Древний горный ланд­шафт Казахстана.

«Название степей, которое даем мы стране, занимаемой киргиз-казачьими ордами, может подать мысль, будто степи сии имеют везде ровную поверхность и составляют одну обширную плоскость, между тем как в самом деле они пересекаются многими горными хребтами и вообще не представляют глазам путешественника гладких и непрерывных равнин, какие встречаются в некоторых других странах. Поверхность большей части степей киргиз-казачьих волниста и испещрена небольшими холмами, имеющими округленные верхи, но поелику возвышения сии не велики, и не покрыты лесом, то название степи довольно приличествует стране, нами описываемой. Прибавим к тому, что она, будучи суха, бедна произрастаниями и единообразна, становится утомительна для глаз. Это не относится к горам, коих вид, величина и свойства различны, почему мы и намерены описать их подробнее.»

Левшин А. И. «Описание киргиз-казачьих или киргиз-кайсацких гор и степей». 1832 год. 

Поездка из Алматы в Хромтау.

Представьте себе панораму, большая часть которой состо­ит из холмов, увалов, котловин и ровных широких полей. Ее холмы и увалы обсыпаны щебнем и грудами камня, а поля прорезаны узкими руслами речек с зелеными бордюрами тро­стников.
Чередуясь элементами своего содержания, эта па­норама тянется десятки и сотни километров, расстилаясь от Туранской низменности на западе до Турксиба на востоке, от озера Балхаша на юге до Ишимской и Прииртышской рав­нины на севере.
Это казахская складчатая страна, или казах­ская степь, известная коренному населению под названием «Сары-Арка» (Казахское слово «Сары-Арка означает «Желтая возвышенность, что отражает водораздельное положенье этой почти равнины между бас­сейном реки Иртыша и Арало-Балхашской низменностью, покрытой желтый покровом степной травы.)
Современный ее рельеф - остатки древнего горного ланд­шафта. Большая часть этих остатков так мало похожа на на­стоящие горы и так невнушительна по размерам, что состав­ляемый ими ландшафт получил название «мелкосопочник».
Над окружающими низменностями казахская складчатая страна возвышается в среднем на 400 - 500 метров. Самые низкие ее части лежат на высоте 100 - 200 метров, а самые высокие подняты до 1200 - 1400 м. н. у. м. Вершины хребтов и сопок обычно голы.
Все остальное пространство покрыто то густой, то редкой растительностью. Эта степь поражает своим величием. Ей к лицу не нежная лирическая поэзия, а мощный богатырский эпос, переживающий эпохи времен и созвучный диким скалам необозримым горизонтам.
Ранней весной казахская степь пестреет разноцветными коврами кратковременных эфемеров. После того, кик они увянут, появляются невзрачные же­сткие травы, привыкшие к сухому климат и горячему солн­цу. Среди этих жестких трав львиную долю пространства занимают разные полыни, от которых земля принимает серый тоскливый вид, а воздух становится пропитанным пряным на­доедливым запахом.
Местами полынь вытесняется большими участками тощего шершавого кокпека, от которого поверхность земли делает­ся еще непривлекательнее. По низинам котловин, где почва распухла или побелела от соли, топорщатся мясистые узловатые солянки - растения без листьев и пропитанные соком, который брызжет каплями, если подавить их рукой.
Иногда в однообразную серую флору страны вторгаются колыхающиеся волны ковылей с раскинутыми по ветру пушистыми султанами. По соседству с ними тонкими низкими сте­бельками прижимаются к почве луговины типца, самого сыт лого здесь подножного корма.
Иногда же флора страны пахнет экзотикой монгольских степей, давая место обширным зарослям чия, высоко взмет­нувшим свои крепкие, как шпагат, и гибкие стебли. Как исключение в районе Каркаралинска, Баянаула и в других соседних местах степная растительность перемежается с лесной.
Здесь горы покрыты густыми сосновыми рощами, из-за ветвей которых сверкают зеркальные воды озер и каска­ды звонких ручьев. По казахской складчатой стране текут воды трех крупных бассейнов - Ледовитого океана, Аральского моря и озера Балхаша.
