители - Сенге (1654 – 1670 г.г.), Галдан (1670 – 1697 г.г.), Галдан-Цэрэн (1727 – 1745 г.г.) (см. коммент. 8, гл. 4, Ч. И), Цэван-Дорджи-Намджи (1745 – 1750 г.г.), Лама-Доржи (1750 – 1753 г.г.) (см. коммент. 46, гл. 5. Ч. II) и Даваци (1753 – 1755 г.г.) (см. коммент. 16, 17, гл. 4 Ч. II; 50, гл. 5. Ч. II) - в русских и китайских документах XVII - XVIII в.в. называются просто ханами или владельцами. 
27. Андрей Урезов (Урасов), Степан Сомов. Капитан и поручик, военные инженеры, участники экспедиции гвардии майора И. М. Лихарева (1719 – 1720 г.г.), направленной Петром I в Тобольск и к верховьям Иртыша на поиски золота. Летом 1719 г. Лихарев отправил Урезова на оз. Зайсан.
Путешественники на лодках объехали озеро в поисках места для постройки крепости и осмотрели устье Черного Иртыша, затем вернулись в Тобольск. Сам И. М. Лихарев совершил поездку на оз. Зайсан весной 1720 г. После столкновения с джунгарами отряд был вынужден вернуться в Тобольск и на обратном пути в месте прохождения Иртыша через Алтайские горы заложил Усть-Каменогорскую крепость.
Во время экспедиции были произведены съемки пройденной местности и сделана карта съемок (см.: Миллер Г. Ф. Известие о песошном золоте в Бухарин, о чиненных для оного отправлениях и о строении крепостей при реке Иртыше, которым имена: Омская, Железинская, Ямышевская, Семиполатная и Усть-Каменогорская. 
Ежемесячные сочинения к пользе и увеселению служащие. Спб., 1760 г. Ч. 1). В последние годы советскими историками обнаружен дневник ("Ведение") А. Урезова, позволяющий составить более полное представление о результатах этой экспедиции (см.: Княжецкая Е. А. Новые сведения об экспедиции И. М. Лихарева (1719 – 1720 г.г.). СНВ. М., 1989 г.. Вып. XXVI. Кн. 3. С. 10 - 35). 
28. Джунгары (зюнгары). Западные монголы, жившие в XVII - XVIII в.в. на территории Джунгарии, Тарбагатая и Семиречья. В русской исторической литературе они назывались также зюнгарскими калмыками и ойратами. В первой половине XVII в. эти племена составили сильный союз - Джунгарское ханство, оттеснившее на второй план восточных монголов (см.: Златкин И. Я. История Джунгарского ханства (1635 – 1758 г.г.). Изд. 2-е. М., 1983 г.).
29. Аполлон Аполлонович Жемчужников (1800 – 1846 г.г.). Офицер-декабрист, находившийся в ссылке в Оренбургском крае с 1827 по 1843 г.г. Неоднократно принимал участие в военных экспедициях и в дипломатических поездках в казахские степи и в ханства Средней Азии.
В 1824 - 1825 г.г. сопровождал совместно с полковником С. Т. Циолковским большой торговый караван Е. Кайдалова из Оренбурга в Бухару. Своеобразным отчетом об этой поездке явилась рукопись "Сведения, собранные на пути из Оренбурга в Бухару в 1824 - 1825 г.г.".
Именно эти записки имел в виду А. И. Левшин, ссылаясь на журнал Жемчужникова. (О нем см.: Галиев В. 3. Записки декабриста А. А. Жемчужникова о Казахстане и Средней Азии. Вопросы истории социалистического и коммунистического строительства в Казахстане. Алма-Ата, 1978 г. С. 93 - 105; Он же. Декабристы и Казахстан. Алма-Ата, 1990 г.. С. 31 - 37.). 
30. Птолемей Клавдий (II в. н. э.). Древнегреческий ученый - астроном, географ, математик. Автор геоцентрической теории, ряда трудов по математике и др., в том числе, "География"; Абульфеда (Абул-л-Фида) (1273 - 1331 г.г.) - сирийский историк и географ, автор сочинений "Мухтасар фи ахбар ал-башар" (Сокращенные сведения рода человеческого), а также географического труда "Таквим ал-булдан" (Упорядочение стран), в котором есть сведения о территории обитания кыпчаков и куманов. 
