Горная страна Тянь-Шань в пределах Казахстана.

«Эти-то семь рек и дали название новому краю, причем первоначально Семиречьем называлась только часть его к северо-востоку от Или, а территория к юго-западу от этой речки носила название Заилийского края. Отсюда теперешнее название одного из хребтов Тян-Шаня - Заилийский Алатау. Нынешний же Джунгарский Алатау назывался тогда Семиреченским.»

«Из воспоминаний натуралиста». В. Н. Шнитников. 1943 год.

Как надо понимать название Заилийский Алатау.

Горная страна Тянь-Шань, протянувшаяся на несколько сотен тысяч километров, разрезана на множество цепей и отрогов. Одна из ее окраинных цепей, поднимающаяся над равни­ной южной казахской степи, носит название «Заилийский Алатау».
Название это дано в прошлом столетии, когда географы-исследователи проникали в Тянь-Шань со стороны Запад­ной Сибири. Здесь горная система Тянь-Шань разделялась рекой Или на две части: одна лежала по правой стороне реки в непосредственном соседстве с областями, откуда шло движе­ние на юг, а другая поднималась за широкой долиной реки.
Эта последняя и получила название «Заилийский», приложен­ное к общему названию «Алатау», что обозначает Пестрые горы. У подножья этой горной цепи, живописно растянувшейся, с запада на восток, растет с необыкновенной быстротой столица Казахстана – город Алма-Ата (Название «Алма-Aтa» является искаженным.
В переводе оно обо­значает «яблочный дедушка» (по-каэахски) или «яблочный отец» (по-уз­бекски) Коренное казахское население зовет город «Алматы», что зна­чит «яблочный» (изобилующий яблокам»). Погрузив в зелень свои красивые улицы, город дышит невиданным расцветом культуры.
Находясь на стыке Сибири с Туркестаном, он воплотил: в себе и суровый холодный север и знойный, обливающийся солнцем юг. Алма-Ата замечательна не только как столица союзной республики. В неменьшей степени город славится своими окрестностями.
Величественные горы, по высоте превосходящие Альпы, создали здесь красочные ландшафты. В ясный летний день четко выделяются каменные грома­ды в синеватой дали прозрачного воздуха. Их первые ступе­ни начинаются тут же, за гранью последних улиц города.
Округлыми зелеными холмами, которые местные жители назы­вают «прилавками», они обступают главную цепь, как вздыбившиеся волны, замершие в неподвижности. Прилавки» состоят из лессового суглинка и имеют плавные очертания. Они похожи на исполинские холмы, расставленные в беспорядке на общем пьедестале.
Края некоторых из них срезаны во всю высоту ската, и крутые глинистые обрывы мнутся там от самых вершин до подножий. Это обвалы от землетрясений 1887 и 1911 г.г. За «прилавками» горы опоясываются широкой лентой елового леса. Лес обвивает склоны и заполняет ущелья.
Нижняя его граница находится приблизительно на высоте 1500 м. н. у. м., я верхняя - на высоте 2700  м. н. у. м и более. Но горы еще далеко вверх тянутся от лесного пояса. За ним они покрываются богатыми альпийскими лугами, где в летние месяцы стоит влажная весна с умеренно теплыми днями.
Аль­пийские луга не скрывают форм рельефа, и горы в их пределах очаровывают разнообразием поверхности. Ровные скаты чередуются здесь с глубокими логами. Луга кончаются, но каменные массивы поднимаются еще выше.
Они вступают в область морозного выветривания, где даже в разгар лета по ночам замерзает вода и с превращением в лед, расширяя щели, раскалывает самые твердые по­роды. Здесь горы усеяны скалами и покрыты миллионами об­ломков.
Здесь самые дикие и опасные высоты. Многие вершины уходят под снега и зиму и лето они покоятся в белом саване, на котором в солнечные дни искрятся кристаллы снежинок, а в пасмурные – тяжелыми клубами лежат мрачные облака.
На земле нет таких участков суши, которые когда-нибудь не находилась бы под морем. На месте Заилийского Алатау также когда-то расстила­лись морские воды. Это было в самые древние периоды жизни земного шара, когда не существовало ни Азии, ни Европы, ни других материков, известных теперь.