Но в ней есть много озер, которые образуют самостоятельные внутренние бассейны. Одна из крупных рек страны, Нура, впадает в подобное внутреннее озеро Кургальджин, а другая, почти параллельная ей, река Кон, несет свои воды в озе­ро Тениз.
В многоводные годы река Нура выходит из озера Кургальджина короткими протоками в озеро Тениз. которое является самым крупным в казахской складчатой стране. Его воды в противоположность озеру Кургальджину солоноваты.
Типичная и крупнейшая река страны - Сарысу. Имея в длину около 900 километров, она прорезает казахскую степь почти по середине с востока на запад. В нижнем течении река Сарысу поворачивает на юг и приближается к окраинам глинистой пу­стыни Бетпак-дала.
Не мало рек в казахской складчатой стране, но не те это реки, к каким мы привыкли в областях с влажным климатом. Реки этой страны питаются исключительно зимними сне­гами. Они глубоки и внушительны только в пору весеннего половодья.
К началу лета многие из них пересыхают совер­шенно, а более крупные сильно мелеют, утрачивают непре­рывность течения, разбиваются на плесы. В это время года нельзя проехать на лодке по такой реке, как Сарысу, более 4 - 5 км. протяжение, какое обычно имеют на ней самые длинные плесы.
Теряя свои воды, реки становятся сильно минерализованными вплоть до заметной солености. Хорошие пресные воды здесь представляют редкость. Население широко пользуется колодцами, но и в них качество воды не всегда удовлетворительное.
Ранее казахская складчатая страна была исключительно областью кочевого скотоводческого хозяйства. Скот был единственным богатством населения. Страна служила источником животноводческого сырья и выгодным рынком сбыта для промышленных товаров.
По ее многочисленным дорогам ходили с товарами верблюжьи караваны. Казах-скотовод платил двойные цены за по­купаемые предметы, а сам был вынужден продавать свою продукцию во столько же раз дешевле. Эксплуатируемое торговцами население нередко страдало и от природы.
Самым страшным бедствием был джут - падеж скота, вызываемый гололедицей. От него за одну зиму погибало иногда больше половины стада. Между тем страна хранила в своих недрах колоссальные запасы залежи полезных ископаемых.
Ее коренное население знало почти о всех месторождениях, выходивших на поверхности Некоторые из них, оно разрабатывало кустарными способами для своих бытовых потребностей. Казахи добывали охру для окраски деревянных изделий, гипс для побелки стен, свинец, и серебро для украшений.
Слух о рудных богатствах страны доходил до ушей про­нырливых торговцев, и степь покрывалась заявочными стол­бами разных купеческих фирм. Но из заявочных месторожде­ний подвергались эксплуатации очень немногие. Так возникли небольшие заводы: Успенский, Спасский и другие.
Для обе­спечения их топливом стали разрабатываться некоторые ка­менноугольные копи. Однако горнопромышленники заботились лишь о соб­ственных выгодах, страна же продолжала коснеть в древних отсталых формах быта.
Только за последние 25 лет Казахстан приобрел истинное экономическое значение и стал представлять собой богатей­шую кладовую полезных ископаемых; простое перечисление разведанных здесь точек с полезными ископаемыми заняло бы не один десяток страниц.
Крупнейшие месторождения са­мых необходимых для народного хозяйства металлов имеют здесь всесоюзное значение. Первейшим по времени освоения является карагандинский уголь. Это месторождение было открыто в 1833 году пастухом казахом Аппаком Бажановым.
В 1854 году месторождение за баснословно дешевую цену было приобретено русскими куп­цами, которые впоследствии перепродали его английским кон­цессионерам. Но ни те, ни другие не знали его настоящей цен­ности. Карагандинское месторождение каменного угля полу­чило свое признание после разведочных работ профессора А. Гапе­ева, установившего в нем огромные запасы.
Это произошло в первый год образования Казахской республики. После того ряд ученых во главе со старейшим и знатным геологом Ка­захстана Н. Кассиным еще детальнее исследовали месторож­дение. На юге казахской складчатой страны возник огромный медный рудник Коунрад.