31. Книга Большому чертежу. Объяснительный текст к карте России XVII в., составленной в 1627 г. Содержит подробное описание утраченной карты Русского государства, включающее все имеющиеся на ней надписи и изобразительные материалы, и потому является ценным историческим источником. (См.: Книга Большому чертежу. Подготовка к печати и ред. К. Н. Сербиной. М.: Л., 1950 г.). 
32. Филипп Петрович Назаров. Переводчик тюркских языков при командующем отдельным Сибирским корпусом, совершивший в 1813 - 1814 г.г. поездку в Ташкент и Коканд. (см.: Записки о некоторых народах и землях средней части Азии Филиппа Назарова. Спб., 1821.; 2-е изд. М., 1968 г.). 
33. Ходжент (Ленинабад). Один из древнейших городов в Средней Азии, западные ворота, через которые проходил путь из Ферганской долины в Самарканд и в другие пункты Средней Азии; в 1991 г. восстановлено историческое название города.
Отрар - древнейший торговый и ремесленный центр в бассейне средней Сырдарьи. До VIII в. он был известен под названием Тарбан. С VIII в. наряду с именем Отрар в письменных источниках нередко упоминается и другое его имя - Фараб. В связи с монгольским нашествием в 1219 - 1220 г.г. Отрар подвергся сильным разрушениям.
Но уже с середины XIII в. по XV в. он вновь становится важным экономическим и военно-политическим центром в регионе. Постепенно под воздействием политических и иных условий экономика Отрара шла к спаду, и к концу XVIII в. жизнь здесь прекратилась, а на месте города остались лишь развалины, известные под именем Отрар-тобе.
С начала 1970-х г.г. в Отрарском оазисе ведутся раскопки Южно-Казахстанской археологической экспедицией Института истории, археологии и этнографии им. Ч. Ч. Валиханова. Результаты комплексного исследования материалов раскопок городища Отрар-Тобе отражены в монографических трудах (см.: Акишев К. А., Байпаков К. М., Ерзакович Л. Б. Древний Отрар. Алма-Ата, 1972; Они же. Позднесредневековый Отрар (XVI - XVIII в.в.). Алма-Ата, 1981 г.); Тункат (Тон-кат) - один из средневековых городов Средней Азии. 
34. Иоганн Лоренц Мосгейм (1694 – 1755 г.г.). Немецкий ученый, автор сочинения "Церковная история татар", изданного в Хельмштедте (Брауншвейг): Moshemus I. L. Historia Tartarorum ecclesiastica, Halmstadii. 1741; Николай Корнелиуссон Витсен (1641 – 1717 г.г.) - голландский географ и юрист, бургомистр Амстердама.
Посетил Россию в 1664 - 1667 г.г. как член нидерландского посольства. Автор известного сочинения "Nofden en Oast Tartarie, (Amsterdam, 1692), включающего сведения о сибирских народах. Авраам Ортелий (Ортелиус) (1527 – 1598 г.г.) - голландский ученый, географ и картограф.
Составитель первого в мире историко-географического атласа (1598 г.). В 1578 г. выпустил в свет первый историко-географический словарь (см.: Яцунский В. К. Историческая география. М., 1955 г.. С. 104 - 129).
35. Тимофей Степанович Бурнашев (1771 - 1850 г.г.). Горный офицер, служивший в ведомстве Колывано-Воскресенских горных заводов. В 1794 г. возглавил совместно с А. С. Безносиковым посольство в Ташкент, маршрут которого пролегал по территории Центрального и Юго-Западного Казахстана.
Поездка оказалась неудачной, и путешественники были вынуждены из Бухары возвратиться в Омск (см.: Путешествие от Сибирской линии и до города Бухары в 1794 г. и обратно в 1795 г. СВ. Спб., 1818 г.. Ч. I - II), В 1800 г. во главе нового посольства вместе с М. С. Поспеловым Бурнашев совершил поездку в Ташкент из Ямышевской крепости к р. Нуре и далее через Голодную степь Бетпак-Дала (о поездке см. коммент. 16 этого разд.). Почти две трети путевых заметок Поспелова и Бурнашева были отведены описанию территории и населения Казахстана. 
36. Савва Большой (1769 – 1827 г.г.). Доктор медицины, сотрудник торгово-политической миссии Я. П. Гавердовского в Бухару (см. коммент. 10, разд. I. Ч. I), Пробыл в плену у казахов около года. За это время изучил казахский разговорный язык и собрал много интересных сведений о казахском народе (см.: Записки Саввы Большого о приключениях его в плену у киргиз-кайсаков в 1803 г. и 1804 г. Сын отечества. Спб., 1822 г.. Ч. 76, 77, 80). 