Суша и море распре­делялись по-иному, неоднократно меняя свои очертания. Да­леко от берегов переливались волны, покрывая ровное дно будущего Заилийского Алатау. В морских глубинах кишели странные животные - доисторические предки некоторых со­временных видов.
В этой эре ранней жизни органического мира, отдаленной от нас на 300 - 400 млн. лет, начались первые фазы зарож­дения Алатау. Они связаны с широко распространившимся тогда каледонским периодом горообразований. При общем сжатии земной коры выпираемое расплавленной магмой из глубоких недр земли морское дно стало горбиться широкими валами.
Валы медленно росли выше и выше. Они постепенно наращивались толстыми пластами различных отложений, а с боков подвергались давлению сжимавшейся от охлаждений массы. Поднимаясь вверх, они подвергались многочисленным и глубоким разрывам.
По трещинам этих разрывов изливалась магма, которая еще более увеличивала мощность нара­ставших поднятий. Наконец море не в силах было скрывать под собой за­нятую территорию, оно обмелело, отступило, на поверхно­сти земли появились сформировавшиеся горы, но они были недолговечны
Через несколько миллионов или десятков мил­лионов лет (в геологии это считается не очень большим сро­ком) они разрушились, земля под ними опустилась и остатки их были затоплены новым морем. Из-под моря горы вывела вторично на свет варисская орогения.
Так называется период горообразований, имевший место приблизительно 250 млн. лет назад. В этот период вторгавшаяся в пласты гор магма образо­вала в них множество гранитных интрузий (внедрений). Большая часть гранитов, слагающих Заилийский Алатау, относится к варисскому возрасту.
Однако горы того времени были совершенно другие. Они, как и первоначальные, претерпели после того разрушитель­ные и восстановительные процессы. Вода, ветер, зной и холод стремились сравнять их с окружающими низинами.
Горообразовательные силы земли время от времени резко вовлекали их в сферу своего действия. Последний раз они подняли поверхность земли, уже почти превратившуюся в холмы, на большую высоту в период альпийского горообразования.
Это произошло несколько десятков миллионов лет назад. Но стадия роста современного хребта Заилийского Алатау продолжалась еще и позже. Так сформировался он в настоящем своем виде неза­долго до появления на земле человека.
В геологическом представлении Заилийский Алатау - мо­лодые горы. Молодость их проявляется во многом. Прежде всего в том, что они подвержены землетрясениям. Это свидетельствует о не прекратившихся в них горообразовательных процессах.
Может быть, они продолжают подниматься вверх, может быть, опускаются вниз, может быть разные части их ис­пытывают вертикальные смещения. Но они не пребывают в по­кое, какой свойственен старым горам, как, например, Уральским.
Они еще далеки от дряхлости... Другим признаком молодости служит их высота. Самая высочайшая вершина Заилийского Алатау имеет высоту бо­лее 5000 м. Это покрытый снегами Талгарский пик, располо­женный к востоку от города Алма-Аты.
Он включен в цикл вер­шин, успешный штурм которых дает свидетельство о хорошем искусстве и выносливости альпинистов. Третий признак молодости гор - слабая степень их раз­рушения. Текучие воды не мало образовали ущелий в Заилийском Алатау.
Ровные когда-то склоны гор они разъели желобами и оврагами. Они выхватили огромные клочья из тела каменных исполинов и глубоко врезались в них. Однако вершины и гребни гор продолжают оставаться за пределами снежной линии.
Еще неизмеримое количество времени должно пройти до того, как потеряют они свою высоту под воздействием эро­зии и выветривания. Из-под самых вершин вытекают ручьи, сливаются в реки и гложут ущелья. Круты и каменисты их русла.
Спотыкаясь о камни, шумя и брызгая пеной, с десятикилометровой скоро­стью в час бегут речные воды. Узки и тесны ущелья в своих верховьях, но дальше вниз эродирующие силы рек, умножен­ные впадающими притоками, раздвигают ущелья.
Много разных пород пришлось пробить рекам на своем пути. Ядро гор сложено из гранитов и порфиров, выкристал­лизовавшихся из той магмы, которая поднялась при горообразовании. Склоны гор состоят из пород осадочного происхождения, т. е. тех, которые отлагались в том же море.