Для переработки коунрадской руды построен Балхашский медеплавильный завод. Рядом с ним возник город Балхаш с многоэтажными зданиями и красивым пляжем на берегу озера. Купеческие караваны в казахской складчатой стране пе­рестали ходить.
Вместо звона верблюжьих бубенцов по доро­гам ритмично загудели рокотом моторов советские автомаши­ны, развозящие по степи партии исследователей, строителей, новых ее засельщиков - промышленных рабочих. Мимо холмов и увалов с севера на юг от города Балхаша протянулась же­лезная дорога.
Все усиливающиеся поиски и разведки ископаемых при­водили ко все более замечательным успехам. В страну всту­пала тяжелой, звенящей от металла поступью индустриали­зация. Венцом замечательного человеческого упорства и искус­ства научной разведки явилось возрождение в степи Джез­казганского медного рудника.
Этот рудник, находившийся в самом центре Казахстана, в 400 км от ближайшей железной дороги, считался в авторитетных кругах неперспективным. Но теперь он известен как один из самых крупнейших в Союзе. Превращение Джезказганского месторождения из неза­метной величины в колоссальную базу советской медной про­мышленности обязано известному геологу Советского Союза лауреату Сталинской премии К. И. Сатпаеву.
В течение нескольких лет воля, настойчивость и опыт ученого-казаха боролись с повседневными препятствиями со вороны людей, сознательно или ошибочно не содействовав­ши его стараниям. Казахстан, вырастивший геолога-победи­теля, гордится им и его успехами.
С включением Джезказганского рудника и работающего на его сырье Карсакпайского медеплавильного завода в ранг великанов горной промышленности СССР в степи появилась новая железнодорожная линия, соединившая рудник с железнодорожной линией Караганда - Балхаш
В 1940 году по северной окраине страны прошла еще одна железная дорога - из Акмолинска в Карталы. Она приблизи­ла на 500 км. доставку угля из Караганды в Магнитогорск. Страна преобразилась. В ароматные поля ее пастбищ вклинились тучные участки пашен.
По долинам рек раскинулись стога запасаемого на зиму сена. Скот не знает джута. В новых городах, где не было ни одного деревца, выращены на искусственных почвах сады и парки. Вместе с тем эти города обзавелись бахчево-огородными базами, на которых вызревают сортовые арбузы, овощи и дыни.
В бывших дебрях мелкосопочников и гор устроены дома отдыха для горняков и колхозников. Обширные плошали пастбищ заняли животноводческие совхозы с передовой техникой хозяйства. Грузовики с молочными продуктами курсируют из аулов и совхозов да рудники и заводы.
Бывшие кочевники создают оседлые поселения. Среди по­следних выделяются административные районные центры. Это населенные пункты с прямыми улицами и хорошими домами. Чтобы понять значение для степи такого пункта, нуж­но предварительно изъездить по этой степи несколько сот километров.
После подобного маршрута, в продолжение кото­рого перед глазами маячат поля кокпека и полыни, неподвижные волны увалов и сопок, солончаковые днища высохших озер и кажется, что синие дали степи бесконечны и что там, впереди, будет все тот же кокпек и полынь, те же сопки и увалы, - после такого маршрута вдруг без всякого преду­преждения дорогу преграждает новенький, чистенький посе­лок с почтой, телеграфом, электрическим светом, магазинами и с самыми необходимыми удобствами культуры.
Это и будет районный центр, построенный там, где не бы­ло раньше ни дорог, ни жилья, ни людей. Еще пустынна казахская складчатая страна в большей части своей территории, но это уже не та страна, которая диктовала населению свои законы, а это комплекс сельскохо­зяйственных и горных ресурсов, которые в плановом порядке осваиваются человеком.

Географические координаты степи Сары-Арка: N51°01'48 E66°13'45

Источник:
«Природа Казахстана в очерках и картинках». Н.Н. Пальгов. Издательство Академии Наук Казахской ССР. Алма-Ата. 1950 год.