37. Карл Христиан Фридрих Ледебур (1775 – 1851 г.г.). Профессор естественной истории Дерптского (ныне Тартуского) университета; Александр Андреевич Бунге (1803-1890). Врач в ведомстве Колывано-Воскресенских горных заводов; Карл Антонович Мейер (1795 – 1855 г.г.).
Видный российский ботаник-систематик, директор Петербургского ботанического сада. В 1826 г. осуществили научную экспедицию на Алтай и в некоторые районы Восточного и Северо-Восточного Казахстана. На основе собранных материалов подготовили и издали в Берлине в 1829 - 1830 г.г. двухтомный труд на немецком языке (рус. перев. В. В. Завалишина.
Путешествие по Алтайским горам и Джунгарской киргизской степи. Новосибирск, 1993 г.. 414 с). Второй том этой работы, написанный К. Мейером, посвящен географическому описанию и этнографии Восточного Казахстана.
38. Григорий Иванович Спасский (1784 – 1864 г.г.). Русский ученый-историк. Автор ряда статей и очерков по истории и культуре народов Сибири и Центральной Азии. С 1818 по 1824 г.г. издавал в Петербурге журнал "Сибирский вестник", переименованный затем в "Азиатский вестник" (см.: Мухина С, Л. "Сибирский вестник" 1818 - 1824 г.г. и "Азиатский вестник" (1825 – 1827 г.г.) о народах Сибири.
Ученые записки Ошского гос. пединститута, 1959 г.. Вып. 3; Скоблякова А. В. Русский востоковед Г. И. Спасский: Некоторые сведения о научной и публицистической деятельности.  Страны Востока в политике России в XIX - начале XX в.в. Иркутск, 1986 г.).
39. Иоганн Эбергард Фишер (1697 – 1771 г.г.). Академик, известный исследователь Сибири. В 1730 г. по приглашению Петербургской Академии наук приехал в Россию. В 1739 г. принял участие в сибирских экспедициях Академии наук. Соавтор "Сибирской истории" Г. Ф. Миллера, изданной на русском языке в 1774 г. в Петербурге.
40. Иван Иванович Лепехин (1740 – 1802 г.г.). Видный ученый-натуралист, географ, путешественник. Участвовал в академических экспедициях 1768 - 1774 г. г., обследовал территории Урала, Сибири, северной части казахских степей (см.: Дневные записки путешествия Ивана Лепехина по разным провинциям Российского государства в 1768 г., 1769 г., 1770 г., 1771 и 1772 г.г. в 4-х частях. Спб., 1771 – 1805 г.г.). 
41. Федор Карпович Набоков (1768-1831). Казачий офицер, служивший в Сибирском ведомстве казахов Среднего жуза в Омске. В апреле 1816 г. по указанию командира Сибирского корпуса Г. И. Глазенапа был назначен начальником поисковой экспедиции в казахскую степь для выявления заброшенных рудников и месторождений полезных ископаемых. Результаты этой поездки подробно отражены в "Дневном журнале майора Набокова" (см.: ГАОО, ф. 6, оп. 1, д. 25, л. 7 - 11). 
42. Описанный круг памятников представляет собой симбиоз культового ритуала, строительной культуры, монументального и в немалой степени изобразительного искусства кочевого населения Арало-Каспия. Ввиду недостаточной разработанности древней и средневековой этнической истории Западного Казахстана, этот комплекс имеет важное значение в исследовании проблем этногенеза казахского народа.
О нем см.: Аджигалиев С. И. Зодчество Арало-Каспия: ареал, хронология, традиция // Памятники истории и культуры Казахстана: Сб. Центр. Совета Казахского об-ва охраны памятников истории и культуры. Алма-Ата, 1988. Вып. 3. С. 105-116; Франческо (Франциск) Балдуччи Пеголетти - флорентийский купец. (О его путешествии см.: Фридрих Аделунг: Критико-литературное обозрение путешественников по России до 1700 года и их сочинений. М., 1864 г. Ч. 1. С. 86 - 87). 
43. Сарайчик, Сарайчиковская крепость. Город на р. Яик (Урал), существовавший в XIII - начале XVII в. Развалины его лежат в 18 км выше г. Гурьева (Атырау). По описанию арабского путешественника Ибн Баттуты, Сарайчик был знаменитым ремесленным и торговым городом, в который съезжались купцы из разных стран. 