Это раз­личные сланцы, песчаники и известняки. Горообразовательные процессы вывели их всех из первоначального спокойного по­ложения. Они смяли их в складки, наклонили в разные стороны, опрокинули и местами передвинули.
Реки, протекая через эти разнообразные породы, выработали свои ущелья в соответствии с твердостью пересекаемых пластов. В гранитах и порфирах их русла сжаты тесными крутыми берегами, горы виснут над ними головокружительными об­рывами; в осадочных породах берега раздвигаются шире, здесь больше простора и света.
От верховий рек до подножья гор 20 - 30 км пути. Вод­ный поток, проделав его, спускается на 2 - 3 км. ниже. Реки вытаскали к подножию гор, где сила течения ослабевает, массы валунов, галек и ила. Они образовали таким образом, конусы выносов, которые, сливаясь друг с другом, растянулись вдоль гор широким шлейфом.
Город Алма-Ата стоит на одном из таких конусов. Его нанесла речка Малая Алматинка, воды которой журчат в уличных арыках, орошающих сады и аллеи города. Малая Алматинка берет начало из ледников. Ее верховья окружены белоснежными вершинами, из которых одна носит название Алмаатинского пика.
Вершина прекрасно видна из города, резко выделяясь своей живописной внешностью. Она похожа на гигантский зуб. Обнаженные полосы обрывистых камен­ных склонов темнеют на ней рядом с ослепительной белизной снега. З
уб величественно уставился в синюю бездну пустоты, куда он взметнулся от уровня моря на 4300 м. Побежденный впервые группой альпинистов комсомольцев, он получил новое имя - пик Комсомола (ныне Алматинский. А.П. 2026 г.). Никого не привлекавший прежде, он стал теперь излюб­ленным местом тренировочных и массовых восхождений.
На нем уже успело побывать более сотни туристов. Его штур­муют и летом и зимой. К западу от Малой Алматинки из хребта Заилийский Алатау с такой же трехкилометровой высоты вытекает речка Большая Алматинка. Она огибает западную окраину столицы и так же, как и ее соседка, уходит в степь, орошая горячие от зноя земли.
Между этими двумя речками горы разбиты еще целой сетью логов и ущелий, по дну каждого из которых те­кут свежие горные воды, затененные высокими обрывами и буйной растительностью. Главные из них, считая с запада к востоку, - Поганка, насыщенная глинистой мутью, узенькая и гибкая Ремезовка, полу-заиленная валунами Каменка и Весновка.
Террасы этих рек, прилегающие к ним склоны и водоразделы декорировано в зелень фруктовых садов. Полоса этих садов тянется от предгорий хребта до высоты 1400 м. н. у. м., занимая тысячи гектаров. Вместе с тем она захватывает и территорию города.
Ранней вес­ной аисты и воздух наполняется здесь тонким ароматом цвету­щего урюка, абрикосов и черешни; несколько позже распу­скаются вишни, яблони и груши. Сады превращаются тогда в сплошной душистый цветник, в котором и деревья и земля усеяны белыми нежными лепестками.
С середины лета начинают поступать на рынок сонные вкусные фрукты. Сначала появляются летние сорта: столовка (Суислеппер) и лимонное (ронет Бурхарта). Как только кончается сезон летних сортов начинают появляться осенние и зимние. 
Среди последних - необычайное разнообразие... Самыми ценными являются сорта, выносящие продолжи­тельную лежку. Это пришельцы из более теплых районов - кандиль синап, ронет Лансберга, бельфлер, выведенные на месте грушовка и наиболее популярное из всех яблок - апорт.
Последний принес славу и известность алмаатинским са­дам. Это кисло-сладкое, чрезвычайно ароматное и сочное яб­локо. Оно имеет густую окраску, часто сплошь покрывающую всю кожицу. Его размеры с хороший детский мяч, а нередко и гораздо больше.
Встречаются экземпляры до полукилограмма весом. Нигде в мире нет такого апорта, как в Алма-Ате. Он был завезен сюда 70 лет назад из Воронежской области и через короткое время приобрел свои исключительные
досто­инства.