44. Осип Юлиан (Иванович) Сенковский (1800 - 1858 г.г.). Писатель, журналист, один из основоположников русского востоковедения. Издатель журнала "Библиотека для чтения", публиковавший там свои восточные повести под псевдонимом барон Бромбеус.
45. Андрей Терентьевич Путинцев. Переводчик Бухтарминский таможни. В 1811 г. посетил в Синьцзян с целью изучения китайского рынка (см.:.Дневные записки переводчика Путинцева // СВ. Спб., 1819 г; Ч. 7). 
46. Дмитрий Телятников. Казачий офицер, служивший на Сибирской линии. В 1796 г. был отправлен в составе русского посольства (А. С. Безносиков, Я. Быков) в сопровождении султана Среднего жуза Букея из Омска в Ташкент (Журнал похода и другие материалы посольства см.: ГАОО, ф. 36, оп. 1, д. 60, л. 9 - 13 об.; Валиханов Ч. Ч. Собр. соч. в пяти томах. Алма-Ата, 1985 г. Т. 4. С. 240 - 257).
47. Зибберштейн. Лекарь Омского гарнизонного полка. В октябре 1825 г. был отправлен пограничной администрацией в составе военной экспедиции полковника Ф. К. Шубина в Старший жуз и в Северную Киргизию для сбора сведений о торговых путях в Среднюю Азию.
За восемь месяцев пребывания среди казахов и киргизов он собрал большой разнообразный материал о природе и населении Южного Казахстана и Северной Киргизии (см.: Путевые записки лекаря Зибберштейна (Предисл. М. П. Вяткина) // Исторический архив. М.-Л., 1936 г. Т. I). 
48. Уч-Турфан (Турпан). Город в Восточном Туркестане (Синьцзяне).
49. Ламаистские (ламайские) капища. Здания, где отправлялись буддийские религиозные обряды. Построены джунгарами (ойратами).
50. Ногай (ногайцы). Население Ногайской орды или Мангытского юрта, государства, выделившегося из Золотой орды в конце XIV в. при Едыгее. В XV - первой пол. XVI в. ногайцы населяли территорию между Яиком (Уралом) и Нижней Волгой. Распад Ногайской орды на независимые части относится ко второй половине XVI в.
51. Аблайкит (Аблаинкит) - ламаистский монастырь-крепость, развалины которого находятся в 60 км к югу от г. Усть-Каменогорска в южных отрогах Калбин-ского хребта. Построен в 1654 - 1656 г.г. калмыцким тай-шой Аблаем (отсюда название Аблайкит - "Аблаево капище"), разрушен в 1670 г. Памятник неоднократно обследовался Г. Ф. Миллером, В. Шишковым, И. Г. Гмелиным, Г. Спасским, К. Риттером и др. (см.: Черников С. С. Памятники архитектуры ойрат-калмыков (материалы). Записки Калмыцкого НИИЯЛИ. Элиста, 1960 г, В. I). 
52. Бурханы. Скульптурные изображения буддийских божеств, сделанные из разных материалов.
53. Более подробные сведения об истории изучения и содержании тибетских и монгольских рукописей, найденных членами экспедиции И. М. Лихарева в 1720 г. в Верхнем Прииртышье, см.: Княжецкая Е. А. Новые сведения об экспедиции И. М. Лихарева. СНВ. Вып. XXVI. М., 1989 г. С. 10 - 35; Воробьева-Дееятовская М. Я. Лист тибетской рукописи из "Аблай-Кита". Там же. С. 36 - 42. 
54. Герард Фридрих Миллер (1705-1783). Известный историк и исследователь Сибири, член Петербургской Академии наук (с 1731 г.), автор многочисленных трудов по географии, истории и этнографии народов Сибири и Казахстана. 
55. Имеется ввиду статья Г. И. Спасского (см.: коммент. 38 этого разд.), опубликованная во II и III частях Сибирского вестника за 1818 г.
56. "Развалины Семи Палат" - несохранившийся культово-жилищный комплекс калмыков XVII в., известный также под названием Доржыкит (Доржынкит) и "Каменные мечети" (в русских источниках начала XVII в) Комплекс находится неподалеку от совр. г. Семипалатинска (которому дал название) и состоял из семи зданий - "палат" из сырцового кирпича, каменных блоков с деревянными конструкциями перекрытий о нем.: см.: коммент. 51, а также: Армстронг И. А, Семипалатинские древности // Известия Археологического об-ва. 1860 г. Т. 2. Вып. 4.. 
57. Семен Богданович Броневский (1786 – 1858 г.г.). Офицер, начальник отдельного Сибирского корпуса (1823 – 1826 г.г.), омский областной начальник (1827 - 1835 г.г.), генерал-губернатор и командующий войсками в Сибири. По заданию Московского общества сельского хозяйства и Азиатского департамента МИД собирал разнообразные сведения о казахах. Его основная работа - "Записки генерал-майора Броневского о киргиз-кайсаках Средней Орды (О3. Спб., 1830 г,. Ч. 41 - 43). 
58. Здесь описан известный "Кызылкентский дворец", остатки которого находятся в горах Кент на терр. Карагандинской области. В литературе памятник датируется по-разному: XIII - XV в.в., XVII в. С. С. Черников считает его храмом Учурту-тайши, старшего брата Аблая (см. коммент. 51). (Описание памятника см.: Никитин В. П. Памятники древности Каркаралинского уезда // Записки РАО. Нов, сер. Т. VIII. В. 1 - 2, Спб., 1896 г.; Смаилов Ж., Бейсенов А. Кызылкенiш сарайы // Бiлiм жэне енбек. 1987 г.. № 6). 
59. Останки этой стены находятся неподалеку от Каркаралинска в урочище "Мухтарово" и описаны В. П. Никитиным (см.: коммент. 58 этого разд.)
60. Это широко известный мавзолей Кесене XV - XVI в.в., находится на старинном кладбище в 8 км южнее пос. Варна Челябинской обл. (недалеко от границы Костанай-ской обл.) Памятник, представляющий собой редкий образец портально-купольных "шатровых" мавзолеев, в настоящее время реставрирован (о нем см.: Кастанье И. А. Древности Киргизской степи и Оренбургского края. Оренбург, 1910; Мендикулов М. М. Памятники архитектуры Казахстана с коническими или пирамидальными куполами // Архитектура республик Средней Азии, М., 1951 г.). 
61. Культовое сооружение (поминальный храм), известное в литературе, как "мавзолей Козы Корпеш-Баян сулу" находится в Семипалатинской области в 6 км к юго-западу от ж/д станции Тансык. По архитектуре (тип широко распространенных каменных пирамид - дынов, уйтасов) и стилистике каменных изваяний памятник относится, по всей видимости, к кимако-кыпчакскому времени (IX - XI в.в).
В некоторых изданиях датируется более поздним временем (XVI - XVII в.в.) и связывается даже с ойрат-калмыками, что маловероятно. Казахи издревле связывают памятник с героями широко известного лирического эпоса. Каменные изваяния, о которых пишет Левшин (всего их было четыре), утеряны.
(О памятнике см.: Валиханов Ч. Ч. О киргиз-кайсацких могилах (молах) и древностях вообще. Собр. соч. в пяти томах. Алма-Ата, 1984 г,. Т. 1; Конкашпаев Г. К. Некоторые сведения о пребывании ойратов на территории Казахстана.
Проблемы этногенеза калмыков. Элиста. 1984 г,; Сембин М. Козы Корпеш-Баян сyлу кешенi // Бiлiм жэне енбек. 1987 г,. № 1; Ходжаев М. В. Сооружение Козы корпеш // Средневековые города Южного Казахстана. Алма-Ата, 1986 г.). 
62. Здесь смешаны сведения о различных памятниках VIII - XIII в.в. долин pекам Сарыcу и Каракенгир в Центральном Казахстане: остатки мавзолея Жубан-ана (Джан-Ана Левшина?) расположены на правом берегу р. Сарыcу и значительно удалены от долины Каракенгира, где действительно находится целый комплекс памятников: мазар Домбаул, мавзолеи Аяккамыр, Алаша-хана, Болган-ана, Жансейиттам, (Джучи) Жошы - хана, приписываемый сыну Чингис-хана, остатки многочисленных городищ (о них см.: Маргулан А. X.
Из истории городов И строительного искусства древнего Казахстана. Алма-Ата, 1950; Герасимов Г. Г. Памятники архитектуры долины р. Кара-Кенгир в Центральном Казахстане. Алма-Ата, 1957 г.).
63. Это место, как и некоторые другие, заимствовано у П. И. Рычкова (Топография Оренбургской губернии. 1762 г., Ч. I. С. 514). Развалины Белен-ана (поселение и мавзолей кипчакского времени) находятся в низовьях р. Сарысу, археологически не исследованы.