Предгорья и «прилавки» Заилийского Алатау представ­ляют замечательные условия для развития садоводства. Их прошлое - чащи дикого яблочника, урюка, боярышника. Их будущее - сплошные фруктовые насаждения. В истории мест­ного садоводства были свои мичуринцы и энтузиасты.
Кроме улучшенного апорта, они вывели еще много прекрасных сор­тов самых разнообразных фруктов. Им принадлежит акклиматизированная здесь весьма сочная, мягкая, тающая во рту, крупная груша лесная красавица. Она, так нежна, что не пе­реносит дальней перевозки.
Только преимущественно местные жители имеют удовольствие наслаждаться ее прекрасными вкусовыми качествами. До Октябрьской революции в окрестностях Алма-Аты почти совершенно отсутствовал виноград. Но в последние го­ды он сделался здесь распространённой культурой.
Особенного расцвета садоводство достигло со времен коллективизации. Если до коллективизации площадь садов ограничивалась сотнями гектаров, теперь она исчисляется тысячами. Пригородный район в настоящее время дает плодов и ягод более 100 000 центнеров в год.
Из них около 90% приходится на одни только яблоки. Летом и осенью рынки города перепол­нены фруктами. Огромное количество их отправляется в рабочие центры, в Москву. Алмаатинское садоводство с каждым годом увеличивает, разнообразит и улучшает свою продукцию.
Оно распространяется на все новые и новые территории вдоль предгорий. В связи с этим в городе и в окрестностях возник­ло много предприятий по переработке фруктов и ягод. Там значительная часть их превращается в варенье, повидло, су­шеные компоты и т. п.
Последние участки садов; вклинившиеся далеко вверх, в речные ущелья, уже соседствуют с еловой зоной. Высота над уровнем моря - около полутора тысяч метров - создает здесь иные климатические условия. Вегетационный период здесь на много дней короче, солнечного тепла меньше, осадков больше.
С трудом здесь могут созревать рожь и ячмень. Горы круто падают к ущельям, высоко вскинув свои вершины. Только вдоль реки встречаются узкие ровные площадки, принадлежащие древним террасам. Наиболее приспособившиеся к большим высотам представители лиственных пород перемешиваются с первыми деревьями хвойного леса.
Но постепенно они остаются внизу, и мохнатые гиганты, вытеснив всех конкурентов и становятся главными декораторам склонов. То небольшими редкими куртинами, то дремучей плотно сбитой стеной они рассыпались по всему лону гор, до высоты в 2700 м. и более н. у. м.
Единственной породой местного хвойного леса является тян-шанская ель (вернее ель Шренка). Она обладает крупными размерами и хорошими строевыми качествами. Ее пре дельный возраст до 400 лет. В Алмаатинском музее есть об­рубок ели из Ремезовского ущелья, с высоты около 2000 м.
Своей колоссальной величиной он привлекает внимание каж­дого посетителя: Этот обрубок от дерева 275-летнего возраста. Диаметр его составляет 186 см. Из тянь-шанской ели по­строены почти все старые здания города Алма-Аты.
Её древесина представляет, кроме того, отличный резонансовый материал для роялей и струнных инструментов. К сожалению, тянь-шанская ель хищнически истреблялась на топливо. Ко вре­мени Октябрьской революции от алмаатинских лесов осталось едва ли около половины.
Вековые дебри поредели, местами исчезли совсем. Еще каких-нибудь несколько десятков лет и занятая ими часть гор представляла бы одни лишь травяни­стые склоны. Но советское правительство положило предел безрассуд­ному хищничеству, установив бережное отношение к лесу, а впоследствии объявив заповедником всю алмаатинскую лесную зону и далее луговую, вплоть до самых снеговых гребней.
Недоступный теперь топору дровосека, еловый лес постепенно восстанавливается. Особенно густо покрывает лес северные склоны и глубо­кие долины хребта, где местами дико, как в тайге. Внизу - валежник, камень и мох; вверху - сплетающиеся в непрони­цаемую крышу мохнатые ветви деревьев.
Но большинство ель­ников носит парковый характер. В них просторно, светло и приятно в жаркие дни. Стройные ели, отделенные друг от друга широкими просветами, окружены чащами подлеска. Здесь кусты шиповника,
жимолости, рябины и смородины.