64. Ботагай (Бытыгай, Тотагай) - комплекс памятников (остатки поселений-городищ, караван-сараев, моста, древнего некрополя) в низовьях р. Нуры в Акмолинской области. А. X. Маргулан отождествляет "древний Ботагай" (XIII - XVI в.в.) с одним из городищ в устье Нуры (см.: Остатки оседлых поселений в Центральном Казахстане. Археологические памятники Казахстана. Алма-Ата, 1978 г.. С. 26).
По Г. И. Спасскому (Сибирский вестник. 1818 г.. Ч. III.) здесь в начале XIX в. находились два красивых мавзолея: Сырлытам и Сырлытам-2 (Сулутам). Средневековый портально-купольный мавзолей Ботагай зарисовал в 1862 г. Ч. Валиханов (Собр. соч. Алма-Ата, 1985 г. Т. 4. С. 161). Следы его сохранились в 8 км к востоку от пос. Коргалжын (Кургальджино). 
65. Эти памятники отмечены в "Археологической карте Казахстана" (Алма-Ата, 1960 г.). Об укреплении у горы Карт А. X. Маргулан пишет: "Обширный холм с остатками высоких башен казахские народные предания связывают с легендарным Карабаем - отцом эпической героини Баян-сулу - и называют "Карабайдын ордасы" (см. его ст. в коммент 64. С. 22). 
66. Эти два мавзолея не сохранились.
67. Остатки этих укрепленных городищ (всего их 7) находятся в долине р. Ишима ниже г. Атбасара. Народные предания связывают их с деятельностью Урус-хана и Тохтамыша (см. коммент 5 гл. II ч. II), два из этих городищ известны в народе под названием Оркошегы и Ормамбет (см. ст. Маргулана в коммент. 64. С. 22).
68. О крепостном вале у оз. Жаксы-Жангызтау см.: статью А. X. Маргулана, коммент. 64. С. 21.
69. Эти памятники в верховьях р. Тургая археологически не исследованы. В этом районе известны отдельные каменные юртообразные сооружения (Карадын, Екыдын), мавзолей Баксы и др. памятники (см., напр.: Археологическая карта Казахстана...).
70. "Урочище Байтак" (правильное назв. урочища: Бескопа) находится в 12 км к югу от пос. Талдысай Хобдинского р-на Актюбинской области. Здесь хорошо сохранился старинный некрополь, представленный мавзолеем Абат-Байтак (XIV - XV в.в.) и комплексом (более 200) замечательных резных стел-кулпытасов (XVIII - нач. XX в.в.).
Памятники впервые упоминаются П. И. Рычковым со ссылкой на обследование подпоручика-инженера Ригельмана 1750 г. (Топография Оренбургская... СПб., 1762 г., Ч. I. С. 515). В конце XIX в. мавзолей описан Я. Я. Полферовым (Тургайская газета. 1896 г.. № 6).
Комплексное обследование некрополя произведено в 1979 - 1980 г.г. (см.: Аджигалиев С. И. Абат-Байтак - выдающийся комплекс памятников народного зодчества. Известия АН КазССР. Сер. филол. 1983 г.. № 2). Мавзолей, по преданию сооруженный над могилой батыра Абата (сына известного степного философа Асана Кайгы), принадлежит к очень редкому типу "шатровых" мавзолеев. Остатки упоминаемого Левшиным городища археологически не исследованы. 
71. Правильное название урочища - "Маулет берды" (от каз. "мэулет бердi' - "создал условия", "предоставил возможность"; в данном случае, очевидно, имелись ввиду благоприятные для проживания условия местности). Памятники находятся в среднем течении р. Уила, археологически не исследованы (см.: Егоров В. Л. Историческая география Золотой Орды в XIII-XIV вв. М., 1985 г.. С. 127 - 128).
72. Памятники "Старой Ногайской дороги", соединявшей в средневековье Хорезм, Хиву и Нижнее Поволжье, описаны в специальной работе В. В. Григорьева (Описание Хивинского ханства и дороги туда из Сарайчиковской крепости // Записки РГО. 1861 г., Кн. 2).
В послевоенное время большинство памятников исследовано археологами и архитекторами (см.: Толстое С. П. Хорезмская археолого-этнографическая экспедиция Академии наук в 1950 г. Советская археология: Сборник статей. М., 1953 г,. Т. XVIII; Манылов Ю. П., Юсупов Н. Ю. Караван-сараи Центрального Устюрта // СА. 1982 г. № 1.; Манылов Ю. П. Археологические исследования караван-сараев Центрального Устюрта // Археология Приаралья. Вып. 1. Ташкент, 1982 г; Мендикулов М. Памятники народного зодчества Западного Казахстана. Алма-Ата, 1987 г. и др.).
"Узунтам" - по всей видимости, караван-сарай (крепость, по Л. Мейеру) и каменный брод Таскешу на р. Сагыз (см. Мейер Л. Киргизская степь Оренбургского ведомства. Спб. 1865 г.; Толстое С. П. Работы Хорезмской археолого-этнографической экспедиции в 1949 - 1953 г.г. Труды ХАЭЭ. М. 1958 г.. Т. II.).
73. Кладбище Бакашы-аулие (XVIII - нач. XX в.в.) находится на левом бер. р. Эмбы, в 18 км к ВСВ от пгт Кульсары. Еще в середине XIX в. здесь находился сырцовый мавзолей с коническим куполом (см.: Первые русские научные исследования Устюрта. М., 1963 г. С. 283), ныне совершенно разрушенный. Сохранились художественные надмогильные стелы-кулпытасы и надгробия типа "койтас".
74. Местность Ушкан находится в 20 км к югу от пос. Мунайлы Атырауской области. Название, возможно, происходит от имени местного "святого" Ушкан-ата. Здесь расположен известный некрополь Ушкан-ата (XIV - нач. XX в.в.) с великолепными резными стелами - кулпыта-сами и остатки золотоордынского поселения (городища), отождествляемого Ф. Бруном с городом Трестарго итальянских карт XIV в. (см.: Брун Ф. Перипл Каспийского моря по картам XIV столетия // Записки Новороссийского Ун-та. Одесса, 1872 г. Т. 8. С. 32).
Некрополь достаточно хорошо исследован (см.: Мендикулов М. М. Ушканские кулпытасы // Вестник АН КазССР. 1953 г. № 12). 
75. Здесь речь идет о памятниках урочища Мынсу-алмас на северо-западной окраине Устюрта, которые упоминаются многими авторами XVIII - XIX в.в. - Гербером, купцом Данилой Рукавкиным, подпоручиком Алексеевым 2, Л. Мейером, отмечавшим, что каждая крепость вмещала до 300 человек (см.: коммент. 72).
Археологическое исследование показало, что здесь находятся остатки караван-сарая Коскудык XIV в. (см. ст. Ю. П. Манылова, Н. Ю. Юсупова, там же). Неподалеку расположено старинное кладбище. 
76. Развалины Коптам ("множество домов, строений") расположены в юго-восточной части песков Сам, на возвышенности и представляют собой остатки средневекового укрепленного городища XIV - XVII (?) в.в., известного также в народе под названием "Ногайлы". Стены четырехугольных кирпичных и каменных строений сохранялись до 1920-х г.г.
Археологически не исследованы. Коптам, по всей видимости, следует связывать с городом Сам (Шам), упоминаемом в восточных и русских источниках (см.: Бартольд В. В. Сведения об Аральском море и низовьях Аму-Дарьи с древнейших времен до XVIII века. Соч. ТЛИ. М., 1965 г. С. 65; Басенов Т. К. Архитектурные памятники в районе Сам. Алма-Ата, 1947 г. С. 23 - 25).
77. Урочище Белеули находится в центральной части Устюрта, к северо-востоку от ж/д станции Бозстан и известно, прежде всего, своим знаменитым караван-сараем XIV в. Название, очевидно, произошло от имени (прозвища) местного "святого" некоего Белеули-ата (как следует из текста Левшина).
Наряду с развалинами каменного караван-сарая с мощным порталом здесь расположены остатки сардоб (хранилищ пресной воды), колодцы, казахское и туркменское кладбища, карьер камня (См. работы Ю. П. Манылова и Н. Ю. Юсупова в коммент. 72).
78. Караван-сарай Чурук находится между Коптамом и Белеули, в 54 км к северо-западу от последнего и аналогичен ему по структуре (см. статью Ю. П. Манылова, Н. Ю. Юсупова в коммент. 72).
79. Развалины средневековой (XII - XIII в.в.) крепости Даулеткерей находятся на восточном чинке Устюрта на караванной дороге, идущей вдоль западного берега Арала. Рядом с ней находится древняя сигнальная сторожевая башня (см.: Бижанов. Е. Средневековая крепость Давлеткирей на Устюрте. Вестник Каракалпакского филиала АН УзССР. 1965 г. № 4).