В более освещенных местах встречаются заросли малины. Лесные поляны изобилуют разнотравьем. Здесь ноги заплетаются в зеленой массе стеблей цветов. Сюда проникли из низких равнин колокольчики, тысячелистники и десятки дру­гих обитателей степи.
Из более высоких мест спустились пред­ставители альпийского луга, среди которых много эдельвейсов. Под тенью лесов в нижней части елового пояса располо­жились пасеки и здравницы. В ущелье реки Малой Алматинки на высоте 1600 м. раскинулся известный всей республике дом отдыха имени 10-летия Казахской ССР.
Он находится в 18 км. от города, в местности, называемой Медео. К дому отдыхи ведет хорошая шоссейная дорога. Дом отдыха организован в 1921 году по инициативе Д. М. Фурманова. Во время пребывания в городе Алма-Ате знаменитый автор произведений «Мятеж» и «Чапаев» охотно экскурсировал по местным окрестностям.
Район Медео был его любимым и более всего посещаемым уголком. В настоящее время при доме отдыха имеются клуб, библиотека, спортивная площади, танцевальная площадка, билльярдная, тир, бассейн для ку­пания, душ и солярий.
Между рядами жилых корпусов раз­биты обширные цветники с фонтанами. В том же поясе елового леса находится курорт Алма-Арасан. От города, с которым курорт связан автобусным сообщением, до Алма-Арасана - 25 км. Алма-Арасан, это группа сер­ных источников с целебными свойствами, равными водам кав­казской Мацесты.
Сюда приезжают больные не только из столицы и других мест Казахстана, но и из Киргизии, Узбекистана, Сибири и Москвы. Источники помогают ревматикам, людям, страдаю­щим нервными болезнями и свинцовым отравлением.
Для полного использования всех естественных ресурсов курорта организован большой лечебный комбинат. Здесь серные ван­ны, физиолечебница и другие лечебные кабинеты. Имеются библиотека, радио, звуковое кино. Верхняя граница елового леса расплывчата.
То там, то здесь забегают на каменистые кручи одиночные ели. Хилый, жалкий вид имеют те из них, которые забрались выше всех. Суровость климата обрушилась на них, и деревья с трудом отстаивают свое существование. Они малорослы, искривлены во всех направлениях и наполовину лишены своей зелени.
Од­нако там, где условия неблагоприятны для елового леса, ве­ликолепно себя чувствует другое древесное растение - мож­жевельник, или по-местному арча. В Заилийском Алатау это толстоствольный кустарник, стелющийся по земле.
Его высота не превышает 1 - 1,5 м. (есть другие более высокие виды можжевельник и в Западном Тянь-Шане), растет он густо, об­разуя большие пятна на голых скалистых участках. Арчовые заросли кончаются на уровне 2800 - 2900 м., и горы с этой высоты полностью лишаются кустарниковой ра­стительности.
Еще немного выше они переходят во власть ледников и вечных снеговых покровов. Там, на широте умерен­ного пояса, царит холодная пустынная тундра я полярная об­ласть. Но это не тот суровый край, который завоевал себе известность подвигами советских исследователей и морепла­вателей.
Несмотря на сходство в температурах воздуха, это совершенно другой мир, с иной флорой, с иной фауной. Много в нем не хоженых мест, много красоты и сурово­го величия. Его обрывистые скалы, крутые ущелья и раски­нувшиеся по склонам веерообразные осыпи представляют бла­годатную обстановку для горных козлов (тау-теке) и баранов (архары).
Здесь же, прячась в недоступных логовищах, нашел себе постоянный приют снежный барс, редко попадающийся на глаза. Лес, луга и скалы, вплоть до границы с Киргизской ССР, входят в территорию Алмаатинского государственного запо­ведника.
Охота здесь запрещена. Звери живут в полной безо­пасности от человека на площади, имеющей 120 км. в длину, 50 км. в ширину и 320 км. по всей окружности.

Источник:
«Природа Казахстана в очерках и картинках». Н.Н. Пальгов. Издательство Академии Наук Казахской ССР. Алма-Ата. 1950 год.