Название происходит от первого (мусульманского) имени князя А. Бековича-Черкасского - Девлет-Гирей, экспедиции которого в нач. XVIII в. казахи ошибочно приписывали строительство этой крепости.
80. В вышеуказанных районах к северу от Аральского моря до сих пор сохранилось большое количество памятников, в частности, "близ озер Барби" (район слияния Иргиза и Тургая) (о них см.: Аджигалиев С. И. Зодчество Арало-Каспия: ареал, хронология, традиции.
Памятники истории и культуры Казахстана: Сб-к Центрального Совета Казахского Общества охраны памятников. Вып. 3. 1988; его же. Неизвестная школа казахских зодчих Северного Приаралья. Маргулановские чтения. Алма-Ата, 1989 г.).
81. Развалины древнего Жанкента (Джанкента, Янгикента - "Новое Селение") находятся в 20 км к юго-западу от г. Казалинска. В источниках город известен как важный политический центр кочевников Приаралья X - XIV в.в. До середины XI в. являлся столицей (зимней резиденцией правителей) огузов (см.: Толстое С. П. Города огузов // СЭ. 1947 г. № 3). Как видно из текста А. И. Левшина, окрестности Жанкента обживались и в XVIII столетии каракалпаками и казахами.
Хан Абулхаир даже ходатайствовал пред царской администрацией о постройке ему здесь города, для чего и были посланы в 1740 г. (а не в 1742 г.) для съемок в эти районы поручик Гладышев и геодезист Муравин. Однако, данный прожект не был осуществлен.
82. Джитыкала - это хорошо известный комплекс древних городищ, расположенных в урочище Жетыасар (Джетыасар) - "семь городищ", расположенных в 50 - 80 км к юго-западу от станции Жосалы (Джусалы). На самом деле памятников здесь было больше (около 20), которые, естественно, не могли представлять одно поселение, город (как пишет Левшин).
Памятники эти связываются одними археологами с культурой древних тохаров и эфталитов, другими же - с культурой кангюйских племен (см.: Толстое С. 77. По древним дельтам Окса и Яксарта. М., 1962 г.; Акишев К. А., Байпаков К. М. Вопросы археологии Казахстана. Алма-Ата, 1979 г.).
К поздним насельникам низовьев Сырдарьи (казахам и каракалпакам) эти памятники не имеют прямого отношения, но они использовали отдельные укрытые участки древних укреплений для временных зимних поселений.
83. Остатки сооружения Жынгыткала (Джингиткала) находятся в Казалинском районе Кзыл-Ординской области, в 12 км к югу от станции Байкожа. Археологически не исследованы.
84. Указанные здесь памятники в основном исследованы Хорезмской археолого-этнографической экспедицией (см. работу С. П. Толстова в коммент. Крепость Кумкала XII - XIV в.в. находится в ПО км к западу от г. Кзыл-Орды. "Куюктам" можно сопоставить, с одной стороны, с городищами I тыс. н. э. Куюккала и Куюкке-скенкала (каз.: Куыккескенкала), находящимися, однако, в районе устья Куандарьи, но с другой стороны, и с аналогичным городищем Куюккала в дельте Амударьи. "Куюк-там" же на Жанадарье по исследованиям не известен.
Также затруднительна идентификация "Ковен-кала" и "Кулчук-там", которое ранее (1820 г.) описал Е. К. Мейендорф (см.: Путешествие из Оренбурга в Бухару. М., 1975 г. С. 46). "Бузун-гисар" - по всей видимости, позднее городище Бузуккала.
Под "Сарлытамом", очевидно, имеется ввиду мавзолей XIV - XV в.в. Сырлытам, находящийся на берегу сухого русла Жанадарьи. Следует отметить, что значительно восточнее его, на Инкардарье (в 80 км к юго-западу от г. Кызыл-Орды) есть другой Сырлытам - мавзолей 1298 г постройки, однако, в комплексе с крупным городищем. 
85. Археологические памятники среднего течения Сырдарьи хорошо изучены (сводку сведений о них см.: Акишев К. А., Байпаков К. М., Ерзакович Л. Б. Древний Отрар. Алма-Ата, 1972 г.).

Источник:
Левшин А. И. «Описание киргиз-казачьих или киргиз-кайсацких гор и степей». Алматы. Санат. 1996 год.
https://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/M.Asien/XIX/1820-1840/Levschin/text1.htm